Митридат
Шрифт:
Возникла долгая пауза, в течение которой Митридат и Антиоха взирали друг на друга, словно два хищника.
Наконец Митридат скорбно произнес, отведя взгляд:
– Я всегда буду ждать этого удара…
Ночью Митридату не спалось. Его томили мрачные предчувствия. Слова Антиохи, сказанные напоследок, жгли ему душу. Ее лицо, то печальное, то осуждающее, возникало перед ним, едва он закрывал глаза.
Действительно, как Митридат станет смотреть в глаза
Быть неумолимым по отношению к Антиохе заставил Митридата Тирибаз. После короткой, но проникновенной речи Тирибаз сумел убедить Митридата, что властолюбивая жена хуже любого врага, ибо она, как никто другой, знает все слабости мужа. Пользуясь этим и своими чарами, такая женщина не остановится ради власти ни перед чем! Печальная участь Артаксара- наглядный тому пример.
– Антиоху нужно убрать, пока она не натворила худшего,- сказал в заключение Тирибаз.
И Митридат, горя местью за Артаксара, приговорил Антиоху к смерти.
Но то было днем.
Ночью в Митридате пробудилась жалость. Антиоха подарила ему немало сладостных мгновений, она любит его, и она- мать его наследника, наконец.
«Артаксара не вернешь, а жить с таким камнем на сердце я не смогу,- думал Митридат, расхаживал по спальне.- Антиоху можно наказать и не столь сурово. К примеру, заточить в крепость или отправить в изгнание на какое-то время… Решено: или то, или другое, по ее выбору».
Приняв такое решение, Митридат почувствовал облегчение. Все-таки миловать приятнее, чем карать.
Он повалился на ложе и мгновенно заснул, измученный муками совести.
На рассвете Митридат вызвал к себе Тирибаза.
– Тирибаз, тебе не кажется, что я был излишне жесток вчера с Антиохой?- пряча глаза, сказал Митридат.- Она все же моя сестра и супруга.
– Нет, не кажется,- сказал Тирибаз, подозрительно взирая на Митридата.
– Я передумал казнить Антиоху,- продолжил Митридат.- Я не хочу прослыть в народе жестокосердным.
– Это результат бессонной ночи…- проговорил Тирибаз, словно врач, определяющий симптомы болезни.- Я предвидел такой оборот. И своевременно принял меры.
– Меры?..- Митридат вскинул на Тирибаза тревожные глаза.- Какие меры?
– Я распорядился умертвить Антиоху, не дожидаясь утра,- ответил Тирибаз.
– Ты с ума сошел!- вскричал Митридат, изменившись в лице.- Как ты посмел, безумец! Да я велю тебя самого предать казни!..
– Успокойся, царь,- невозмутимо оказал Тирибаз.- Лучше послушай меня. Когда мои воины пришли в темницу, Антиохи там уже не было.
– Как не было?- Митридат глядел на Тирибаза непонимающими глазами.
– Антиоха ухитрилась бежать к тому времени вместе с начальником стражи,- продолжил Тирибаз.- Правда, далеко им уйти не удалось. Мои люди настигли их на улице, ведущей к гавани. Судя по всему, они хотели выбраться из города по морю. Спутник Антиохи отчаянно защищался и ранил троих моих воинов, прежде чем его прикончили. Антиоха была убита метко брошенным дротиком. Она умерла сразу. Тело ее находится сейчас во дворце.
Тирибаз умолк.
Митридат молча взирал
– Если бы Антиоха сумела бежать, у тебя прибавилось бы хлопот, друг мой,- негромко добавил Тирибаз.- А потому благодари меня и счастливый случай, что все сложилось так удачно.
Что? – переспросил Митридат, убитый необратимостью случившегося.- Да, да, конечно… Проводи меня к ней, Тирибаз.
Глава вторая
Роксане было всего восемь лет, когда умер ее отец, царь Митридат Эвергет.
Ее вместе с сестрами правели к одру умершего родителя, чтобы проститься с ним. У Роксаны не было слез, ее переполнял щемящий сердце страх: неужели этот окаменевший чужой человек- ее отец?! Разве могла жизнь покинуть такое большое и сильное тело?!
То неизбежное, что довлеет над каждым человеком, в тот миг впервые предстало перед Роксаной с неумолимой ясностью. Боль утраты смешалась в восьмилетней девочке с осознанием сурового закона жизни, впервые наглядно показавшего ей иное состояние человеческого тела.
С той поры Роксана старалась избегать вида мертвых тел и не любила рассуждать о смерти, в какой бы форме это ни проявлялось в разговоре. Страх смерти прочно засел у нее в душе.
«Если все люди в конечном итоге смертны, то незачем попусту болтать об этом»,- рассуждала Роксана.
Роксана росла обделенной вниманием матери, которая обожала своих старших дочерей, Лаодику и Антиоху, очень похожих на нее. Отец, пока был жив, лелеял своих долгожданных сыновей.
Почти все время Роксана проводила со своей младшей сестрой Нисой, тоже обделенной родительской лаской. Для наивной смешливой Нисы более серьезная Роксана была лучшей подругой и неоспоримым авторитетом во всем. Ниса старалась подражать ей в одежде, в речи и манере поведения.
Для Роксаны таким же объектом для подражания являлась Статира, которая хоть и была старше ее на пять лет, но вела себя с ней как с равной.
Статира обратила внимание на вдумчивость Роксаны, на то, что она не расстается с книгами, умеет красиво излагать свои мысли и прочитанное. Иногда в рассуждениях Роксаны проскальзывали замечания, как у умудренной жизненным опытом женщины. Это сближало Статиру с Роксаной.
Если у Нисы не было от Роксаны никаких тайн, то у Роксаны от младшей сестры было немало секретов. Ничего не таила Роксана только от Статиры.
Статире также нравилась чувственность Роксаны. Тайком от матери и евнуха Гистана Статира приносила Роксане книги, в которых интимная сторона взаимоотношений мужчины и женщины была показана с бесстыдной откровенностью, а также были описаны подобные отношения между двумя женщинами. Роксана читала такие книги тайком не только от матери и евнухов, но и от Нисы, которая по простоте душевной могла проболтаться кому угодно.
Возбужденные таким чтением, Статира и Роксана частенько уединялись где-нибудь вдвоем и, раздевшись донага, вели себя, как две любовницы-лесбиянки.