Мивер. Отступник
Шрифт:
– Планы? Никакие.
– Правильно говорить никаких, – поправила девушка и предложила. – Тогда как насчёт пройтись по городу? Готова поспорить ты ещё здесь не был.
– Не был, – согласился он. – Пошли. Это будет интересен.
– Интересно.
– Интересно.
Город в мгновение ока очаровал юношу. Он ходил по улицам и вертел головой в разные стороны столь интенсивно, что девушка даже забеспокоилась, как бы он себе шею не свернул. Несколько раз Мивер останавливался перед особо величественными зданиями и недоверчиво спрашивал: "
Перед входом юноша остановился.
– Что случилось? – поинтересовалась Илейн.
– Люди. Много людей. Я никогда не видел так многих людей.
– Много, – улыбнулась она. – Не бойся я с тобой.
– Бойся? Что это такое?
– Боязнь. Страх. Когда колени трусятся, а сердце стучит как сумасшедшее и хочется убежать. Все его чувствуют.
Юноша покачал головой.
– Прости. Я не понимаю, о чём ты говорить.
– Ну и не надо, просто идём вперёд, – ответила наёмница и, подхватив под руку Мивера, потянула его за собой. Он не сопротивлялся.
В тесноте торговых рядов юноша чувствовал себя неуютно. Тем не менее, он с интересом рассматривал нахваливаемые продавцами диковинки. Правда, помня печальный опыт в таверне, взять ничего не пытался. Илейн уверенно пробиралась к рядам с украшениями. Там она застряла надолго, выбирая себе цепочку на шею. Наконец, одна с тонким плетением и причудливым рисунком удовлетворила её вкус и девушка её купила.
– А тебе что-нибудь понравилось? – поинтересовалась Илейн у Мивера. – У тебя конечно сейчас денег нет, но я могу одолжить. После нападения разбойников Линд, увидев твою работу, обещал заплатить тебе по прибытию в столицу.
– Деньги?
Сколько ни билась девушка, но почему люди так ценили маленькие разноцветные овальные кругляши, юноша понять не мог. В деревне, если ему нужна была еда он её выращивал, либо охотился. Если нужна была одежда, то мастерил её из шкур добытых животных. И даже оружие они делали сами в общей кузне. Если ему было необходимо нечто, чего он не имел, то соседи с радостью делились своими запасами, зная, что если что-либо понадобится им, они всегда могут это взять в его семье.
– Да, деньги. За них покупаются вещи. Я ведь тебе уже об этом говорила!
– Спасибо, мне ничего не нужно.
– Ну, как знаешь, – обиделась девушка.
Они уже направлялись к выходу с рынка, когда суматоха рядом с продавцом яблок привлекла внимание Мивера.
– Ах ты мерзавец! – ярился здоровый мужик лет сорока, продавец. За собой он тащил отчаянно вырывавшегося ребёнка лет семи от роду. – Я те покажу, как яблоки воровать! За воровство у нас руки рубят.
С этими словами он достал широкую, увесистую дубинку, уложил руку мальчика на прилавок и занёс оружие над
– Ты чего? – не понял он.
– Ребёнок украл яблоко, – без каких-либо эмоций произнёс незнакомец, но от его слов повеяло холодом и угрозой. Хоть он был и без оружия, торговец почувствовал себя неуютно.
– Да, мерзавец маленький.
– И ты хочешь сломать ему руку?
– Всё по закону. Любому вору в городе отрубают руку. Так что я ещё мягко с ним. Если страже сдам они с ним церемониться не будут.
– За яблоко?
– Да. Сегодня он одно украл, а завтра его дружки двадцать одно! С ними нельзя нянчиться.
– Ребёнок украл одно яблоко. Он голоден и ты ломать ему руку? – снова повторил юноша. Торговцу вдруг захотелось оказаться где угодно, лишь бы подальше отсюда.
– Я заплачу за него, – ответила одетая, как наёмница девушка с мечом на боку.
– Но по закону…
– Послушай, – она оттащила палача от жертвы. – На твоём месте я бы согласилась. Этот парень убивал и за меньшее.
– Но стража…
– Он с дальнего востока. Ему плевать на наши законы. Даже если стража его поймает, тебе от этого легче не станет.
– Хорошо, я согласен, – кивнул торговец и заломил цену. – Три медяка!
Девушка передала ему деньги, взяла яблоко и отдала ребёнку.
– Это твоё. А теперь беги отсюда, – сказала она и повернулась к Миверу. Юноша всё ещё стоял и пристально рассматривал торговца.
– Пошли, – потянула за собой его Илейн и Мивер, неохотно, подчинился.
– Ну и зачем ты вмешался? – поинтересовалась девушка у него, когда они покинули рынок.
– Он хотел ломать руку ребёнку.
– У них тут такие законы. И мы ничего не можем с этим поделать. А если бы торговец позвал стражу?
– Я должен стоять и смотреть, как ломать руку ребёнку?
– Нет, не должен. Я не знаю. Прости, что набросилась на тебя. Ты поступил глупо. Он всё равно умрёт от голода или лишится руки при следующей краже. Ты не спас ребёнка, а просто отсрочил его приговор. Вот и всё.
– Я поступил неправильно?
– Ты не можешь помочь всем.
– Значит, не помогать никакому?
– Никому, – поправила его девушка. – Не знаю. Просто запомни, помочь всем ты не сможешь, как ни старайся. Кстати, если ты не заметил, то спасённый тобой малец следует за нами.
– Я заметил.
– И что ты собираешься делать?
– Не знаю. Пока не знаю, но… Ив ален ви де ру.
– Что?
– Сказав первую букву, произнеси последнюю.
Досадуя на наивность Мивера, девушка всё же отвела его в магазин готовой одежды и подобрала ему приличные брюки и рубашку с курткой.
– Потом отдашь деньги за них, – успокоила она юношу.
– Отдам, – пожал плечами он. Деньги всё ещё не играли для него никакой роли, хоть он уже и понимал, что в этом мире без них нельзя.