Модератор
Шрифт:
— Вы разберитесь, разберитесь, пожалуйста. Может, он — наркоман? — в вопросе сквозила надежда.
Колядкин поднялся еще на пару ступеней. И увидел милиционеров. Оба топтались у дверей квартиры Павлова, вдавливая по очереди кнопку звонка. Безуспешно.
Найк прищурился. И пошел ва-банк:
— Звонок не работает!
Менты, как по команде, обернулись в его сторону.
— А вы кто? — спросил прапорщик.
— Родственник.
— Документики есть?
— Конечно-конечно, — в паспорт Найка, как бы между прочим, была вложена визитка начальника ГУВД.
Любопытная дама поднялась на несколько ступеней. И вытаращилась рентгеновским взглядом. Но ничего интересного рассмотреть не сумела.
— Что-то случилось? — вежливо уточнил Найк.
— Еще бы! — скривилась она. — Полюбуйтесь на мой потолок!
— Извините, ради бога. Если бы я мог компенсировать…
— Да, вы знаете, во сколько мне ремонт обошелся?!
Найк протянул три стодолларовые бумажки. Зрачки у женщины расширились, но купюры она взяла. Повертела в руках и торопливо сунула в карман халата.
Милиционер проводил деньги ревнивым глазом.
— Это только моральные издержки, — добавил Найк. — Когда придут ремонтники, мы все оплатим.
Дама что-то буркнула. Но возвращаться в квартиру не спешила.
«Вот сука!»
Найк улыбнулся:
— Ну, что прапорщик, инцидент исчерпан? — забирая паспорт, он незаметно вложил в ментовскую ладонь две зеленые бумажки.
Деньги тот, конечно, взял. Но объявил:
— Надо побеседовать с вашим братом. В целях профилактики.
«Жадная скотина!» — со злостью подумал Колядкин.
Все еще улыбаясь, он неопределенно дернул плечами.
— Что-то не так? — насупился милиционер.
— Нет, нормально…
И с решимостью обреченного Найк забарабанил в дверь костяшками пальцев. В ту минуту он даже не вспомнил, что у него есть ключ.
«Опять!» — вздохнул Виталий. Сегодня явно тяжелый день…
Павлов отбросил мокрое полотенце и торопливо натянул тренировочные штаны.
Открыл.
Их было трое. Знакомая фигура в дорогом костюме и двое в милицейской форме.
— Здравствуй, Виталя…
— Найк? Что ты здесь делаешь? Это служебная часть Пространства!
— О чем ты говоришь, дурачок? — сквозь зубы процедил Колядкин. — Тебя еще час назад отключили от сети!
— Несанкционированный доступ — серьезное нарушение…
— Ты в реальности, идиот!
Милиционеры
Найк обернулся и пояснил:
— Парень много работает.
— Немедленно покиньте Пространство!
— Щас сделаем укольчик, Виталя, и тебе станет легче, — Колядкин открыл кейс, зыркнул на ментов. — Помогите, а?
Прапорщик и сержант нерешительно переглянулись. Это явно стоило больше двухсот баксов.
— За мной не заржавеет! — успокоил Найк.
А Виталия вдруг осенило. Никакой это не Колядкин! Это ж типичная хакерская атака!
Он даже слегка отступил, рассматривая гостей. Типичные отморозки.
— Нет, ребята… Изгадить Пространство я вам не дам!
— В психушку захотел? — оскалился Найк, — Очнись, неудачник. Здесь — не виртуальщина. Здесь ты — никто.
— Я — модератор!
— Идиот с перегревшимися мозгами. Да помогите же!
Милиционеры шагнули ближе, и Павлов вдруг разглядел, что у каждого из них в кобуре плюсомет. Неслыханная наглость!
— Нарушение правил, пункты 4 и 8, — хрипло объявил он.
— Расслабься, Виталя, — мягко сказал Колядкин, поднимая инъектор. — Расслабься и все будет…
Слово застряло у Найка в глотке. Менты шарахнулись в стороны.
Павлов взлетел над их головами. Два плюсомета типа «макаров» с хрустом вырвались из милицейских кобур и прыгнули в руки Виталия.
Красные метки получились не очень аккуратными. Женщина в халате визжала и отключилась не сразу. А за фальшивым Колядкиным пришлось гнаться до первого этажа.
И все-таки Виталий справился.
Сел на ступени отдохнуть.
«Пора менять защиту сервера. Надо быть начеку».
Он вздрогнул. Что-то еще не так… Какая-то неправильность в окружающем мире.
Виталий спустился в парадное и открыл дверь подъезда.
Люди. Голоса. Множество голосов. Они звучали вокруг и слова складывались во фразы. Неправильные, нарушающие гармонию. Не имеющие ничего общего с разведением комнатных растений.
«Офф-топик, — вздохнул Виталий. — Офф-топик».
И холодная сталь «плюсометов» опять прыгнула в его ладони.
«Я — МОДЕРАТОР!»
О. Кулагин, 2009Иллюстрация Александра Ремизова