Многостаночник

Казанцев Кирилл

* * *

Время было позднее. Но жизнь на Белорусском вокзале продолжала бить ключом. К кассам тянулись длинные очереди. Зал ожидания полнился людьми. По перронам прохаживались полицейские патрули, которые гоняли бомжей и лиц цыганской внешности. Прибывали и отбывали пассажирские поезда.

На прилегающую к зданию вокзала парковку зарулил серебристый микроавтобус. Втиснулся между двумя угловатыми внедорожниками. Раздвижная дверца съехала в сторону. И из салона высыпала небольшая группка из четырех представительных мужчин

в сопровождении суетящейся женщины, которая прижимала к груди канцелярскую папку с торчащими из нее документами.

– Господа, наш поезд отправится ровно через полчаса… По уже сложившейся традиции я выкупила места в самом начале комфортабельного спального вагона, рядышком с вагоном-рестораном… – протараторила она.

– Какая на этот раз будет программа? – поинтересовался входящий в состав группы директор типографии Гознака – солидный мужчина с бородкой-эспаньолкой.

– Стандартная. Сначала минские казино, потом агроусадьба с банькой и девочками… Ну а в завершение – вас ждет охота на кабана в Беловежской пуще, – кратко расписала увеселительную программу на ближайшие два дня женщина.

– Девочки хоть красивые будут? – спросил розовощекий толстяк, облизывая потрескавшиеся губы. – А то в прошлый раз какие-то грымзы попались.

– Красивые. Из модельного агентства. Сама лично выбирала. Так что не беспокойтесь, – успокоила она его. – Ну что ж, идемте, господа.

В скором времени четверо солидных мужчин, ведомые своей провожатой, уже шагали по переполненному людьми перрону, на который вот-вот должны были подать скорый пассажирский поезд сообщением «Москва – Минск». Наконец, невдалеке показался локомотив, тянущий за собой вереницу вагонов.

Обычно сложно подгадать, в каком месте перрона остановится нужный тебе вагон. Но если ты постоянно ездишь одним и тем же поездом, при этом приобретая билет в один и тот же вагон, то с «ориентацией на местности», вернее, на перроне, у тебя не должно возникнуть никаких проблем. По той простой причине, что машинист всегда «фиксирует» состав на неизменном отрезке железнодорожного пути. Плюс-минус один-два метра. А потому тебе уже известно то самое заветное место на перроне, заранее став на которое, ты избавишь себя от ненужной беготни вдоль прибывшего поезда. Нужный тебе вагон сам распахнет перед тобой двери.

Раздался протяжный гудок, от которого вздрогнул каждый находящийся на перроне. И вдоль него, подобно гигантской стальной змее, стал вытягиваться длинный железнодорожный состав. Наконец пассажирский поезд «Москва – Минск» замер. Топчущаяся под фонарем женщина с прижатой к груди канцелярской папкой зашагала к открывшейся двери остановившегося прямо перед ее носом комфортабельного спального вагона. Следом за ней двинулись и четверо солидных мужчин.

– Опять охочих на азартные игры и голых баб самцов в Беларусь везешь? – тихо проговорила молоденькая проводница, проверяя билеты.

– Это не самцы, а VIP-клиенты, – так же тихо поправила ее женщина, все сильнее прижимая к груди папку.

– Хорошего отдыха, – во всеуслышание

заявила проводница, посмотрев при этом почему-то только на розовощекого толстяка, и отошла в сторонку, освободив проход в подшефный ей вагон.

Когда же работница турфирмы, которая организовывала еженедельные увеселительные поездки для состоятельных россиян в братскую республику, разместила мужчин по купе и вышла покурить на перрон – к проводнице подошли Ларин с Лорой. Они производили впечатление влюбленной парочки. Он обнимал ее за талию. А она в свою очередь что-то нежно шептала ему на ухо.

– Добрый вечер, – улыбнулся проводнице Андрей одной из своих самых обворожительных улыбок и протянул ей два билета.

– Добрый вечер, – на секунду «отлипнув» от уха напарника, бросила Лора и вновь что-то ему зашептала.

– Добрый-добрый, – пробормотала работница РЖД и, проверив билеты, пропустила «влюбленную парочку» в вагон.

Стучали колеса. Дребезжали в подстаканниках граненые стаканы, из которых на скатерть выплескивался остывший чай. За окном зияла непроглядная, чернильная темнота.

– …Давненько я в СВ не ездила, – осматриваясь в просторном купе, проговорила Лора. – А ты?

– Слушай, ты так и будешь всю дорогу стоять да головой вертеть? – пробурчал расположившийся на мягкой сидушке Ларин. – Может, присядешь?

– Насиделась я уже в твоей колымаге, когда мы за директором типографии Гознака несколько дней подряд по всему городу катались. Так что лучше постою, – заявила она. – Кстати, по моим наблюдениям – он человек небогатый. Посещает недорогие кафе, закупается в обычных магазинах, да и живет в двухкомнатной квартире. Одним словом, ничего сверхъестественного. К тому же предпочитает отдыхать не в Объединенных Арабских Эмиратах, а в скромной Беларуси.

– Хочешь сказать, что директор типографии чист, как стеклышко? – ухмыльнулся Андрей. – А вдруг все это показуха? Игра на публику? Спектакль?

– Считаешь, что он этакий подпольный миллионер? – Прищурилась Лора.

Отхлебнув немного терпкого чайку, Ларин довольно причмокнул губами, закинул ногу за ногу и проговорил:

– Я не считаю, а предполагаю, – поправил он свою напарницу. – А вот ты, если судить по твоей недавней реплике, считаешь… Да-да, именно считаешь, а не предполагаешь, что директор типографии чуть ли не ангел. Впрочем, скоро мы узнаем, кто из нас прав.

И вдруг за соседней стенкой раздался сдавленный кашель, будто кто-то поперхнулся. Затем кашель сошел на нет. А через несколько секунд загремела раздвижная дверь. До слуха антикоров стали доноситься удаляющиеся шаги. Ларин привстал, осторожно выглянул в коридор и прокомментировал увиденное:

– Наконец наш директор в вагон-ресторан намылился, – сообщил он. – Что ж, красавица, как говорится – твой выход.

– А если он нетрадиционной ориентации? – вдруг предположила Лора.

– Традиционной, – убежденно проговорил Андрей и тут же пояснил, почему он так считает: – Я видел, как он на проводницу засматривался.