Модельер
Шрифт:
— Добрый день! — он схватил за руку Артюра, самого младшего. В это время тот уже приготовился бросить свой школьный рюкзак в старшего брата. Толстощекий Артюр, который так любил Педанта, улыбнулся дяде, но, похоже, еще больше огромной коробке с пирожными, которую Клод держал в руках.
— Мы можем посмотреть на Педанта? — спросил Артюр.
— Ты любишь моего попугая больше, чем меня. А где Анри?
— Как обычно, болтает с девочками. Мы должны его подождать.
—
— Она рано утром шла на работу, поэтому мы не видели ее.
— А кто отвел вас в школу?
— Мы уже давно ходим в школу самостоятельно.
— А папа? Он должен читать газеты, не так ли?
— Когда мы уходили в школу, он еще спал.
— Неужели?
— Они вчера поздно вернулись, а сегодня у него встреча днем. Он оставил нам записку, чтобы мы не шумели утром, поели и сами отправлялись в школу.
— Ваш дядя стал знаменитостью в один день, а его семья даже не подозревает об этом! Но ваши родители присутствовали при этом. А где же Анри? Я скажу ему, что братья не должны его так долго ждать.
— Пожалуйста, скажи ему об этом, — стал умолять Жан-Юг. — Это так неприятно, особенно в те дни, когда у меня куча работы по дому.
— Все уже разошлись из школы, а мы все еще ждем его, — сказал Дидье. Их слова эхом отдавались в пустых проемах мраморных лестниц.
— Вот он идет! — воскликнул Артюр.
Анри и Жан-Юг были в офисе дяди всего лишь три недели назад. Но сейчас Анри казался старше и сдержаннее. Никаких крепких объятий.
— Привет, дядя. Что ты делаешь здесь?
— Вместо того чтобы обнять меня, ты задаешь дурацкий вопрос. Я приехал сюда, чтобы разделить свою славу с вами, моими самыми любимыми в мире людьми. С вашей четверкой! Пойдемте в мою мастерскую, съедим эти пирожные!
Когда они вошли, Клод поставил на кухонный стол коробку с пирожными.
— Вы должны увидеть квартиру, которую я купил в Париже, — сказал он, вспоминая, что не провел там ни одной ночи. — Квартира такая огромная, потолки…
— А нам нравится здесь, — сказал Дидье, подбегая к часам деда. — Дядя Клод, — позвал он минутой позже. — Часы остановились. Они показывают десять часов. Разреши мне их починить, пожалуйста. Я в этом разбираюсь. Помнишь? Ты учил меня!
Странно, но Клод впервые не завел часы. Он открыл окно и впустил в комнату солнечные лучи. Густой запах созревающих яблок внезапно напомнил об ушедших из жизни родителях.
— Можно съесть пирожные? — Дети были уже
— Конечно! Они для вас. Итак, скажите мне, что вы думаете о достижениях вашего дяди?
Их интересовали только пирожные, и они совсем не думали о нем. Он взял утренние газеты, открыл страницу с собственной фотографией и показал все-таки племянникам.
— Это ты, дядя Клод?
— Ого, — произнес Анри, откусывая очередной кусок пирожного. — Это нечто! Ты стал знаменитым.
Клод зачитал им статью. Они сидели и внимательно слушали.
— Какое платье вы считаете самым лучшим из тех, что изображены здесь? — спросил он с гордостью.
— Мне нравится вот это белое, — сказал Артюр, исчезая под столом и вылезая с другой стороны с мячом, который сразу же бросил через всю комнату.
— Мне нравится зеленый брючный костюм, — сказал Анри. — Особенно пояс и цвет.
Это очень клево.
Жан-Юг и Дидье сражались за оставшийся эклер.
— Это для дяди, Дидье!
— Нет. Он никогда не ест их!
— Дядя, разве этот эклер не для тебя?
— Вы можете разделить его, — сказал Клод. В этот момент он вовремя уклонился от летящего в него футбольного мяча, который попал в буфет, перевернул, но не разбил две пустые кофейные чашки.
Наблюдая за реакцией дяди, Дидье замер.
— Дидье, ты не сказал, какое платье тебе нравится больше всего. — Клод отложил мяч и газету. — Я верну мяч, но только после того, как услышу ответ.
— Думаю, что мне нравится зеленое.
— Он говорит так потому, что это сказал Анри. Он во всем подражает Анри, — сказал Жан-Юг.
— Тебе действительно нравится зеленое платье? — спросил Клод Дидье шепотом.
— Я думаю… вот это, — прошептал ему в ответ Дидье.
Дидье показал на Валентину в ее красном платье. Сердце Клода упало.
— Тебе кажется, что этот цвет идет этой женщине? Или тебе больше нравится женщина, чем ее платье?
— Она очень красивая, — сказал Дидье.
— У тебя и у меня одинаковый вкус по отношению к женщинам, — сказал Клод, посмотрел в сторону и передал мяч Дидье.
— Дядя Клод, — сказал Анри, — я должен идти домой. У меня дел невпроворот.
Не дожидаясь ответа, он выскочил за дверь. В скромную мастерскую моментально ворвались посторонние звуки. Зазвонил телефон.
Он хотел предупредить:
— Никому…
Но прежде чем Клод успел договорить, Жан-Юг уже поднял телефонную трубку.