Мода в саване. Спрячь меня
Шрифт:
— Нет, не я, — ответил ему майор. — Мой бизнес не имеет отношения к машинам.
Он поджал узкие губы и с усмешкой посмотрел на владельца салона. Тем временем любопытство маленького парикмахера стало слишком заметным, чтобы скрывать его от других людей.
— Я смотрю, вы были за границей, — сказал он, оборвав тираду толстяка, который все еще рассуждал о кличках скаковых лошадей.
— Нет, вы ошиблись.
Мистер Вик нисколько не смутился. Он намотал на бигуди прядку жестких волос клиента и позволил ей распрямиться.
—
— Или манчестерский Уиган, — ответил майор.
Его глаза блеснули, когда он снова встретил взгляд Ричарда в зеркале.
— Счастливая Часовая Башня, — произнес коммивояжер. — Кто только придумывает такие имена? И что означала эта кличка?
— Неизменно быстрая лошадь.
Улыбка в зеркале померкла, и майор посмотрел на часы.
— Типичная вещь для моего блаженного хронометра! Кто-то может подсказать мне точное время?
Вопрос, что было удивительно, затронул всех присутствующих. Мистер Вик повернулся и указал рукой на яйцеобразный диск, висевший на стене за его спиной.
— Эти часы остановились во время похорон Шекспира, — объявил он с непонятной гордостью. — Они начинали отставать, когда рядом проходил Ронни, и ускорялись при каждом сообщении Би-би-си.
— Четыре минуты и двадцать три — нет, подождите, двадцать четыре… точнее, двадцать пять секунд, — сказал коммивояжер, глядя на наручные часы.
Он тут же начал крутить ребристую головку заводной пружины.
— Подождите, — скомандовал толстяк, тяжело приподнимаясь в кресле и выполняя какие-то неуклюжие действия под облачающим его покрывалом. — Самое правильное время — это железнодорожное время! Сейчас скажу точно.
Он достал серебряные карманные часы, хмуро посмотрел на циферблат и, недовольно встряхнув, сунул их обратно в карман.
— Наши механизмы кое в чем схожи, — сказал он маленькому парикмахеру.
Ричард в силу привычки приподнял манжету рукава, вовремя опомнился и, быстро вскинув голову, заметил, что майор опять разглядывает его в зеркале. Мужчина тут же отвел круглые глаза в сторону, но у молодого человека осталось странное впечатление, что по какой-то непонятной причине водитель спортивной машины доволен увиденным. Он с улыбкой повернулся к коммивояжеру.
— Я подвожу свои часы четыре раза в день, — заметил он. — Если вы правы, то за последние полчаса они отстали на минуту и двадцать секунд. Дело в том, что тридцать минут назад я проезжал по Вестминстерскому мосту и, услышав звон Биг Бена, подвел их.
На лице Ричарда появилось недоуменное выражение. Ложь майора, произнесенная таким нарочитым голосом, была совсем не обязательной. Он с любопытством посмотрел на незнакомца. Тот выглядел вполне нормальным человеком. Мужчина невинно вертел в руках часы. Внезапно Ричард уловил в нем что-то интересное. Похоже, майор был занят своими мыслями — составлением какого-то точного
Размышления Ричарда прервала суматоха, вызванная толстяком при вставании с кресла. Вскоре молодой человек занял освободившееся место перед столиком с зеркалом и попытался объяснить мастеру-иностранцу, что он нуждается всего лишь в том, чтобы ему слегка подправили имевшуюся прическу. Пока он наслаждался необязательной стрижкой, мистер Вик и его любимый клиент продолжали вести оживленную беседу.
— Вам знакомо понятие Гринвича, сэр? — спросил парикмахер. — Ваши слова о Вестминстерском мосте напомнили мне о нем. Хотя, конечно, имеется еще и Холм стрелка. Да, Кент — прекрасный край. Какие достопримечательности вы посмотрели там?
— Практически никаких. — Уголки губ майора шаловливо приподнялись вверх. — Ваши уловки с наводящими вопросами абсолютно бесперспективны, мой друг. Вы сами недавно предположили, что я не имею постоянного жилища.
Мистер Вик обиженно нахмурился.
— Все бы вам подразнить старика, — сказал он с укором и отступил на шаг от кресла. — Ну вот и все, сэр. Вам нравится? Извините, но я не хочу задерживать этого ожидающего джентльмена. Иначе он не успеет сделать ставки до часу дня.
Водитель спортивной машины поднялся на ноги. К сожалению, Ричард, сев в кресло второго мастера, оказался пойманным в своеобразную ловушку. Он с огорчением наблюдал, как майор расплатился с владельцем салона и направился к вешалке. Затем мужчина выполнил одно действие, которое молодой человек нашел весьма любопытным. Войдя в парикмахерскую, он, очевидно, снял полушинель вместе с курткой. Теперь этот странный человек надел их тем же образом — с таким намерением, чтобы никто не увидел лицевую сторону куртки. Ричард, посматривая в зеркало, понял, что маневр был схож с ложью о Вестминстерском мосте. Действия майора не имели корыстной подоплеки, но они выглядели очень необычными. Несмотря на небрежный вид, мужчина, одеваясь, прилагал усилия. Он тщательно завязал шарф и приподнял воротник до щегольского градуса. Затянув пояс, он попытался смягчить пытливого мистера Вика, который по-прежнему дулся на него.
— Этим вечером я собираюсь встретиться с вашим кумиром. Надеюсь заключить небольшую сделку с Могги Муреном.
При имени известного комедианта парикмахер дрогнул и забыл о своей обиде. Взрыв восторженных восклицаний сорвался с его уст, и желтоватое лицо потеплело от восхищения.
— Вы действительно увидитесь с ним? Клянусь, он понравится вам. Не знаю почему, но он всегда производит на людей одно и то же впечатление.
Майор повернулся к зеркалу Ричарда и подмигнул молодому человеку.