На этом, пожалуй, нам следует остановиться. Предметом наших рассуждений была модная сочинительница, и мы скорее стремились отметить влияние, которое оказывают ее творения на общество, нежели подвергать критике ее жизнь. Что касается ее писаний, то они вполне безвредны, а что до ее жизни, то она не вызывает в нас ни малейшего интереса. Сама женщина не заслуживает слишком суровых порицаний,
все зло происходит от пресмыкающихся у ее ног и одурманенных ею глупцов, которые, сами поддавшись обману, обманывают, в свою очередь, столь падкую на всякий дурман публику. Уж не мните ли вы, Тимсон, что ее сиятельство приглашает вас ради ваших beax yeux {Прекрасных глаз (франц.).} или ради вашего ума? Глупец, пожалуй, вы и в самом деле так думаете или пытаетесь уверить себя в этом, хотя вам прекрасно известно, что она любит не вас, но вашу газету. Подумайте-ка, малыш Фитч, во сколько вам обошелся ваш прекрасный жилет! А вы, Маклэзер, подсчитайте, скольких глупых улыбок, лицемерных фраз и скольких изрядных столбцов по три полупенса за строчку стоила вам огромная рубиновая булавка! Эта женщина смеется над вами, да, да, смеется, а вы воображаете, что обворожили ее. Она смеется над вашими нелепыми претензиями, над тем, как вы едите за обедом рыбу, над вашими большими руками, вашими глазами, вашими бакенбардами, над вашим сюртуком, вашим неправильным провинциальным выговором. Пора покончить с этой Далилой! Сгинь, Цирцея-отравительница, подсыпающая в яства яд! Убирайтесь-ка восвояси, господа журналисты! Если вы холосты, ходите в свои трактиры и довольствуйтесь этим. Лучше уж посредственный кусок говядины, который подает вам услужливая Салли, чем обед из четырех блюд со всем сопутствующим вздором и ложью. Если же вы женаты, ступайте к себе домой и не обедайте с господами, которые презирают ваших жен. Не шляйтесь по гостям, где в угоду лордам и леди вы разыгрываете из себя дурачка Тома, но предавайтесь своим обычным глупым забавам в обычной для вас среде. Поступайте так хотя бы в течение нескольких лет, и Модная Сочинительница исчезнет. О боги Греции, что за перспектива! И она сама обратится к своему естественному призванию и станет так же неловко чувствовать себя в литературе, как вы, мой дорогой Маклэзер, в гостиной. Предоставим
модисткам смотреть на нее с подобострастием, Хауэлу и Джеймсу клясться ее именем, а разным молодчикам с глупыми улыбками плясать перед ее каретой; пусть она даже сочиняет стихи, если уж ей так хочется, но лишь для очень узкого круга, пусть ее осыпают похвалами и всячески приукрашают портнихи, но не уважающие себя мужчины; дайте только сбыться моим словам, и модные сочинительницы переведутся. Что за блаженная мысль! Не будет никаких душераздирающих романов, никаких сердцещипательных стихов, никаких никчемных "Цветов очарованья"! О, когда же наступит этот Золотой Век?
КОММЕНТАРИИ
Модная сочинительница (The Fashionable Authoress).
Статья была опубликована в 1841 году в альбоме Кенни Медоуса "Портреты англичан" и явилась первой из целой серии работ, направленных против модных романов и поэтических произведений, идеализирующих жизнь "высшего света", и против издателей, пресмыкающихся перед титулованными сочинителями и сочинительницами.
Сегодня вечером дают "Пуритан". – "Пуритане" - опера итальянского композитора Винченцо Беллини (1801-1835).
Лорд Каслрей Роберт Стюарт (1769-1822) - английский государственный деятель.
Подобно Камилле, он скачет по равнинам. – Камилла - королева вольсков в "Энеиде" Вергилия - была так быстронога, что проносилась над полями, не задевая высоких хлебов.
...напоминает обычаи... мужчин и женщин, имена которых не значатся у Дебре. – В справочнике Дебре значились все титулованные семьи Англии.
Роттен-Роу - дорога для верховой езды в Хайд-парке.
Сафо - знаменитая древнегреческая поэтесса, жившая в начале VI в. до н. э.
А барон? Да у него всего только одним шаром больше, чем у ростовщика. По старинному обычаю, на вывеске ссудной лавки изображались два шара. В короне барона - три шара.
Пора покончить с этой Далилой! – По библейскому преданию, Самсон, побивший тысячу филистимлян ослиной челюстью, был предан подкупленной филистимлянами куртизанкой Далилой, имя которой стало символом женского коварства (Книга Судей, гл. XVI).
