Мистраль

Курбаши Доктор

– Замечательно Коба, значит так, вот твоя приветственная речь участникам пленума, в ней отражены все те вопросы, которые мы с тобой обсуждали а так же обоснована необходимость создаваемых военных советов и возвращение к истинно ленинским принципам экономического развития. Твой друг Бухарин полностью поддержит все твои предложения, никакого противостояния не будет, а затем передай слово представителям военных Ионе Якиру. Так напутствовал Алекс своего пациента и Сталин внимал ему как прилежный ученик.

– Коба ты же в душе державник, ты ведь хочешь чтобы Россия стала самой могущественной страной в мире и никакие западные буржуазные «демократии» не смели навязывать нам свою волю и диктовать условия?

– Да, господин следователь, очень хочу, но всякие Бухарины, Рыковы, Томские и иже с ними толкают страну обратно к капитализму, старые большевики превратились в

жирных ленивых чиновников и не торопятся исполнять решения партии и правительства, как с такими людьми можно построить мощную экономику?

– Все верно Коба, поэтому мы с тобой и разговариваем сейчас, ты должен помочь нам провести и закрепить все решения пленума партии, будет не легко, подымется волна возмущения и протестов на местах, но многие тебя поддержат, а самое главное у тебя будет команда военных, которые знают что нужно делать и на которых ты можешь смело положиться. Вот список людей из ЦК и других советских органов, которые по разным причинам еще нас не посетили, попроси их пройти медицинское обследование в нашей клинике.

Беседа со Сталиным затянулась на несколько часов, когда все вопросы были обговорены и все будущие действия генерального секретаря ЦК ВКП(б) обсуждены, Алекс на прощание сказал:

– Коба, уделяй больше времени своей семье, жене и детям, будь с ними сердечным и добрым, это твоя главная задача. Свободен. Скоро увидимся.

Алекс наблюдал из окна своего кабинета, как сталинский кортеж покидал внутренний двор «поликлиники» и растворялся в осеннем Московском дожде, у него в душе небыло ни ликования, ни большой радости от выполненной работы, только усталость и, как не странно, раздражение. Раздражение накапливалось в течении последних месяцев, с того самого момента, как он начал широко применять свои методы психокоррекции и изменения поведения сначала на членах экипажа Мистраля а затем и на аборигенах в этой реальности, а вот сейчас достигло апогея. Настолько напряженным был график работы и столько проблем необходимо было решить, что за всеми этими хлопотами Алеку некогда было проанализировать свое состояние и привести все свои чувства в порядок. Алекс продолжал действовать, как он обычно действовал во время командировок в районы боевых действий, где главной задачей было спасти и сохранить жизни, как можно большему количеству солдат, офицеров и гражданских. Он и раньше применял методы психокоррекции на своих пациетах, минимизируя травматические последствия ранений и улучшая душевные качества людей, прививая им человеколюбие, доброту и стремление к самосовершенствованию, но в таких больших масштабах, как сейчас, ему свои методы применять не приходилось. Так давай разбитаться, что тебя тяготит и раздражает доктор Ходжаев, спршивал сам себя Алекс. Да мы навязываем советским функционерам свою волю, частично лишаем их самостоятельности мышления и заставляем принять нужные нам решения, но ведь по другому они никогда на такие компромисы не пойдут, большенство из тех кого мы подкорректировали через несколько лет будут репрессированы и многие растрелянны, миллионы простых людей погибнут в жерновах репрессий, десятки миллионов погибнут во время великой войны и в итоге мы получим развалившийся союз, проигранную западу гонку вооружений, отставание экономики и вымирающий этнос целого русского народа. Это бесспорно и не вызывает сомнений, думал Алекс, так в чём же причина твоего раздражения, как-будто ты что-то упустил, не хватает какого-то фактора для достижения конечной цели! Думай – это важно! Но та мысль и тот недостающий фактор маячивший где-то на задворках сознания никак не хотел оформляться в мыслеобраз! Так и недобившись от себя ответа Алекс вернулся к выполнению своих непосредственных обязанностей начальника Московской базы Мистраля. Он связался по рации с десантниками и группой аналитиков и дал команду возвращяться на базу. При докладе командиру Мистраля Макарову, Алекс коротко описал беседу с вождем и те договоренности, которых удалось достичь. Во время разговора Алексу видимо не удалось полностью скрыть свое раздражение и Макаров настороженно спросил:

– Алекс с тобой все в порядке?

– Все нормально Иван Сергеевич, наверное просто устал, напряжение последних месяцев дает о себе знать.

– Это точно, кучеряво живем, что ни день то веселье, вопросов и проблем становиться все больше и больше и нам надо быть в форме, чтобы все это хозяйство держать в руках. Кстати у меня для тебя есть сюрприз!

– Что за сюрприз?

– А вот вечером сам узнаешь!

– Не томи Иван Сергеевич, давай расказывай.

– извини Алекс, я дал обещание не говорить, но

поверь сюрприз хороший и тебе понравиться. Ты как своих людей вновь на базе собираешь или оставишь на квартирах и за городом?

– Уже дал команду всем подтягиваться сюда на базу, я думаю теперь нам можно спокойно продолжать работать, ведь практически все вожди на нашей стороне.

– Не забывай о Яне Берзине, начальнике 4-го управления РККА, он сейчас единственный человек, кто обладает хоть какой-то подлинной информацией о Мистрале и экипаже. Нам удалось нейтрализовать группу захвата, которую он направил для нашего ареста и сыграли на его поле. Начальник группы захвата Батурин и агент «Гизель» доложили, что задание выполнено, экипаж корабля, Кронштадские чекисты и комиссар Зимин под арестом и пытались убедить Берзина срочно приехать в Кронштадт и участвовать в допросах, так как экипаж имеет сверхважные и совершенно секретные сведения. Берзин на словах согласился и уверил Батурина, что выезжает немедленно, но наши источники в разведке РККА докладывают, что он заперся в кабинете и от-туда доносятся звуки работы на печатной машинке, видимо наш Берзин что-то заподозрил и готовит доклад своему руководству. Тебе придется направть к нему человека а то неизвесно как все повернется. Мы не смогли найти друх первых завербованных сотрудникоа 4-го управления, официально они на задании за границей, но по косвенным данным их видимо ликвидировали.

– Хорошо Иван Сергеевич, сделаем. Я Надеждина с ребятами отправлю пообщаться с Берзиным.

– Мы почти у цели Алекс, практически все фигуры расставлены так как нам нужно, военные представители, которые должны заменить начальников военных округов уже отбыли к местам назначения и сразу после пленума будут готовы приступить к своим обязанностям. Мы отправили вместе с ними по отделению наших десантников и по одному аналитику, для решения специфических задач, конечно этого мало но людей катастрофически не хватает и пока взять негде. Но надеюсь в нашем полку скоро будет прибавление, во все подразделения набрали местные кадры из числа прошедших коррекцию и наиболее способных к той или иной деятельности, так что у нас на Мистрале сейчас около сотни новых сотрудников интенсивно стажеруется.

– Вот это здорово Иван Сергеевич, люди нам сейчас очень понадобятся, предстоит титаническая работа по преодолению сопротивления нововведениям по всей стране, а нас всего лишь капля в человеческом море, как бы нам не расствориться.

– Прорвемся док, обратной дороги унас все равно нет и я уверен, что мы делаем все правильно. Ты бы видел, как изменилась жизнь в Кроншдадте за какие-то два месяца, город кипит энергией, люди почувствовали разницу, трудятся не из под палки и видят реальные результаты своего труда, от Ленинградцев желающих на остров переселиться отбоя нет. Петя Васильев собрал всех беспризорных пацанов и девчонок не только из Кронштадта но даже из Питера, организовал детскую военную школу, говорит будет готовить из них «воинов тени», чесно говоря несовсем понял, что он имеет в виду, но уже сейчас помимо новой школьной программы они занимаются стрельбой, рукопашным боем, метанием ножей а так же принципами выживания в экстримальных ситуациях, медициной, иностранными языками и философией.

– Даже если Петя их подготовит хотя бы до своего уровня, то у нас будет мощнейший в мире спецназ и диверсионная группа. «Воины тени» говоришь, слышал я этот термин раньше, вроде бы американцы в той реальности что-то подобное пытались создать но у них не получилось, так как солдатам даже в восемнадцать лет уже поздно начинать тренировки. Петя прав, нужно работать с детьми, только так возможно подготовить реальных воинов. Иван Сергеевич, я прекрасно понимаю, что все наши действия оправданы и направлены на укрепление страны и благосостояния простых людей, но что-то меня беспокоит, кажется что я что-то упустил в общей картине, не учитываю какой-то важный фактор. Пока не могу определить что это, но постоянно об этом думаю. Ладно ты прав, надо заниматься текущими делами а как только я пойму что меня беспокоит дам тебе знать.

– Добро док, береги себя! До связи.

Вечером на Московской базе Мистальцев собрались все ее обитатели, Алекс заказал в одном из лучших рестаранов кавказской кухни по истине царский ужин, столы буквально ломились от обилия различных закусок и напитков, здесь были и шашлыки, и долма и свежайшие хачапури а также прекрасные вина, такие как Хванчкара, Кинзмараули, Сванети. За столами улыбающиеся Мистральцы бурно обсуждали события последних дней, звучали тосты, анекдоты и смех. Кто-то взял в руки гитару и запел такую родную и далекую песню Олега Митяева – Москвичка: