Модельер

Линдсей Рэчел

– Грезишь наяву, Аликс? На тебя не похоже. Или задумалась о своем возлюбленном?

Вздрогнув, Аликс подняла глаза. Она и не заметила, как вошел ее помощник Питер Норт. Он стоял перед ней, насмешливо и ласково глядя на своего обаятельного шефа. Высокий, расхлябанный Питер обожал щегольскую одежду, и его развязные манеры не сочетались с проницательными голубыми глазами и с тонким циничным ртом. Аликс до сих пор не могла понять – он циник или это напускное? А что же скрывается за этой маской равнодушия? Питер изучал в Оксфорде историю, но довольно непродолжительное время. Затем отказался от науки во имя более прибыльного маркетинга.

Аликс

улыбнулась:

– Мой возлюбленный слишком далеко. В последнем письме он сообщил, что отправляется в бразильские джунгли.

– Мир просто перевернулся вверх тормашками, – пробормотал Питер. – Геологи читают лекции в телевизионных студиях, а студийные архитекторы пробиваются через джунгли, чтобы объяснить принципы строения зданий аборигенам.

Аликс криво усмехнулась. Описание Марка Уотса слишком уж соответствовало действительности: имея возможность получить неплохую работу в Англии, он, неплохой архитектор, предпочитал обитать в самых дальних уголках земли.

– Вот напишу Марку, что ты о нем думаешь, – пригрозила она. – Но я была бы рада, если бы ты продемонстрировал такое же чувство юмора в своих рекламных обзорах для прессы. От них же веет скукой, Питер!

– Интересно, что увлекательного и юморного можно написать про уборочную машину? Верни меня, пожалуйста, к занятиям театром.

– Не могу. Это лучшее, что у нас пока есть, и гут нужно мужское перо.

– Предрассудки, – сказал он с напускной горечью. – Я предъявлю тебе обвинение в сексуальной дискриминации. – Он стал копаться в бумагах на столе. – Не могу найти фотографии, которые забрал на прошлой неделе. Те, где ты со старым фермером на заднем плане и с молодым комбайнером на переднем.

– Может, они у Уилли.

– Она говорит – на твоем столе. – Он продолжил поиски и наконец торжествующе воскликнул: – Нашел! – Питер вытащил из груды бумаг большой желтый конверт. – Пойдешь на выставку? Там на всех стендах тракторы, и у нашего дорогого малыша есть собственный стенд.

– В другой раз, – пообещала Аликс. – У меня сегодня важная встреча.

– Бизнес или удовольствие?

– Бизнес, конечно. И если все пойдет так, как я задумала, у нас начнется новая жизнь.

Около половины четвертого Аликс припарковала свою красную «фиесту» неподалеку от площади Беркли. Поднявшись по ступенькам, она вошла в холл Редженси-Хаус с зеркальными стенами.

Это было большое помещение.

Белая с золотом лестница, покрытая красным ковром, изгибаясь, вела на второй этаж. С потолка свисали массивные люстры из позолоченной меди. Они ярко пылали, несмотря на то что на улице вовсю светило солнце. За столом восседала рыжеволосая особа, перед ней на столе лежало расписание приемов.

– Месье Дюваль ждет меня, – сказала Аликс и назвала себя.

Девушка кивнула и проводила ее. Они поднялись на второй этаж, затем прошли по коридору, в конце которого было огромное окно с видом на небольшой сквер, радующий глаз разнообразными цветами.

Рыжая остановилась у белой с золотом двери и жестом богини пригласила Аликс войти. Большая комната, как и весь дом, была богато обставлена: позолоченные стулья, великолепный ковер от стены к стене, масса маленьких столиков с фотографиями знаменитостей в серебряных рамках. У окна на огромном столе с отделкой из позолоченной бронзы лежали эскизы костюмов. Из-за стола поднялся, приветствуя ее, высокий, плотный, похожий на стареющего игрока в регби человек.

Он так сильно пожал ей руку,

что она с трудом удержалась, чтобы не сморщиться от боли. Аликс села в предложенное кресло. Внешне Анри Дюваль не походил на француза: густые светлые с проседью волосы, живые голубые глаза, свежий цвет лица.

– Рад наконец-то познакомиться с вами, мисс Смит, – улыбнулся Анри Дюваль. – Я слышал блестящие отзывы о вашей работе от моих друзей из театрального мира и надеюсь, вы будете столь же успешны, сотрудничая с фирмой Дюваль.

– Создать имя – дело не быстрое. Но ваше уже хорошо известно, а это упрощает задачу.

– Да, имя-то известно, – мрачно отреагировал Анри Дюваль, – но не так, как мне хотелось.

Аликс не скрыла удивления, и он, наклонившись вперед, продолжал:

– Позвольте объяснить, мисс Смит. Хороший дом моделей отражает характер его главного модельера. Это проявляется по-разному: в выборе материала, покрое, даже в том, куда встрочена «молния». У Дома моделей «Юки» фирменный знак – плавная линия, у «Зандра Родес» – необычная вышивка, а у Дома Дюваль... – Его красивые и ухоженные руки описали в воздухе круг. – Моим девизом всегда было сделать красивую женщину еще более желанной. Время шло, и я постарался скрыть от недоброго мира тот факт, что эта женщина уже не так желанна, как раньше. – Он сделал драматическую паузу. – Я был слишком удачен. Красавицы, которых я одевал в годы нашей молодости, по-прежнему остаются моими верными клиентами. Но постепенно Анри Дюваль – увы! – приобрел репутацию кутюрье стареющих женщин! Модельер старых дам, – добавил он горько. – Я больше не могу это выносить.

Аликс кивнула. Причина, заставившая Анри Дюваля пригласить ее, стала понятной.

– Вы хотите приобрести более молодую клиентуру.

– Несомненно! Мы должны дать понять миру, что Анри Дюваль не изжил себя, не иссяк. Что в старой псине еще полным-полно жизни! – Его голубые глаза засияли. – Что он может предложить молодым женщинам не меньше, чем дамам определенного возраста. Я хочу, чтобы именно вы помогли мне в этом. Как думаете, справитесь?

– Почему бы и нет?

– Ну и с чего начнете?

– С вас. – Аликс старалась по возможности задействовать клиента в ходе рекламной кампании. Это помогало ему ощутить свою значимость, а заодно убедиться, что реклама – дело нелегкое. – Когда люди слышат имя Дюваль, они тут же начинают думать о вас. Поэтому вам необходимо изменить свой имидж. И для начала неплохо, если бы вы появлялись в обществе известных молодых женщин – актрис, звезд телевидения, молодых общественных деятельниц, писательниц.

– Звучит великолепно! – Анри Дюваль горел энтузиазмом, и Аликс поняла: он чувствовал, что на кон поставлена не только его репутация как модельера, но и как мужчины. Он просил ее помощи не только из-за страха потерять свое место под солнцем в этом мире, но и в силу причин более личного характера. – Вы беретесь за это? Я правильно понял?

– С удовольствием.

– Отлично. Вы будете руководить работой отсюда?

– Нет, не могу. У меня целый штат сотрудников и другие заказы. Я буду работать в своем офисе.

– Это невозможно. Моя репутация пострадает, если станет известно, что я нанял агента по рекламе!

– Но так поступает большинство кутюрье.

– У главных модельеров такие сотрудники входят в штат. И у меня должно так быть. Потом, если будете находиться здесь, я мог бы представлять вас как специалиста PR по всем вопросам, не только по моде.