Мкхарт
Шрифт:
— Может, вина? — Кивком головы я подозвал одного из официантов, снующих по залу с подносами, уставленными бокалами с напитками и легкими закусками. — Очень рекомендую вот это, красное, его поставляют с виноградников моей семьи.
Девушка поднесла бокал с вином к лицу, вдыхая его аромат. Ее четко очерченные ноздри слегка расширились. Пригубив небольшой глоток и покатав его во рту, девушка чуть колыхнула напиток в бокале и осмотрела его на просвет. Ну да, порода. Она такая же аристократка, как и я, и учили всем этим светским тонкостям нас по схожей программе.
— Что ж, вино действительно неплохое. А что еще у Вашей семьи получается так же
— Абсолютно все. Желаете убедиться лично? — Кажется, не один я хочу как можно быстрее покинуть это сборище. — В моей городской квартире хранится впечатляющая коллекция эстампов работы одного из моих предков. Вы сможете лично удостовериться, что чувство прекрасного никогда не изменяло мужчинам нашего рода.
Угу, эстампы есть, я не лгу по пустякам. И они действительно принадлежат моему предку. Другое дело, что они есть лишь как виртуальная страница в моем домашнем коммуникаторе и доступны для просмотра любому, у кого есть доступ в инфосеть. Или, на крайний случай, могу еще их распечатать. Но ей-то знать об этом вовсе не обязательно.
— Кроме того, я смогу представить на Ваш суд некоторые вина с наших виноградников, которые никогда не попадут в широкое обращение. Так что, едем?
Я замер, ожидая ее решения.
Тхань Ти Фаннизе:
Зря говорят, что разряд энергии может проскочить только между дойнянем и чонянем. Конг всего лишь стряхнул с моего плеча конфетти. Одно легкое, почти невесомое касание пальцев, а меня как молнией ударило.
— Может, вина? — предложил Конг и тут же, не удержавшись, подчеркнул. — Очень рекомендую вот это, красное, его поставляют с виноградников моей семьи.
Судя по его изучающе-хищному взгляду, у него в планах было не только угостить меня вином. Но он корректно пропускал даму вперед, уступая мне право первой подать знак. Я улыбнулась и томно протянула:
— А что еще у Вашей семьи получается так же хорошо?
— Абсолютно все, — самоуверенно заявил Конг, и глаза у него радостно сверкнули. Мой намек понят, дальше дело за мужчиной. Не ко мне же домой мы поедем? — брат не поймет. Надеюсь, мне не предложат снятый на два часа номер в гостинице. Как раз вчера одна из моих однокурсниц бурно и с возмущением рассказывала подругам о своем, уже бывшем парне, который посмел ей предложить провести время в подобном заведении.
— В моей городской квартире хранится впечатляющая коллекция эстампов работы одного из моих предков. — О, Святой Нан Люнь! Главное, не рассмеяться. Конечно, мы сейчас поедем к нему на квартиру именно для того, чтобы полюбоваться графическими рисунками его родственника. Как же забавна эта игра в соблюдение приличий… Но вино и правда вкусное, так что еще от пары-тройки бокалов я бы не отказалась. Как будто прочитав мои мысли, Конг добавил: — …Я смогу представить на Ваш суд некоторые вина с наших виноградников… Так что, едем?
Можно подумать, у меня был выбор после двух недель воздержания? С моим-то темпераментом, когда я с шестнадцати лет, как дикая тигрица, использовала всех попадающихся мне под руку слуг в доме… А тут очаровательный вежливый мужчина приглашает меня посетить его городскую квартиру и предлагает вкусное вино, как приятное дополнение?
— Только ради того, чтобы убедиться, что мужчины семьи Линь умеют не только производить прекрасное вино… — кокетливо улыбнулась я, стрельнув глазками в Конга и тут же смущенно их потупив, — а еще и понимают толк в искусстве… — не удержавшись, я на секунду
Конг Си Линь:
— Только ради того, чтобы убедиться, что мужчины семьи Линь умеют не только производить прекрасное вино… — кокетливо улыбнулась моя визави, стрельнув при этом глазками и тут же якобы смущенно их потупив. Ого, да в ее взгляде такие огоньки, недалеко и до пожара!! Снова посмотрев мне в глаза, она еле слышно добавила: — А по утрам я люблю пить зеленый чай.
Да, девочка явно не из скромниц. С другой стороны, вспомнил себя в такой же день: три недели суеты и нескончаемой нервотрепки от вступительных экзаменов, а, соответственно, и полного воздержания. Да я на этом балу на статую Святой Затрахи был готов влезть! Ну, так даже проще будет. Нашарив в кармане цилиндрик коммуникатора, я нажал синюю кнопку. По этому сигналу Чин Ли, мой слуга, нянька, водитель и телохранитель, приставленный ко мне батюшкой перед отъездом из имения, должен подать мой лимузин к крыльцу Центрального корпуса.
— Напомните, я не говорил, что семья Линь владеет лучшими плантациями зеленого чая на этой планете? — забрав недопитый бокал вина из ее рук, я деликатно подхватил ее под локоток и чуть притянул к себе. — Поэтому обещаю Вам самый лучший зеленый чай из всех, которые Вы когда-либо пробовали, — и, выдержав небольшую паузу, добавил. — Утром.
Уже понимая, что мы просто обречены проснуться в одной постели, позволяю себе немного сарказма: — Да, забыл сказать, у меня еще и самая лучшая коллекция лютневой музыки Темных Веков.
Переглянувшись, мы практически одновременно не выдерживаем и прыскаем со смеху. Ее смех звучит нежным колокольчиком.
— Вот чего Вам не занимать, уважаемый тьюзи, так это самомнения, — улыбается она.
Между тем, миновав переполненный зал, мы выходим на верхнюю площадку парадной лестницы. У ее подножья уже стоит мое аэроавто, линкольн, представительского класса, и, конечно же, последней модели. Задняя дверь уже распахнута, рядом склонил голову мой верный Ли, затянутый в форменный китель темно-зеленого цвета.
— Прошу, — подав руку даме, помогаю ей устроиться в салоне. Синеющие сумерки размывают очертания Королевского сада, за окном мелькают огоньки вечерней столицы. Подняв стекло между салоном и водителем, я передвигаюсь поближе к моей соблазнительнице. Слов уже не нужно. Покрывая поцелуями ее ручку, поднимаюсь все выше. Она берет мое лицо своими ладонями и буквально впивается в мои губы. Лишь остатки разума не позволяют мне стянуть с нее это чертово платье. Какое-то время спустя я обнаруживаю, что мы уже никуда не едем. Лимузин стоит у крыльца роскошного жилого комплекса, в котором нашей семье принадлежит целый этаж. Невозмутимый Ли молчаливым монументом стоит у дверцы, ожидая разрешения открыть ее. Далее все пронеслось набором связанных картинок — почтительный поклон консьержа, услужливый мальчик-лифтер, распахнутая дверь моих апартаментов. Я начал сдирать с нее одежду, едва за нами закрылась дверь. Кажется, она делала тоже самое со мной.