Могол
Шрифт:
— Моя армия выступит еще до конца недели.
— Генерал Хему хочет видеть тебя лично, Блант-бахадур. Конечно, твоя армия будет очень полезна, когда прибудет, но для него твое присутствие важнее, чем даже появление армии.
Лесть была слишком откровенной, а настойчивость очевидной. Это заявление походило на прямой приказ Хему.
Саид заподозрил подвох.
— Не ходи без своих людей, отец, — настойчиво предостерегал он.
— Тогда меня сочтут мятежником, — заметил Ричард. — Не забывай, твоя мать и жена Питера в его руках. Не думаю, что даже Исканда
Саид всю жизнь был солдатом и поэтому не спорил. Питера же оказалось не так легко убедить.
— Я, безусловно, отправлюсь с тобой, — заявил он. — Разве я не твой тавачи?
Миран-бахадур не возражал. Не противился он и тому, что Ричард выбрал себе в сопровождение десять лучших воинов.
Рамдас, конечно, тоже отправился со своим хозяином.
Они выступили на следующий день. Дождь почти прекратился, но реки еще не вернулись в свои берега, и многие дороги были размыты. Поэтому небольшой отряд двигался очень медленно. Удивительно, но едва они покинули армию и отправились в дорогу, Миран, казалось, стал меньше волноваться и торопиться.
— Не верю я этому парню, — признался Питер. — Мне он нравится не больше, чем его хозяин.
— Который также и наш хозяин, — напомнил Ричард, но стал присматриваться к посланцу.
— Кого из кузенов Фируза собирается привести к власти Хему? — спросил он Мирана.
— Как раз это он и хочет обсудить с тобой, Блант-бахадур, — объяснил Миран. — Может быть, Сикандр-шаха... Кто знает?
— Сикандр-шаха? — удивился Ричард. Сикандр-шах явно не тот человек, чтобы покориться индусу низшей касты. Хему должен знать это. Определенно, что-то здесь было не так. Невозможно, чтобы Хему сам пытался захватить трон. Несомненно, он решил посадить на трон подставное лицо, титулованное султаном. Поэтому Ричарда пригласили или, вернее, приказали ему явиться. Словом, ему ничего не оставалось, кроме как торопиться к Хему. Он должен убедиться, что его домашние в безопасности.
Через месяц после спешного отъезда из армии им осталось меньше дня пути до Канауджа. Погода значительно улучшилась. Дороги подсохли.
Они поставили палатку. Как обычно, Питер и Ричард разговаривали, дожидаясь ужина, который готовил Рамдас неподалеку.
Ричард первый уловил бряцание оружия за палаткой. Он вскочил на ноги и бросился к мечу, но не успел. В палатку вошел Миран с двумя людьми по сторонам.
— Ты арестован! — прорычал он. Питер уставился на него, открыв рот.
— И ты умрешь немедленно, — продолжал Миран.
— За что?
Миран засмеялся:
— За то, что ты Блант-бахадур. Ты слишком удачливый человек, но больше не нужен нашему хозяину.
— И нет никакой гражданской войны? — поинтересовался Ричард.
— О, может быть, и есть, — сказал Миран. — Но наш хозяин подозревает, что ты бы не поддержал его стремление восстановить контроль над Дели индусской нации.
— С ним
— Нет-нет. Генерал Хему будет раджой, а не султаном.
— Он сошел с ума, если думает, будто у него это получится.
— Он предполагал, что ты так скажешь. Тем не менее, поскольку ты тесть хозяина, будешь казнен через отсечение головы, а не на колу.
Ричард посмотрел на Питера, который, казалось, пребывал в шоке от происходящего.
— А мой племянник?
— О, ему тоже отрубят голову, — сказал Миран, смеясь. — Поскольку его жена понравилась нашему радже.
— Моя жена?! — Питер вскочил на ноги.
— Как может раджа домогаться чужих жен? — спросил Ричард, отчаянно пытаясь найти выход из сложившегося положения.
Миран ухмыльнулся:
— Я согласен, это нужно сделать скрытно. Но ведь радже же не возбраняется брать себе вдов, если какая-нибудь из них ему приглянется. А теперь пошли...
Он не закончил и, вскрикнув, упал лицом вниз, изо рта у него хлынула кровь.
В дверях стоял Рамдас, кровь стекала с необычно искривленного ножа, который он всегда носил с собой.
С криками проклятия один из людей Мирана бросился на него с мечом. Рамдас попытался отразить удар, но лезвие меча, ударившись о кукри, соскользнуло и вошло ему в шею.
Все же возникшее замешательство дало Ричарду время добраться до меча, и он пронзил убийцу Рамдаса. Другой солдат ринулся было к нему, но напоролся на меч Питера и мгновенно умер.
Ричард опустился на колени перед верным слугой. Питер осторожно выглянул из палатки, наружу.
— Человек тридцать, — прошептал он. — А наши в невыгодном положении. — Он взял свой лук.
— Тогда все потеряно, — сказал Ричард и медленно опустил голову Рамдаса на ковер, презирая себя за то, что отправился в путь так беспечно.
— Ха! — воскликнул Питер, выступив наружу со своим длинным луком.
Отряд убийц спешился на другом конце лагеря, разоружая эскорт Бланта, растерявшийся от неожиданности.
Однако обеспокоенные вскриком Мирана несколько человек направились к командирской палатке. Первый из них с торчащей из горла стрелой тотчас бездыханным рухнул на землю.
Пока остальные соображали что к чему, еще один упал замертво, а затем еще один. Оставшиеся быстро ретировались, пораженные быстротой и меткостью стрельбы.
Ричард стоял рядом с племянником.
— Бог мой, отлично сделано.
Питер опустил лук. Выражение бойцовского азарта постепенно исчезло с его лица.
— Что он имел в виду, говоря о Хуане?
— Это нам предстоит узнать, — сказал ему Ричард. — А вот наше отношение к Хему теперь вполне определилось.
Ричард понимал, что его положение изменилось далеко не в лучшую сторону. Хему, будущий раджа, все еще держит в своих руках Гилу и Хуану. И попытка Ричарда направить свою армию против индуса будет равносильна их смерти. Совсем другое дело, если бы Хему считал его, Ричарда, мертвым. Войдя в город раньше остатков отряда Мирана, можно было бы взять женщин и спрятать их... Но куда? Возвратиться в Гоа как бедный изгнанник?