Мода в саване. Спрячь меня
Шрифт:
— А были такие времена, когда он сорил деньгами больше, чем в другие? — осведомился Донн.
— Такие периоды бывают у каждого мужчины. Джерри здесь не исключение. Иногда он был абсурдно щедрым и экстравагантным.
— Эти периоды можно назвать регулярными?
— Что вы имеете в виду? Ах, я поняла. Нет, мне кажется, они совпадали с поступлением его дивидендов. Скорее всего, он делал ставки на ипподроме и на автогонках.
Люк вздохнул. Он начал терять доброе расположение духа.
— Во время вашего
— Думаю, да.
Женщина внезапно повеселела и стала немного озорной.
— Я долго не видела его. Затем он пришел и сказал, что переживает ужасные времена. Он рассчитывал на какую-то выгодную сделку. Когда чуть позже он снова появился в клубе, у него уже все получилось. Он сообщил, что его клиенты отправились путешествовать, причем раньше, чем ожидалось. Зато они оставили ему коттедж. А знаете, чем хорош Джерри? Он никогда не тревожит вас своими заботами. Мы чудесно провели время. Промотали столько деньжищ, что мне и сейчас не верится.
Люк медленно встал с кресла и посмотрел на нее сверху вниз. Его лицо было мрачным, но не злым.
— Вы когда-нибудь задумывались, что это была за сделка? — тихо спросил он. — Вы потратили кучу деньжищ! Как он мог получить такие большие комиссионные от сделки с мужчиной, чья жена пользовалась дешевой помадой и пришивала инициалы к своей пластиковой сумке?
Наступила гнетущая тишина. Атмосфера маленького офиса разительно изменилась и стала весьма неприятной. Женщина напряженно смотрела на суперинтенданта. Судя по взгляду Эдны, его вопросы зародили в ней сомнение.
— Что вы хотите сказать?
Это была не бравада и не пренебрежительная насмешка. Просто вопрос напуганной женщины.
— Сколько денег он получил от них? Если много, то, вероятно, все, что у них было. Так ведь?
— Этого не может быть. Они уплыли за моря…
— Вы точно знаете, что уплыли? Женщина оставила сумку.
Они не были готовы к такой внезапной реакции. Эдна вскочила с кресла и, тяжело дыша, прижала руки к сердцу.
— Вы хотите сказать… что он поступил с ними, как с Хейгом?
— Что заставило вас так подумать?
Люк обошел вокруг стола и поддержал ее за локти. Наверное, он боялся, что она может упасть.
— Почему вы вспомнили о Хейге?
— Я не хочу… Это невозможно! О Боже!
Люк мягко заставил ее сесть в кресло и сунул ей в рот сигарету, к которой затем поднес зажигалку.
— Теперь продолжайте, — велел он, — и будьте хорошей девочкой с ясной головой. Вас могут привлечь по статье за сокрытие тяжкого преступления. Но если вы поможете нам, то будете проходить по делу как свидетель. Только я советую стараться изо всех сил. Вы меня поняли? А теперь отвечайте на вопросы. Что заставило вас подумать о Хейге?
Она вскинула руки к волосам и взъерошила твердую
— Хейг был мужчиной, который обманул… который не поделился… который купил кислоту…
— Забудьте о кислоте.
Люк говорил с ней настойчиво и мягко, словно с ребенком.
— Хейг был ловким пройдохой, который решил шагнуть на одну ступень дальше Джерри, — сурово произнес он. — Многие обманщики берут у жертв почти все, но оставляют им немного в знак утонченности своего воровского ремесла. Хейг решил, что такое великодушие было глупой традицией.
— Откуда вы знаете?
Испугавшись своего крика, она бросила на Люка дикий от ужаса взгляд и пробормотала:
— Это точные слова Джерри. Именно так он и сказал.
— О глупой традиции? И о Хейге?
Она кивнула. Ее лицо побледнело, глаза стали темнее.
— Однажды вечером мы обсуждали Хейга, и я назвала его чокнутым безумцем. Но Джерри сказал, что он просто нарушил традицию, посчитав ее глупой. И еще Чад-Ходер сказал, что, если бы Хейг не струсил, он и сегодня был бы жив, купаясь в деньгах и наслаждаясь богатством… Я прошу вас! Не делайте записей! Поверьте, я больше ничего не знаю!
— А давайте я расскажу вам о том, что будет дальше.
Донн говорил с ней ласково и дружелюбно.
— Мы хотим узнать всю историю до конца. Полицейские иногда очень неуклюжи в своих просьбах. Поэтому помогите нам, чтобы в деле было меньше путаницы. Хотя если вам по-прежнему хочется защищать его, то, конечно…
— Защищать?
Она произнесла это слово так, будто никогда не слышала его прежде.
— О нет! Я не собираюсь защищать его! Если речь идет об убийстве, пусть он сам выкручивается.
Ее крик резко оборвался. Она села, ошеломленно глядя перед собой. Все следы очарования и женственности на ее лице уступили место абсолютной практичности. Отныне поведение Эдны диктовалось реальностью собственной защиты.
— Когда будете брать его, не забывайте об осторожности, — предупредила она. — Вечером он был при оружии. Когда Джерри целовал меня, я почувствовала, что в его кармане находится пистолет.
Донн быстро взглянул на Люка и поднял вверх большой палец правой руки. Когда он повернулся к Эдне, его голос снова стал мягким и добрым.
— Мы хотим взять у вас показания, мисс Кэтер, — сказал он. — Вам лучше не жалеть на это время. Сейчас вы тихо посидите и выпьете чашку чая. Затем вы расскажете сержанту всю свою историю. Он запишет ее и зачитает вам вслух, после чего вы подпишете протокол допроса.
Он посмотрел на ее испуганное лицо и доброжелательно улыбнулся.
— Не волнуйтесь, мисс. Мы можем быть очень благоразумными и благодарными, когда хотим. Дав показания, вы сможете вернуться к прежней жизни. Вы не сядете в тюрьму и не потеряете хорошую работу.