Модести Блейз
Шрифт:
Пятнадцать секунд спустя они уже были на земле, прячась в темноте. С той стороны монастыря послышалось два выстрела. Те, кто был снаружи, пришли в явное возбуждение, начался обмен репликами между ними и кем-то у окна. Затем наступила тишина.
Модести тронула Вилли за плечо и начала пробираться по узкой выемке между камнями. Она видела фигуры слева — они наблюдали за маленькой боковой дверью.
От монастырской стены начинался спуск, который теперь сделался совсем крутым, но они могли встать, спрятанные скалой. Модести тронула Вилли за
Они продолжили спуск, минуя каменные преграды. Пять минут спустя они уже были на ровной земле. К востоку остров сужался, и в слабом лунном свете вырисовывался сильно пересеченный ландшафт. Вилли удовлетворенно хмыкнул. Тени от камней обеспечивали неплохое прикрытие в их отходе к мысу.
Раздался выстрел, и, повинуясь автоматическому рефлексу, Модести обернулась, и, увидев, что Вилли упал, выстрелила, причем так быстро, что могло показаться, что выстрелы прозвучали почти одновременно. Человек, стоявший на каменном выступе в тридцати шагах от них, стал медленно оседать. Затем послышался легкий звон и стук — что-то упало и покатилось по камням, в конце концов остановив свой спуск в двух ярдах от Модести. Это была винтовка «ли-энфилд» калибра 0, 303.
Вилли продолжал лежать на земле, обхватив левое бедро чуть пониже паха. Модести положила «магнум», взяла винтовку, дернула затвор и, опустившись на колено, застыла в ожидании.
Первая винтовка, которая когда-то давно попала в руки к Модести, была именно этой модели. Несмотря на то что она появилась не одно десятилетие назад, это было надежное, хорошо стрелявшее оружие.
Прошла минута. Никаких криков, никакой стрельбы. Вообще никаких звуков. Это не удивило Модести. Она успела неплохо изучить законы подобных сражений. Ранее стрельба вообще, скорее всего, велась на испуг, так, на всякий случай.
— Старик монах, похоже, держится, — прошептал Вилли. Модести положила винтовку, вытащила из ножен последний нож Вилли и разрезала ему брючину от бедра до лодыжки, затем обрезала материю вокруг ноги чуть ниже того места, которое он придерживал руками, содрала штанину. Затем сказала:
— Ну, давай посмотрим, Вилли-солнышко.
Он медленно убрал руки. Кровь текла довольно сильно, но не было того фонтана, который возникает, когда задета артерия. Вилли снова прижал ладони к ране. Модести осторожно исследовала бедро и вздохнула с облегчением, когда пальцы нащупали рваное выходное отверстие.
— Вошла и вышла, — сказала она. — Похоже, кость цела.
— И на том спасибо.
Модести сделала небольшой разрез в подкладке его куртки и вытащила стерильную повязку. Наложив ее на рану, она затем отрезала кусок брючины, превратила в жгут и наложила чуть выше раны. С помощью трубки от лука затянула турникет.
— Подержи минутку, — сказала она Вилли, отрезала еще два куска материи и завязала их над и под раной,
— Спасибо, Принцесса, — сказал Вилли. — Дай-ка я попробую проверить, как она действует.
Модести помогла ему подняться. Вилли осторожно ступил на раненую ногу, но та не выдержала, подогнулась, и Модести вовремя подставила ему свое плечо.
— Извини. Видать, задеты кое-какие нервы. Стоять могу, а вот ходить — нет!
— Неважно. Сможешь постоять, пока я соберу вещи? Вилли прислонился к камню. Она вложила нож в ножны, сунула «магнум» в карман его куртки. Потом, взяв винтовку в правую руку, подошла к Вилли и обхватила его левой за талию.
— Обопрись о меня, Вилли-солнышко. Так, теперь попробуем потихоньку двинуться.
Они заковыляли к мысу. Минут через пять Модести почувствовала, что ее рука стала мокрой от пота, который лил градом с Вилли, проступая через рубашку и куртку. Они не разговаривали. Говорить сейчас было не о чем, все силы требовалось сосредоточить на движении, забыв про остальное.
Когда они преодолели примерно половину расстояния, начался отрезок голой ровной местности шириной ярдов в сто — от берега до берега.
Они вышли на эту равнину, освещаемую луной. Идти нужно было по песку, что никак не способствовало увеличению скорости.
— Пройдем этот кусок и тогда уж отдохнем, — сказала Модести. — Ты как?
— Со мной порядок, — сказал Вилли, но пот капал с его подбородка, и Модести почувствовала, как Вилли сотрясает дрожь от приступов боли.
— Это я хочу передохнуть, — уточнила Модести. — Ты у нас тяжеленький, Вилли-солнышко.
Впереди вдруг взметнулся фонтанчик песка, и они услышали сзади звук выстрела.
— Не торопись, — сказала Модести, когда Вилли попытался ускорить шаг. — С тысячи ярдов им должно сильно повезти.
Раздалось еще четыре одиночных выстрела, затем автоматная очередь. Но они успели проковылять через полосу песка и оказались у камней. Одиночные выстрелы прошли далеко в стороне, а автоматная очередь не долетела. Модести укрылась за каменным выступом, осторожно опустив Вилли на землю. Платком не первой свежести она отерла пот с его лба.
На западе танцевали маленькие точки света — это люди Габриэля спускались от монастыря. Модести взяла винтовку, провела необходимые манипуляции, чтобы проверить патроны. По ее подсчетам, их там было семь.
— Дальше тебе придется ползти одному, — сказала она Вилли. — Я задержу их тут минут на десять. Когда я тебя догоню, ты должен быть уже очень близко от катера.
Он углубился в подсчеты вариантов. Затем кивнул:
— О’кей, Принцесса.
Она посмотрела, как он проворно отползает, волоча за собой раненую ногу. Огоньки тем временем приближались, выравниваясь в линию. Никак не меньше тридцати человек, подумала она. Да, Габриэль создал целую армию. Но в конце концов, ради десяти миллионов стоило постараться. Ей стало интересно, присутствует ли сам Габриэль в цепи атакующих.