Мизгирь
Шрифт:
Дождавшись, когда костёр догорит, он развернулся и пошёл домой.
– Видел я твою Галю. Познакомились мы с ней, – сказал он Лере, вышедшей ему навстречу из детской.
– Галю? – поразилась та.
– Ага, она ко мне подошла, точнее выскочила, как чёрт из табакерки, чего, говорит, тут жжёшь.
– А ты?
– Я ничего не сказал, но она сама потом заметила, что это ворона. Что-то про порчу мне наплела. А, да. В церковь звала в выходные.
– В церковь? – задумчиво повторила Лера.
– А ты права, странная она, Галя эта, – усмехнулся Гена, – Ну, я пойду, руки помою.
– Иди-иди, –
Глава 12
В эту ночь Лере не спалось. Погода вдруг резко изменилась, подул порывистый ветер, закрутил в воздухе и снег, и дождь одновременно, деревья в саду стонали и качались, в доме то и дело раздавались скрипы и вздохи, ненастье стучалось в окна, плача и причитая. Ева хныкала, едва только Лера спускала её с рук, пытаясь уложить в колыбель. Оставив тщетные попытки лечь спать, Лера взяла с вешалки большую пуховую шаль, и, сев в кресло-качалку, устроилась поудобнее, завернувшись вместе с дочерью в мягкий толстый кокон.
Гена несколько раз пытался предложить свою помощь уставшей жене, но та отказалась:
– Тебе на работу с утра, понедельник – день тяжёлый, ложись, а мы можем и днём завтра прилечь.
– Если что, зови, – ответил Гена, – Я не сплю.
И тут же уронил голову на подушку и захрапел. Вскоре храп перешёл в тихое и ровное сопение. Ева тоже спала, но Лера уже не решалась перекладывать её с рук, и так и сидела, чуть покачиваясь в кресле и слушая вой ветра за стенами.
– В марте часто так бывает, – говорила она мысленно сама с собой, – Зима с весною борются, вот и вьюги и метели, хотя днём всё таяло и птицы щебетали.
Где-то во дворе раздавалось мерное монотонное постукивание, словно что-то колотилось о забор – тук-тук-тук… И постепенно Лера стала проваливаться в сон. Руки её отяжелели, сделались ватными, веки опустились, и липкая, молочная пелена окутала её со всех сторон. Лере снилось, что она маленькая девочка, лет пяти. Она играет во дворе своего дома на зелёной мягкой траве, вокруг рассыпаны её игрушки – ведёрко, кукла, мячик, формочки для песочницы и любимый плюшевый заяц, у которого одно ухо длиннее другого. Родители заняты чем-то в доме, бабушка копается в огороде на грядках, и рядом никого.
Внезапно сзади падает тень, Лера пугается, оглядывается, но тут же успокаивается, узнав их соседку, тётю Галю. Тётя Галя хорошая, она всегда приносит что-то вкусненькое в кармане своего платья, и рассказывает разные истории про русалок, полевика, шишигу и кикимору. Вот и сейчас она протянула Лере карамельку.
– Здравствуй, Лера, – улыбается широко тётя Галя, – А чего это ты одна? Не скучно?
– Немножко, все заняты, – вздыхает Лера.
– А хочешь, я с тобой поиграю? – предлагает соседка.
– Правда? – глаза девочки вспыхивают от радости.
– Да, пойдём, погуляем?
– А бабушка не заругается? – сомневается Лера.
– Нет, что ты, мы же соседи.
– Тогда пойдёмте, а можно только я Петю с собою возьму?
– А кто это, Петя? – поднимает бровь тётя Галя.
– Зайчик мой, – показывает пальчиком на плюшевого зверя Лера.
– А-а, конечно, бери, – кивает
Лера вкладывает свою маленькую ручку в ладонь тёти Гали и они выходят со двора, оставляя калитку открытой.
– А куда мы пойдём гулять? – поднимает Лера голову.
– В лес, – отвечает, не глядя на неё, тётя Галя, – На волшебную поляну.
– Волшебную? – восхищается девочка, – Правда-правда?
– Да.
– А там что, феи живут? – спрашивает Лера.
– Живут, но не феи, – ухмыляется соседка.
– А кто? – не унимается Лера.
– Увидишь.
Они удалялись всё дальше и дальше от дома, лес сомкнул над ними свой шатёр, закрыл от солнца, становилось всё темнее и холоднее, яркий солнечный день сменился серыми сумерками.
– Мне холодно, – захныкала Лера, – И страшно. Пойдём домой.
– Мы уже пришли, – успокоила её тётя Галя.
Лера огляделась кругом – заросли колючего шиповника, высокие сосны, кривые разлапистые ели.
– Здесь замок Спящей красавицы? – догадалась она.
– Точно, – снова усмехнулась тётя Галя, – И этой красавицей у нас будешь ты.
– И принц будет?
– И принц, – кивнула она, – Сейчас он уже появится. Только он заколдованный, помнишь, как в сказке про Аленький цветочек?
– Чудовище? – ахнула Лера.
– Ага, но на самом деле он добрый. Ты же не испугаешься его?
– Неа, – неуверенно помотала головой девочка, словно сомневаясь в своей силе духа, – А он слишком страшный?
Тётя Галя ничего не ответила, она сосредоточенно смотрела куда-то вперёд.
– Вот мы и пришли, – наконец, произнесла она, и они остановились.
Лера глянула под ноги и увидела, что они стоят на краю громадной воронки, быть может, для тёти Гали эта воронка и не была такой громадной, но для маленькой, хрупкой девочки это была целая пропасть. Склоны воронки, похожей на чашу, густо поросли ярко-красными цветами мака, источавшими сладкий, приторный аромат, от которого у Леры вдруг резко закружилась голова и перед глазами поплыли цветные круги, словно радуга соединила концы своего моста, и, размножившись, поплыла по небу мыльными пузырями. Внезапно Лера увидела, как в глубине воронки, на самом дне её что-то заворочалось, зашевелилось, земля вспучилась, заходила ходуном, будто вот-вот должна была разродиться. Только сейчас девочка разглядела, что в центре воронки зияет какое-то углубление, нора, чёрным кругом выделяющаяся среди огненно-красного макового моря. И из этой самой норы сейчас пыталось вылезти наружу нечто большое и ужасное. Лера почувствовала это всем своим нутром. Она вцепилась в подол тёти Гали, которая стояла спокойно, явно ничего не боясь, и жадным взглядом смотрела вниз, в ожидании чего-то или кого-то.
Глава 13
Лера затрясла соседку:
– Я не хочу играть, я хочу домой, идём домой!
– Сейчас пойдём, – одёрнула её та, – Не кричи.
– Я к маме хочу! К маме! – завопила Лера.
– А ну, замолчи, – крикнула злобно тётя Галя, – Стой смирно. От её неожиданно-грубого окрика Лера впала в ступор, она не привыкла, чтобы на неё так повышали голос, на неё никто никогда так не кричал, и сейчас она оторопела. Медленно развернувшись спиной к соседке, она уставилась на воронку и застыла от ужаса.