Модельер
Шрифт:
— Я думаю, что для мамы разрез должен быть немного ниже.
— Хороший выбор! По колено не годится, у нее длинные голени. Мне также понравился выбор выреза для шеи в форме буквы V.
Клод взял менее детализированное произведение Жан-Юг.
— Ты справился, Жан-Юг. Какой цвет?
— Красный. Я думаю, что мама будет прекрасна в красном платье.
— Возможно, но посмотри, я думаю, что платье с такими четкими линиями требует более нежного цвета, возможно, розового, может быть, бледно-розового. А пояс? Выбирайте цвет и материал для пояса.
Оба мальчика
— Черный кожаный пояс на розовом платье? Вы уверены?
— Это оригинально, — сказал Анри.
— Он не должен быть слишком броским, — сказал Жан-Юг.
— Я не уверен. Давайте посмотрим, он, конечно, может быть кожаным, но, мне кажется, лучше выбрать розовый цвет и замшу, а если по нему разбросать редкие бусинки или блестки?
— Да-да, мне это нравится, — сказал Анри.
Жан-Юг сомневался.
Клод показал мальчикам склад тканей. Он наблюдал, как удивился Анри, увидев множество рулонов тканей самых различных цветов.
— Я уверен, что на этом складе можно найти любой цвет шелка, муара, полотна или атласа, — сказал Клод.
— Это город цвета! — вскричал Жан-Юг.
Когда они вернулись в офис, то увидели Лебре, который многозначительно поглядывал на часы.
— Клод, как продвигается работа над коллекцией? — быстро спросил он и, не дожидаясь ответа продолжил: — У меня есть некоторые комментарии. У вас найдется свободная минутка? — Он посмотрел на Анри и Жана-Юга.
— Позвольте представить, месье Лебре, мои племянники Анри и Жан-Юг Рош. — Он видел, как Лебре рассматривал истрепанные кромки брюк Анри и жирное пятно на желтом, мятом галстуке Жана-Хью.
Клод постарался смягчить оценки Лебре.
— Анри и Жан-Юг дали мне некоторые предложения по звуковому сопровождению показа коллекции. Ребята, садитесь, пока я буду разговаривать с месье Лебре. После этого мы пойдем перекусить.
Лебре сел в кресло напротив Клода.
— Я осмотрел первые две юбки для коллекции. Они слишком коротки. Юбки и платья этой коллекции должны быть длиной до середины икры. Другие дизайнеры делают именно такую длину, и я уверен, что вся наша коллекция будет выполнена в едином стиле.
— До середины икры?
— Так делают для весны итальянцы. Длина до колена всех утомила, с этим покончено. Сосредоточьте свое внимание на этой длине, чтобы мы отличались от тех, кто до сих пор еще остается в замешательстве.
— Андре, — сказал Клод, — вы когда-нибудь видели женщину ростом в пять футов и восемь дюймов, которая хорошо выглядит в юбке или платье длиной до середины икры? Это делит ноги на две половины и укорачивает их. Кому нравится смотреть на мускулистые икры ног, особенно на подиуме? Может быть, прозрачное платье, возможно, пальто длиной до середины икры, но юбка, платье?
— Мой наивный Клод, я по-прежнему забываю, хотя уже пора и запомнить. — Лебре бросил взгляд на Анри и на Жана-Юга, которые листали журналы в углу офиса. — Я не должен забывать, откуда вы приехали, и что у вас такой маленький опыт в мире высокой моды. Позвольте мне дать вам совет. Длина платья определяется
— Давайте о веяниях, — перебил его Клод. — Биржа, итальянцы… Имеют ли они какое-то отношение к тому, что хорошо смотрится или не смотрится вовсе на женщине? Разве внешний вид — это нечто вторичное?
— Клод, мы уже не учимся в школе моды. Если вы поймете это, то мы сэкономим массу времени — Лебре поднялся и громко произнес: — Длина должна быть до середины икры. Вся коллекция нашего дома будет состоять из платьев, костюмов и юбок только такой длины. Это не обсуждается. — Он еще раз посмотрел на Клода и покинул офис, не попрощавшись.
— Мальчики, сейчас вы стали свидетелями глупости, царящей в мире взрослых! До середины икры. Это все равно что упорно работать над дизайном самой отвратительной одежды, которую можно придумать. Вот был бы успех! До середины икры! Что дальше? — Он рассмеялся. — Идемте, съедим что-нибудь, и я вам объясню важность длины платья, той границы, где кончается ткань и начинается тело. До середины икры! Он, возможно, мог бы сказать и другое: «Извините, вы должны создавать модели только в коричневых тонах». До середины икры! Посмотрим. Полагаю, что мне нужно быть хитрее.
Глава 16
Клод открыл конверт. Приглашение на прием. Его руки задрожали. С фотографии на него сердито смотрел Виктор. Это был взгляд, который он запомнил, уходя из квартиры Валентины. Теперь портрет Виктора красовался на глянцевой белой плотной карточке приглашения. И хотя это был портрет Виктора, художнику не удалось достичь полного сходства: глаза настоящего Виктора были не такими большими; на подбородке более выраженная ямочка, да и губы намного больше. Он вообще казался в жизни более решительным и собранным, чем на портрете.
Клод вспомнил: Валентина говорила, что собирается организовать выставку работ своего старого друга, а ее партнеры предоставляют выставочную площадь. Но изображать Виктора Кутюрье на пригласительной карточке, лицо человека, который совершенно недавно был исключен из мира искусств, это уж слишком вызывающе, если не сказать рискованно, для авторитета выставки да и для будущего Валентины. У нее был новый босс. Договорились ли художник, Теодор Рохан, и Валентина об этом шоу, несмотря на то что оно может носить скандальный характер? Неужели это сейчас было самым важным для художника? Возможно, Валентина желала доказать, что, несмотря ни на что, Виктор пользуется популярностью среди людей мира искусств.
Скорее всего, она не стремилась получить согласия от нового аукциониста Друо. Как может новый директор одобрить рассылку приглашений, на которых изображен его посрамленный предшественник? Она настойчиво пыталась помочь Виктору всплыть на поверхность: скорее всего он заставил ее принять решение, связанное с выставкой работ этого художника. Клод перевернул карточку и прочитал текст приглашения.
Коллекция.
Современные портреты и картины.