Мое второе "Я"

Харкевич Игорь

– Быстро зайти в шлюз! – Это уже относилось ко всем.

С таким аргументом не поспоришь.

– Разрешите, Глеб, сначала я с ним поговорю.

Я не возражал. У старичка в глазах разгорался огонь.

Профессор сделал несколько шагов и остановился перед переборкой.

– Не стесняйтесь, проходите.

– А вы не паясничайте, молодой человек. Я ведь слегка постарше. Кстати, там разгерметизация, может, закроем шлюз?

– Не стоит, здесь вполне безопасно.

Владислав галантно пропустил профессора и Аду в коридор, меня он держал на прицеле, пока я не вошел внутрь. Сам он так и остался в

шлюзе, держа пистолет у пояса.

Я прикидывал, успею ли я допрыгнуть. Решил, что прыгнуть успею, но долететь вряд ли. За полсекунды «Аргумент» сделает решето из нас и из корабля.

И тут профессор раздвоился. У меня отвисла челюсть. Ада ахнула. Спиной к нам стояли два профессора. Один отступил на шаг назад, второй шагнул к выключателю шлюза, но не трогал его.

– Брось оружие, останешься жив.

У Владислава расширились глаза. Он сделал шаг вперед. В тот момент, когда рука с пистолетом оказалась за переборкой, сверху рухнула плита герметизации, отсекая руку. «Аргумент» взвизгнул, выпуская рой стрел в профессора, тот даже не вздрогнул, но медленно растаял в воздухе.

Его двойник уже сидел в кресле и запускал системы корабля.

– Всем сесть! Аварийный старт через две минуты.

Корабль загудел, завибрировал.

– Если у того придурка есть хоть капля мозгов, он уберется из шлюза.

Я и Ада поспешно зафиксировались в креслах.

Вспыхнул экран обзора. На нас смотрело взволнованное лицо дежурного.

– «Алгол», вам не разрешен старт. Что происходит?

– Центр, мы стартуем. Отсоедините и загерметизируйте стыковочный узел.

– «Алгол», у вас неполадки. Стыковочный модуль неисправен. Старт запрещен.

Экран мигнул, и появилось лицо Кэпа. Как обычно, оно было бесстрастным.

– Профессор, деактивируйте двигатели и успокойтесь. Я видел инцидент в причальном шлюзе. К сожалению, помощь опоздала. Я гарантирую, что будет проведено расследование причин происшествия.

– Капитан, мы стартуем через минуту, разрешите Вы нам это или нет. Мне не хочется ломать оборудование базы.

– Подождите, профессор. Еще одно. На базе произошло ЧП. Мне нужно провести расследование. Я могу переговорить с сержантом Быстровым?

– Да.

Тут сзади высунулась Ада.

– Командир, это я виновата, я сама полезла в грузовую шахту. Сержант только хотел меня вытащить.

– Какая шахта?

– Грузовая , – грустно сознался я.

– К чертовой матери шахты!

Ого, Кэп начинает злиться, кажется, дело совсем плохо.

– Сержант, вы давали допуск для работы на поверхности Станиславу Стасенко?

– Да.

Я еще ничего не понимал.

– Цель.

– Ремонт антенной мачты 3А.

– В этом была необходимость?

У меня сжалось сердце в предчувствии неприятностей.

– В целом нет, ослабло крепление, и необходимо было провести диагностику. А в чем дело?

– А дело в том, что во время ремонта мачты лазерная батарея 3-А вышла из строя и выстрелом повредила купол командного пункта. Вашего командного пункта. Погиб один человек. Предположительно, рядовой Васильев Максим. Опознание затруднено из-за взрывной разгерметизации. Я вынужден отложить вашу командировку до выяснения причин и окончания расследования. Покиньте борт корабля и явитесь ко мне. С настоящего момента вы отстраняетесь от

служебных обязанностей до окончания расследования. Профессор, я дам Вам другого сопровождающего, или полетите одни. Может, для вас это будет безопаснее. Мы немедленно проведем диагностику причального модуля.

– Командир, я не согласен. У Вас осталось десять секунд. Сержант Быстров остается на борту.

– Профессор. Ваш корабль в механических захватах. Не глупите, при старте корабль будет поврежден.

– Профессор, мне действительно надо остаться. Я не преступник.

– Если ты останешься, то будешь трупом уже завтра.

Профессор не сделал ни единого движения, но гул и вибрация стали громче. Корабль задрожал в захватах.

– Профессор, – это опять командир, – я меняю решение. В причальном шлюзе мои подчиненные пытаются прорваться в корабль. Уходите. Причальный модуль действительно неисправен. На команды с моего пульта не отвечает. У вас большой энергозапас. Отрывайтесь.

Корабль вздрогнул, заскрежетал, заскрипел, гул усилился, затем раздался страшный скрежет, и тут я почувствовал, что мы свободны. Звезды сдвинулись вправо. Корабль свободно маневрировал в космосе.

Я представил, что случилось с людьми в причальном модуле, и мне стало дурно.

* * *

– Профессор, Вы не хотите мне что-нибудь объяснить?

– Обязательно. Только всему свое время.

– Кто эти люди, которые пытались нас остановить?

– Неизвестно, можно сделать только косвенные выводы. Это широко разветвленная, мощная, хорошо законспирированная организация, имеющая своих агентов в большинстве структур. Имеющая очень большое финансирование и влияние.

– Правительственная?

– Нет, на спецслужбы это не похоже, не тот стиль работы. Скорее либо преступная, либо коммерческая, что, впрочем, на таком уровне почти одно и то же.

– Странно, по логике вещей Вы не должны мне доверять. Вы же меня совсем не знаете. А если я тоже их агент?

– Маловероятно. Молодой человек, во-первых, Вы ошибаетесь. Я Вас знаю, и даже может лучше, чем вы сами. Мой выбор не случаен. Второе. У каждой социальной группы есть определенная модель поведения, характера, стереотипы поведения, которые определяются личностными качествами, возрастом, типом темперамента, образом мышления, социальным статусом и целым рядом других величин. Как правило, это случайный набор величин, но при достаточно большом количестве параметров можно с уверенностью говорить о личностных качествах человека, его принадлежности к той или иной социальной группе, принадлежности к определенным линиям или моделям поведения. К примеру, скупец не сможет быть идеальным любовником.

– Из всех правил есть исключения.

– Конечно, но, во-первых, исключения составляют люди с низким уровнем нервно-психологической устойчивости, их мы не берем в расчет, так же как и людей с нарушенной психикой. А во-вторых, задача не ставится на полное определение морально-психологических качеств человека. Важна лишь вероятная модель поведения. Ваша мне подходит. И с большой долей уверенности можно предполагать, что вы не агент противника, не предатель, не корыстолюбец и властолюбец, не садист и извращенец. Например, я знал, что вы не ударите Аду, когда выдернули ее на склад из шахты.