Мохнатый бог

Кречмар Михаил Арсеньевич

^{Встреча с медведем в лесу.}

Культ медведя оставил свои следы на горе Сленжа, или Собутка, замечательном памятнике культуры на западной окраине праславянского мира, близ Бреслау в Силезии (ныне — Западная Польша). Вокруг этой священной горы славянского племени силезян расположен целый комплекс языческих сооружений, в которых медвежий культ занимал не последнее место. Археологи считают, что это была самая древняя эпоха

славянского мира — так называемая эра Сварога, начало железного века.

Сленжа — весьма живописная гора совершенно конической формы, достигающая высоты почти 500 метров над равниной. В вершину Сленжи часто ударяют молнии. В XVIII столетии правоверные католики решили очистить гору от приписываемой ей нечисти и построили на вершине костёл. Старые боги оказались сильнее — костёл был разрушен ударом молнии.

Путь на священную вершину Сленжи обозначен доисторическими скульптурами из камня, среди которых много изваяний в виде медведей.

Контакты праславян со скифами внесли некоторые коррективы в знаменитый скифский «звериный стиль».

Фигурки медведей, которые, как известно, в степях не водились, появляются после походов скифов в леса роксоланов. Медведи возникают среди ритуальных фигурок. Жертвенный нож из Киева, навершие которого увенчивает изображение медвежьей шкуры, может быть отнесён к искусству скифов-сколотов.

Исследователь медвежьего культа Н. Воронин установил у восточнославянских народов (хранителей сказок о богатыре-медведе) следы медвежьего праздника. Слабым отголоском медвежьих действ являются, в частности, медведи-ряженые на Святках.

^{Голова медвежьего жезла.}

Записи середины XIX века на территории Белоруссии донесли до нас облик настоящего медвежьего праздника — так называемых комоедиц. Он праздновался накануне христианского Благовещенья, 24 марта, как весенний праздник пробуждающегося после зимней спячки в берлоге медведя. К этому дню пекут специальные кушанья, а в самый медвежий день надевают вывороченные шерстью вверх шубы и тулупы и исполняют особый танец, воспроизводящий движения просыпающегося медведя. Здесь нет признаков ритуального убийства медведя, но и смысл этого весеннего праздника иной. Комоедицы вплотную примыкают к весеннему равноденствию и к древней дохристианской Масленице. Может быть, именно с этого эпизода пробуждения природы и начинался сложный масленичный цикл. Признаком олицетворения природы здесь был медведь.

^{«Борьба царского псаря с медведем». В. М. Васнецов.}

Старое охотничье мировоззрение дожило у непосредственных соседей славян до I тысячелетия н. э. В святилище «Благовещенская гора», раскопанном академиком Б. Рыбаковым, у полукруга деревянных идолов найдено жерло большого ритуального сосуда, оформленного в виде медвежьей головы. Необычный сосуд, как полагает академик, предназначался для жертвенной крови и, по всей вероятности, именно медвежьей.

Следы архаичного медвежьего культа у праславян найдены на городище Тушемля под Смоленском. Они датированы VII–VIII веками н. э., когда славянская

экспансия продвигалась в толщу балтийских и угро-финских племён. Небольшое овальное городище было застроено по всему периметру деревянными клетями, а внутри двора, около одной из его сторон, находилась небольшая ограда, посреди которой был обнаружен вертикально врытый столб, увенчанный сверху черепом медведя. Учёные-архео-логи сочли, что главным святилищем данного городища была голова медведя или шкура, облекавшая столб. Отголоски древних запретов слышатся и в некоторых средневековых литературных памятниках Руси, например, в «Вопрошаниях» Кирика учёный математик спрашивает епископа, нет ли греха в ношении медвежьих шкур. Тут нелишне ещё раз вспомнить, что медведь у многих народов считался нечистым животным и у мусульман, в частности, презирался наряду со свиньёй.

Академик Б. Рыбаков утверждает, что медвежья тема в археологии и фольклоре очень часто сопряжена с именем славянского языческого бога Волоса-Велеса. Неолитические следы медвежьего культа обнаружены у села Волосова; ритуальный топор с головой медведя был найден в центре города Ростова, где, как известно, долго сохранялось капище Волоса.

Звёздное скопление Плеяды, имеющее русское народное название «Волосожары», или «Волосыни», предвещает удачную охоту на медведя, как пишет исследователь медвежьего культа Н. Воронин.

Особенно сближает Волоса-Велеса с медведем наименование медвежьей лапы, оберегающей крестьянский двор. В народе её нарекли «скотьим богом». А именно так и обозначался Велес в русских летописях.

Вероятно, считают историки, Волос — древнейшее из всех славянских божеств, корни представлений о котором открываются с мустьерского медвежьего культа неандертальцев.

Слово «Волос» обозначает «волосатый», «волохатый». Может быть, предполагает Б. Рыбаков, тогда и «волхв» — славянский жрец — одет в медвежью шкуру?

Обращает на себя внимание тот факт, что сведения о связи Волоса с культом медведя идут с самого севера славянского мира, из ярославского Поволжья, расположенного на границах европейской тайги, где постоянное соприкосновение с этими крупными хищниками накладывало значительный отпечаток на быт поселенцев тамошнего края.

«Скотий бог» Волос, вероятно, трансформировался в хозяина и покровителя лесного зверья. И, возможно, этим первобытным хозяином и покровителем был как раз самый могучий лесной хищник — медведь.

^{«Отдых Великого князя Владимира Мономаха после охоты», в. м. Васнецов.}

После принятия христианства двойником древнего Волоса стал святой Власий Севастийский, что, конечно, произошло по созвучию имён: Волос — Влас.

Считается, что моления Волосу начинались с нового года и продолжались все первые шесть дней января, которые отмечены «разгулом нечисти». В пользу этого говорят, по утверждению того же Б. Рыбакова, болгарские новогодние обряды, в которых участвовали 12 «старцев», одетых в звериные и скотские маски и обвешанные по поясу коровьими бубенцами-боталами. Этих старцев-сурватаров называли ещё и «медведями». Последним днём Святок у болгар было 7 января, когда вожак колядников угощал свою дружину, являвшуюся в масках. Среди них маска медведя была обязательной.