Мои миры

Шамшутдинов Салават

– Здравствуйте,– раздался нежный голос.

– Здравствуйте,– на автомате ответила жена и недоумённо огляделась вокруг.

– Извините, вы не могли бы вернуть полотенце? Понимаете, прохладно, а я недавно из печи, могу простыть,– озабоченный Колобок, деловито моргая, обращался к жене.

Побледневшая, та медленно опустилась на стул, который на её счастье, оказался рядом. Или это Ядвига Ивановна успела придвинуть.

– Извините, но Ваше удивление длится так долго, что я действительно могу простыть,– возмутился

Колобок.

Жена громко сглотнула слюну, продолжая таращиться на недовольную выпечку.

– Что значит: простыть,– вмешалась в Ядвига Ивановна.– Тебе уже давно пора остыть. Ишь, разговорился!

Я вспомнил, когда первый раз увидел болтающего Колобка. Как давно это было. Интересно, все они такие разговорчивые?

– Что значит: остынь? Почему нельзя побеспокоиться о маленьком беззащитном…

– Добавь ещё и не в меру болтливом,– подсказала Ядвига Ивановна и подула на него.

– Как это болтливом,– медленно возразил Колобок, после чего пару раз вздохнул и как-то быстро потерял интерес к разговору.– Да ну вас. Скучно тут с вами.

С этими словами он закрыл глаза и превратился в обычный колобок. Всё это время жена, с широко распахнутыми глазами, следила за беседой.

– Ой, что это мы всё разговоры да разговоры, прошу к столу,– захлопотала Ядвига Ивановна.

– Мы… Я… Как-то…– не могла прийти в себя жена.

– Сядь за стол. Неудобно перед хозяйкой,– шепнул я на ухо жене, а затем, ухмыляясь, добавил.– Колобка можешь не есть.

Мы долго сидели за столом бабы Яги за чашкой прекрасного чая с вареньем из калины и морошки. Всё было очень здорово, только жена периодически недоверчиво косилась на тарелку с колобками, ожидая от них очередного подвоха.

– Скучно стало,– жаловалась Ядвига Ивановна.– Раньше, помнишь, то с внучком в городе погулять. То на ступе куда по делам слетать. А что теперь. Сиди туточки одна. Вот разве что кот иной раз сказкой развлечёт. Да и тот обленился. Сметанки наестся и спит весь день.

– Как это сказкой развлечёт?– не поняла жена.

– Да, конечно, не сказкой. Сказки это он для детей. А мне так истории рассказывает. То ли сам придумывает, то ли слышал где,– продолжала Ядвига Ивановна.

– Кот, истории,– продолжала удивляться жена.

– А что тут такого. Должен же быть от его учёности хоть какой-то толк. Не всё же сметанку трескать,– вздохнула наша хозяйка.

Дверь скрипнула и показалась мохнатая лапа.

– Стоит на минуту кимарнуть, как обо мне всякие небылицы рассказывают,– под эту тираду кот медленно протискивался в дверь, показывая всем своим существом недовольство. Сколько говорил, купи телевизор, так нет. Каждый вечер расскажи, да расскажи.

– Да что с этого телевизора,– вздыхала Ядвига Ивановна.– Одна головная боль и никакой радости.

– И то верно,– поддакнул кот,– вот я как-то смотрел новости…

– Хватит врать,– одёрнула Ядвига Ивановна,– а то наши

гости подумают, что ты и на самом деле телевизор видел.

Кот обиженно муркнул и улёгся у ног жены. Неожиданно за окном потемнело, поднялся ветер, форточка со стуком распахнулась.

– Гроза что ли?– удивилась жена.– Откуда.

– Нет, не гроза,– зло ответила Баба Яга,– Принесла нелёгкая…

– Егорыч?– поинтересовался я.

– Да, Горыныч! За два месяца первый раз прилетел. Всё самоизолируется. Вроде пресмыкающийся, а туда же!– баба Яга теперь совершенно не была похожа на нашу приветливую хозяйку.

– Горыныч?– жена испуганно смотрела то на неё, то на меня.

За окном резко посветлело. Ветер стих. Около порога раздался шум, чертыханье. Громко хлопнула входная дверь. Через мгновение в избу ввалился Егорыч с прилипшей к лицу маской.

– Ягуша, ты чего это развела у себя живность,– с этими словами он оторвал маску от лица и бросил на пол.

– Ты чего это мусоришь,– возмутилась баба Яга.– То месяцами не показываешься, то мусоришь вон прямо на пол.

Тем временем маска, словно бабочка, замахала крылышками и выпорхнула в открытую форточку. Мы молча проводили её взглядом.

– Не ругайся, старая. Лучше с гостями познакомь.

– Тебя познакомь, а затем ты у моего гостя жену украдешь?– зло кинула баба Яга.

Жена побледнела и крепко вцепилась руками в стул.

– Ягуля, хватит на меня наговаривать,– ухмыльнулся Егорыч.– Ну, было по молодости. Влюбился, с кем не бывает. Да и девушка, помнится, тогда не возражала. А затем прикинула, что жизнь на моей фазенде отличается от жизни с vip-женихом. А как же оправдаться. Вот и наговорила на меня. Эх, дела молодые!

– Ладно, уж,– проговорила Ядвига Ивановна.

Я почувствовал, что настало время убираться восвояси.

– Пора и честь знать, Ядвига Ивановна! Спасибо Вам!

– Куда ж это вы. А чайку ещё,– засуетилась хозяйка.

– За жену испугался,– ухмыльнулся Егорыч.

– А то, как же,– в тон ему ответил я, протягивая руку для рукопожатия.– Куда же мне с Вами тягаться!

Егорыч тепло мне улыбнулся и крепко пожал руку. Жена сидела всё так же судорожно вцепившись в стул. И даже то, что кот прижался к её ногам, видать понравилась, но не могло её успокоить.

Уже вскоре мы ехали обратно по лесной дороге. Настроение прекрасное. Листочки на деревьях, казалось, подросли, пока мы гостили. Я приоткрыл окошко. Соловьиные трели наполнили кабину. Хотел было спросить у жены её мнение по поводу нашей поездки на природу. Но она задумчиво смотрела в окно, временами улыбаясь каким-то своим мыслям.

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ МИР

НОЧНОЕ

посвящается дочке Гелере

1