Моабитская тетрадь

Джалиль Муса Мустафович

Такой не ждал я чепухи!Опять щекочет в глотке.«Я… я… апчхи… тебя… апчхи..»Что скажешь тут красотке?Я за руку подругу взял,Я осмелел, признаться,Но стал пузырь — чтоб он пропал!Под носом надуваться.Смотрю: девчонка хмурит бровь,И понял я, конечно,Что, как пузырь, ее любовьТут лопнула навечно.И слышу,

сжавшись от стыда:«В любви ты смыслишь мало.Ты, прежде чем идти сюда,Нос вытер бы сначала». Она ушла. Какой позор!И я с печальным взглядомПошел (подписан приговор)К аптекарю за ядом.«Прольешь, красотка, вдоволь слезТы за мои мытарства!» —Я в пузырьке домой принес…От насморка лекарство.И не встречал уж я, друзья,С тех пор ее ни разу.Так излечился в жизни яОт двух болезней сразу…В сырой темнице стынет кровь.И горе сердце ранит.Нет, даже с насморком любовьКо мне уж не заглянет.Март 1943

ВОЛКИ

Люди кровь проливают в боях:Сколько тысяч за сутки умрет!Чуя запах добычи, вблизиРыщут волки всю ночь напролет.Разгораются волчьи глаза:Сколько мяса людей и коней!Вот одной перестрелки цена!Вот ночной урожай батарей!Волчьей стаи вожак матерой,Предвкушением пира хмелен,Так и замер: его пригвоздилЧуть не рядом раздавшийся стон. То, к березе припав головой,Бредил раненый, болью томим,И береза качалась над ним,Словно мать убивалась над ним.Все, жалеючи, плачут вокруг,И со всех стебельков и листковОседает в траве не роса,А невинные слезы цветов.Старый волк постоял над бойцом.Осмотрел и обнюхал его,Для чего-то в глаза заглянул,Но не сделал ему ничего…На рассвете и люди пришли.Видят: раненый дышит чуть-чуть.А надежда-то все-таки естьЭту искорку жизни раздуть. Люди в тело загнали сперваРаскаленные шомпола,А потом на березе, в петле,Эта слабая жизнь умерла…Люди кровь проливают в боях:Сколько тысяч за сутки умрет!Чуя запах добычи вблизи,Рыщут волки всю ночь напролет.Что там волки! Ужасней и злей —Стаи хищных двуногих зверей.Март 1943

ВЛЮБЛЕННЫЙ И КОРОВА

Мне

без любимой белый свет не мил,В ее руках — любовь моя и счастье.Букет цветов я милой подарил —Пусть примет он в моей судьбе участье.Но бросила в окно она букет, —Наверно, я не дорог чернобровой.Смотрю — мои цветы жует корова.Мне от стыда теперь спасенья нет.…Корова ест цветы. А той пороюПарнишка весь досадою кипит.И вот, качая головою,Корова человеку говорит: «Напрасно горячишься. Толку мало.Присядь-ка ты. Подумай не спеша.Когда бы молока я не давала,Она была б так разве хороша?Она кругла, свежа с моей сметаны.Какие ручки пухлые у ней!Как вешняя заря, она румяна,А зубы молока белей».Притихшему влюбленному сдается:Права корова. Разве ей легко?Ведь на лугу весь день она пасется,Чтоб принести на ужин молоко. Утешился парнишка. Этим летомЦветы он близ речушки собирал.А после к девушке спешил с букетом,Но все цветы корове отдавал.Ну, так и быть. Буренку угощаю.Иной любви, нет, не желаю сам.Я счастлив оттого, что дорогаяПьет молоко с любовью пополам!Май 1943

ОДНОЙ ДЕВУШКЕ

Нежданна, необычна наша встреча,Ведь ты издалека, и я издалека,А словно мы давным-давно знакомы —Сердечно руку жмет твоя рука. Как звать меня, еще не знаешь толком,А мне в глаза глядишь с любовью ты, —Знать, догадалась, чуткая, что чувстваВо мне всегда открыты и чисты.Немало в жизни мелочей докучных,Сердящих нас никчемностью пустой,Но что сравнится с дружбой настоящей —Такою пылкой, искренней такой?И что с сияньем глаз твоих сравнится?Они мне сердце разожгли огнем, —Всю жизнь, твой взор чудесный вспоминая,Отныне буду тосковать о нем. Я сам не понимаю: что за силаТак глубоко смогла нас породнить?!Мы не словами — взглядами сумелиДруг другу нашу тайну объяснить.Ужель твой взор, доверчивый и нежный,Поэт не смог бы сердцем разгадать?Язык-то без костей — солжет порою,А взор, душа моя, не может лгать.Года пройдут, — с тобою снова встретясь,Счастливых слез, наверно, не сдержу,Тебе с волненьем руку пожимая,«Любимый друг!» — от всей души скажу.