Мокрый мир
Шрифт:
– Значение интеллекта преувеличено, Марта, уж поверь мне. Я бы в любой момент обменял ведро мозгов на унцию сердца.
– О!
– усмехнулась Марта, - уверена, на кухне ты - настоящий волшебник!
Глаза Доктора вновь загорелись:
– И кстати, о еде... кто там собирался позавтракать? Все эти разговоры о круассанах разбудили во мне аппетит, - он протянул правую руку вперед.
– А эта вот рука - рука дающего! Как тебе нравится завтрак у Тиффани?
Марта от удивления открыла рот.
– У Тиффани? В смысле, у настоящей Тиффани? У той самой, у которой "Завтрак
– А у какой же еще?
– просиял в ответ Доктор, явно довольный собой.
– Замечательно!
– широко улыбнулась Марта.
– Вот на такие путешествия во времени и пространстве я согласна! Хотя, - добавила она, - знаешь, я начинаю подозревать, что ты ничего не смыслишь в Нью-Йорке.
С этими словами она скрылась.
– Нью-Йорк?
Доктор стоял в комнате управления, наблюдая, как Марта исчезла в направлении гардероба ТАРДИС. На его лбу сложились вопросительные складки. Нью-Йорк? Почему Марта упомянула Нью-Йорк, когда он собирается отвезти её к "Тиффани", расположенной неподалеку от Правительственного дворца Робота на Арконе?
– Должно быть, я её не расслышал, - решил он, постукивая по кнопкам управления на консоли и щелкая пальцем по тому, что Марта наверняка бы приняла за маленькую, медную, одноглазую сову. Сине-зеленый свет запульсировал вверх-вниз в колонне, стоящей по центру консоли, воздух наполнило утробное гудение, свидетельствующее о продвижении ТАРДИС сквозь Вихрь Времени в реальный мир.
– Отлично, - похвалил сам себя Доктор.
– Посадка как по учебнику. Хотел бы я посмотреть, как Марта справится с приземлением по учебнику настолько же идеально!
– Аааа...
– произнес он вслух, немного удивившись, что с момента его последнего визита Аркон стал каким-то теплым, влажным и болотистым.
И скользким.
Потому что как только он сделал шаг из ТАРДИС, его нога тут же скользнула по покрытому мхом корню, и только успев схватиться за дверной проём, он смог предотвратить падение на грязную землю.
Атмосфера накрыла его как огромное толстое одеяло. Он так и стоял - одной ногой в ТАРДИС, другая осторожно зависла в пятнадцати сантиметрах над землёй - размышляя, что же здесь не так. Аркон должен представлять из себя цветущий, развитый, похожий на Землю мир. Прямо здесь должна сиять горячая желто-белая звезда, а его органы чувств должны атаковать запахи, звуки и прочие признаки технологического прогресса.
Но вместо этого вокруг расстилалась вялая тишина, изредка прерываемая случайными звуками всплесков воды. А пахло тут лишь затхлым болотным газом. Запахом природы. Ему нравился запах природы - запах силы, бодрости и растений.
– Эммм...
– добавил он, глядя поверх глянцевой поверхности воды, простирающейся от покатого берега, на который решила шлёпнуться ТАРДИС. На другом берегу, находящемся на отдалении пары сотен метров, развесистые деревья протянули свои ветви почти к самой воде, образуя пышную бахрому. А сквозь свод листьев над ним просвечивало красно-оранжевое солнце на небе с фиолетовым оттенком.
– Всё это самую чуточку неправильно, - сказал Доктор сам себе.
Выискивая
Она копалась в поисках какого-нибудь изящного наряда и издала торжествующее "Да!", когда нашла шелковое сиреневое платье и подходящие длинные перчатки с перламутровыми отворотами. Марта мгновенно нарядилась в них и стала крутиться перед зеркалом. Платье, надо признать, оказалось немного тесновато для неё. Но если вдохнуть в себя - и не сильно выдыхать - вполне сойдёт. С обувью было сложнее, но нашлась пара серебристых сандалий на ремешках, пришедшихся почти впору.
"Выруби их, девочка!" - прошептала она себе, поправила причёску и направилась к выходу из гардеробной, готовая к своему до неприличия декадентскому завтраку. У Тиффани.
Доктор уже готов был признать, что с солнцем Аркона произошло что-то ужасное, и это повлекло за собой глобальные изменения в экосистеме, превратившие высокотехнологичный рай в заболоченный мир. Он уже думал, что, возможно, арконийцы потерпели неудачу в эксперименте модификации солнца, и их звезда мутировала в оранжевый шар, висевший у него над головой. Или что некая агрессивная инопланетная раса преобразовала под себя окружающую среду, пытаясь уничтожить арконийцев.
На самом деле он был готов подумать о чём угодно, лишь бы только не о самом очевидном.
Он отклонился назад, в прохладные внутренности ТАРДИС:
– Ты опять напутала с теми рычагами?
– прокричал он Марте. Но не настолько громко, чтобы она услышала. Потому что Марта, разумеется, ничего не путала с рычагами. И Доктор это знал.
Он печально покачал головой и осмелился поставить ногу на мшистый древесный корень, извивающийся по берегу как деформированная макаронина.
– Нужно починить эти гироцепторы, - пробормотал он.
Он аккуратно попробовал переместить свой вес на корень - тот выдержал. Главной проблемой была скользкая поверхность. Доктору пришлось держаться за дверной проём ТАРДИС, перешагивая на корень. Он нашел безопасное место для второй ноги и осторожно встал.
Наконец Доктор полностью выпрямился.
– Вот!
– обрадовался он собственной сообразительности.
– Совсем даже не трудно, совсем...
Со всей комедийной грацией, присущей самым забавным клоунам, Доктор замахал руками, когда его левая нога не устояла и начала скользить по корню. Вторая нога тут же решила поддержать веселье, и Доктор с удвоенной энергией замолотил руками в воздухе, фалды его пиджака так и летали вокруг. Секунду спустя он почувствовал, что падает, и инстинктивно схватился за открытую дверь ТАРДИС.