Мои уроки
Шрифт:
Ну да, национал-предателями.
Не первыми и не последними.
Только не надо мне в сотый раз напоминать, что Дима – он и Львович, сука, и Зильбертруд к тому же.
Для меня ДЛБ был и остаётся = большой (шуток про размер шорт тоже не надА) РУССКИЙ поэт, самый выдающийся из действующих РУССКИХ журналюг, апостол РУССКОЙ фронды.
Ну – уж какая фронда, такие и апостолы, это уже совсем иная песня.
УРОК: Игнорируйте пресловутый «пятый пункт».
ЭХО
В 2014 писатель +
Мне самому не раз приходилось заставлять гостя придерживаться намеченной линии и не давать провалится в хорошо разработанную колею домашних заготовок. Помню, во время беседы в день юбилея Виктора Цоя мой собеседник Александр Градский совершенно игнорировал торжественный контекст даты. И вещал преимущественно (если не исключительно) о значении музыкального профессионализма, категорически не желая признавать очевидное: феномен популярности потому и называется таковым, что от сугубо профессиональных параметров пропорционально не зависит. Моей задачей было возвращать Александра Борисовича в русло разговора, напоминая о том, что сегодня не простой день, а «датский»: 50 лет основателю «Кино».
Не обошлось без жертв. Я отчетливо понимал, какое негодование цоевских фанатов вызовут самоуверенные реплики Градского. То есть, просто на грани приличия приходилось все время перебивать собеседника, чтобы вывести его из русла концептуальной рассуждалки и превентивно уберечь от наездов. Ролик только на одном из аккаунтов посмотрело зрителей под полтора миллиона и там тысячи комментов-проклятий (в мой адрес, в основном) … Так что в принципе это не есть профессиональное преступление – собеседника перебивать.
Другое дело, что на «Эхе» такая тактика носит идеологически обоснованный характер: там гостя гасят, если он не озвучивает то, что от него ожидалось. В случае с Веллером ведущую очевидно не устроила позиция её визави: на кандидатуру госпожи Ле Пен они взирают с различных полюсов. А там не терпят «шаг влево, шаг вправо». Строго по предписаниям. В этом смысле «Эхо» – вне всяких рамок и норм, включая нормы элементарного приличия.
Дима Быков в своё время точно подметил:
«Я неоднократно слышал от разных людей о том, что Алексей Венедиктов бывает в гостях у представителей власти часто и по-свойски… Мне было бы тяжело допустить, что он выполняет некую программу по сознательной и целенаправленной дискредитации свободы слова в России, но никаких других предположений о смысле этой «смены дискурса» у меня в самом
Но «Эхо» эхом, однако жалкому поведению Веллера оправдания в этой ситуации нет. Перебивают? Не отгружают достаточно респекта? Пытаются манипулировать? Это такое ремесло, baby, это прямой эфир! Мог бы жестко, но вежливо прокомментировать расклад и удалится из студии. А кидаться чашками – стилистика полит-фрика Жириновского. И хамить даме – совсем не по-мужски. Странно, что никто ему по физиономии не двинул в кулуарах. Бычкова, кстати, оказалась на высоте и совершенно профессионально вышла из ситуации. И не стала выходить из себя. Подобно хамоватому оппоненту.
ТЕ ЖЕ ЯЙЦА ТОЛЬКО В ПРОФИЛЬ ©
Есть такая суфийская притча XII века, авторство которой приписывают Хакиму Санаи Газневи. Про трех (есть вариант – пятерых) самоуверенных слепцов и боевого слона. Под стенами города слепых встал лагерем владыка со своим войском, в арсенале которого было невиданное животное. Горожане послали экспертов на инспекцию диковины. Вернувшись, троица доложила о своих впечатлениях.
Первый, который оттактилил ухо гигантского млекопитающего, доложил, что слон есть нечто ковроподобное и шершавое. Ощупавший хобот возражал:
– Слон есть гибкая мускулистая труба, страшная и разрушительная.
– Нет, слон – это твердая колонна, – полемизировал третий, исследовавший ногу.
«Созданное умозрением не ведает о Божественном. В этой дисциплине нельзя проложить пути с помощью обычного интеллекта» – резюмировал Хаким.
Замечу, что все трое слепцов были искренны. И не пытались манипулировать согражданами. Что, впрочем, на результате не сказалось.
Так и три репортера, рассказывающие об одном и том же, рисуют разные картинки. И при этом еще и потребитель репортажной продукции видит лишь то, что считает нужным. Удивительно, но порой даже объекты публикаций умудряются замечать только хобот. Или хвост. Или еще что-нибудь. Игнорируя картину в целом.
Ныне СМИ не суть источники информации, но красивые интерпретационные площадки. Поскольку зритель/читатель/подписчик с алчностью карася клюет не на само событие, а на гламурную медиа-упаковку. Равно как авто-гигант штампует джипы да седаны, так и СМИ продуцируют «реальности». Свои, уникальные. Их и реализуют.
«Реальность» может быть депрессивно негативной, как бывало в «Моменте истины» мега-надрывного манипулятора Андрея Караулова, или жизнеутверждающе ироничной, как бывало в «24» саркастичного флегматика Михаила Осокина. Завидно политкорректной а-ля-«Ведомости» или напористо агрессивной, как в «Комсомолке».