Мистификация

Ирвинг Клиффорд

– Его инструкции были предельно четкими, – пояснил я. – Если "Макгро-Хилл" не согласится с поставленными условиями, я должен буду найти нового издателя и довести дело до победного конца.

– Он же нас просто шантажирует! – разгневалась Беверли.

– Боже мой, конечно же, нет. – Я показал ей чек. – Он хочет выплатить деньги.

– Мы их не возьмем. Если ты дашь нам чек, мы порвем его в клочья.

– Не думаю, что ты сможешь это сделать, – спокойно сказал я.

– Мы хотим эту книгу! – заорала Беверли. – Это ты понимаешь? Мы хотим эту книгу!

– Ну, тогда вам, похоже, придется за нее платить. Если вы не хотите

этого делать, что мне остается? Только пойти в другое издательство. Скорее всего, на повторный контракт не хватит выделенного времени. Придется ехать в Нассау и отдавать ему чертову рукопись. И тогда я вылетаю из игры. Он купил меня за какие-то вшивые пятьдесят штук – а я уже потратил по его милости тысяч тридцать – и получил текст. Ховарду только надо было отвечать на мои вопросы, теперь основной материал для автобиографии у него есть. Так что он просто отдаст его другому писателю, и мне не придется больше со всем этим мучиться.

– Ты можешь подать на него в суд, – выпалила Беверли.

– Ну да, конечно, – вздохнул я, – буду судиться с Ховардом Хьюзом. Пожелай мне удачи.

– Но мы действительно будем с ним судиться. – Она упорно продолжала гнуть свое. – Это нарушение контракта, а он у нас с ним неплохой.

– Ничего не получится, – с печалью в голосе напомнил я ей. – У вас контракт со мной, у меня – с Ховардом. Вы не можете судиться с человеком за нарушение условий контракта, которого у вас с ним нет. Неужели ты до сих пор не поняла, что он чертовски умный сукин сын? Тут Хьюз нас и поймал.

– О нет! – возопила Беверли. – Я прекрасно понимаю, как он сейчас действует, но в издательском бизнесе так дела не делаются. Не забывай, здесь все друг друга знают, это своего рода братство, клуб. Если Хьюз расторгнет с нами договор, – довести до ее сознания факт отсутствия хоть какого-то договора между Хьюзом и "Макгро-Хилл" было весьма непросто, – мы всех оповестим о таком фокусе, и ему ни за что не найти другого издателя. Никогда. Могу поклясться, что никто не возьмется за его чертову автобиографию. Можешь так ему и передать. Это ты можешь сколько угодно бояться Ховарда Хьюза, но мне на него плевать, как и "Макгро-Хилл".

– Найдется одно издательство, которое согласится иметь с ним дело.

– Да неужели? И какое?

– То, которое он купит, дабы опубликовать свою книгу.

– Он так не сделает, – отрезала Беверли.

– Я сказал ему во Флориде, что ты просто взбесишься и предпримешь против него все вышеперечисленное. По поводу братства издателей я тоже говорил, но Ховард высказался в том духе, что, мол, все это полный бред, а если и правда, то он все равно купит издательство. Он еще откинулся в кресле и сказал: "Мое будущее приобретение, вполне возможно, будет носить имя "Макгро-Хилл", и тогда все его так называемые руководители, причинившие тебе, Клиффорд, столько неудобств, будут счастливы, если получат работу лифтера".

– Слушай, ну ты же не мог во все это поверить, – рассмеялась Беверли.

– Когда речь идет о Хьюзе, возможно все что угодно.

– То есть вместо того, чтобы потратить еще триста пятьдесят тысяч на издание своей автобиографии, он выбросит сотни миллионов долларов на покупку издательского дома?

– По его словам, это будет стоить чуть больше двухсот миллионов. Ему нужно лишь большинство голосов акционеров – не забывай, что это общественная компания, входящая в списки компаний на Нью-йоркской фондовой

бирже. И все фигуры ему известны. – Я перечислил их Беверли, предварительно почерпнув информацию из свежего выпуска "Стандарт" и "Трендлайн".

– Но это же нечестно!

– Ты ведь прочла запись интервью?

– Сам знаешь, что да, – раздраженно ответила Беверли.

– Тогда тебе известно, какой это человек. Он способен абсолютно на все.

– Как может человек с двумя миллиардами долларов быть таким скупердяем?

– Он стал миллиардером, занимаясь отнюдь не благотворительностью, и для него это вопрос не денег, а гордости. Видимо, он чувствует, что "Макгро-Хилл" не прочь его надуть, и я, вольно или невольно, к этому причастен. – Предвосхитив ее возражения, я продолжал: – Послушай, я не говорю, что он прав. Просто Ховард убежден, что его автобиография стоит миллион долларов. До восьмисот пятидесяти тысяч он снизил цену только из симпатии ко мне, к тому же я его бесконечно упрашивал и в конце концов достал-таки. Это вопрос гордости. Он сказал так: "Вот чего я стою и поэтому не соглашусь снизить сумму даже на пять центов". Уверен, именно это он и имел в виду.

– Он сумасшедший, – принялась без конца повторять Беверли, и каждый раз моим ответом было:

– Он – Ховард Хьюз.

* * *

В ту ночь я сообщил о разговоре Дику.

– Так что ж такое намечается? – забеспокоился тот.

– Они застопорились на своих пятистах тысячах и никогда не клюнут на байку о том, что Хьюз купит "Макгро-Хилл" или какое-то другое издательство. Но наш план работает. О книге Итона никто и не вспоминает – слишком все озабочены своими подозрениями, чтобы думать о чем-то другом.

– И как, ради всего святого, ты объяснишь им поступок Ховарда, который все-таки возьмет пятьсот тысяч после им же устроенной шумихи по поводу увеличения гонорара?

– Он совершенно непредсказуем. Если они вообще в курсе дела, то уж это им известно точно.

На следующий день у меня был запланирован ланч в "Сарди" с Беверли и Альбертом. Последний сообщил мне то, что я ожидал услышать: "Макгро-Хилл", учитывая сложившиеся обстоятельства, согласно с требованием Хьюза и увеличивает изначальную сумму на триста пятьдесят тысяч долларов. В итоге гонорар, не учитывая процентов с продаж, составит восемьсот пятьдесят тысяч. Событие из ряда вон выходящее. У издательства был контракт со мной, а у меня – с Хьюзом, и поэтому "Макгро-Хилл" делает ставку на меня, если Ховард не согласится на сотрудничество.

– Так что мне ему говорить, когда он позвонит?

– Прочтите вот это письмо, – сказал Альберт и вручил мне неподписанную копию черновика предложения "Макгро-Хилл", посланную мне в гостиницу "Элизиум".

Я прочел следующее:

"Предоставленные нам записи и текстовый материал, с которыми мы ознакомились на прошлой неделе, превосходны и вполне приемлемы для издательства.

Однако нас смутило и обеспокоило предложение мистера Хьюза, согласно которому мы должны расторгнуть наши прежние соглашения и заключить новые, добавив туда пункт о дополнительных трехстах пятидесяти тысячах долларов. Как вам известно, контракты, на составление которых нами потрачено столь много усилий, вполне законны и, главное, справедливы, а потому особой нужды пересматривать условия договора мы не видим.