Мистер Данбартоншир
Шрифт:
– Это как?! – ошарашенно пробормотал потомок шотландских кудесников. – Вы и это умеете?
– Ну нехитрое дело – столовое серебро испарять… Меня этому еще столетие тому назад научили. Хотя я предпочитаю ложками варенье кушать, а не дырки в реальности долбить.
– Но ведь и вы, уважаемый, ничего эдакого мне продемонстрировать не смогли! – взвился старый колдун. – Все, все ваши фокусы я повторил без единой ошибки!
– Согласен, – вежливо кивнул Мардикор-сан. После чего с иезуитской улыбкой развел руками: – Но я все равно
– Почему?!
– Потому что вы говорили, что можете нечто такое, что не может никто. А ведь я ваши трюки тоже повторил, как и вы мои. В магических и прочих умениях мы равны. Но по условиям спора, вы меня должны были победить. Не смогли – значит, проиграли…
Мистер Данбартоншир обессиленно опустился на стул. Хрупкая ничья испарялась прямо на глазах… В лицо упрямому и честолюбивому мастеру темных магий ехидно прищурилось косоглазое поражение… Приближающийся разгром был полным и незаслуженно обидным…
Ранним утром гость тактично спросил, где можно прогуляться «до ветра». Проследовав в направлении, указанном ткнувшим на задворки пальцем, безразмерный китаец ненароком прошел сквозь бревенчатую стену, оставив после себя щепастый пролом и легкий запах выпитой браги. Следом за Мардикор-саном на воздух выбрался и колдун, печально разглядывая нарождающуюся зарю.
Через полчаса мистер Данбартоншир сидел на крыльце, пытаясь собраться с силами и повежливей сформулировать официальное признание в проигрыше. Слова упорно давились в горле и никак не хотели выбираться наружу.
Вернувшись с прогулки, почти признанный победитель зачарованно смотрел, как его противник хмурит кустистые брови, безуспешно стараясь выдавить из себя что-либо членораздельное. При этом колдун зло шевелил ушами, помогая себе вымучить хоть слово.
– Это невозможно! – неожиданно глухо и печально воскликнул Мардикор-сан.
– Невозможно – что?! – немедленно отреагировал чернокнижник, озираясь вокруг.
– Невозможно – вот это! – Ткнул пальцем гость. – Уши нужны, чтобы слушать. Чтобы надевать на них шапку в морозы. Или цеплять очки… Но двигать ими – это невозможно! Никто на Тибете не может так!..
– На Тибете? – удивился колдун. – Ну не знаю про ваш Тибет, а я деревенских этому трюку научил за пару минут. Кому захотелось…
Огромный мастер кунг-фу насупился, скрестил руки на груди и почти потерялся в оранжевых лучах восходящего солнца.
– Я читал про это. Но полагал, что такой необычный навык ошибочно приписан жителям этой страны. Как ошибочны и сказки про медведей на улицах, песни под балалайку на свадьбах и непроходимые дороги. Но теперь вижу, что я заблуждался…
Старик в черном балахоне задумчиво пошевелил ушами, потом просветлел лицом и довольно усмехнулся:
– Ну про медведей не скажу, а на балалайке я и сам иногда играю. Если захочешь, про дороги тебе оберст расскажет. Он не так давно очередную танковую дивизию
Китаец опустился на колени и уткнул лицо в пук травы рядом с мистером Данбартонширом:
– Я прошу великого мастера признать мое поражение и взять меня в ученики! Готов посвятить медитации и освоению столь необычной техники ближайшие сто лет!
Колдун задумчиво посмотрел на быстро поднимающееся солнце и пробормотал:
– А почему бы и не взять? Если по габаритам судить, он очень старательный и обстоятельный. За годик-другой и выучится. Заодно Сашу китайской чайной церемонии обучит. И парней моих в дрыгоножестве поднатаскает, а то мужики пугаться перестали и поколачивают иногда черепушек на вечерних танцах… А за год я еще что-нибудь придумаю… И так и останусь великим и непобедимым мистером Данбартонширом… Навечно…
Глава тридцать пятая, школьная
Каллиграфия мистера Данбартоншира
Мистер Данбартоншир, великий и могучий колдун, потрясатель основ и создатель невозможного, лучший друг богов, попутно шило во все тех же божественных задницах, страшный сон демонов и нечисти, а также… Одним словом, худой старик с удовольствием выскреб горбушкой черного хлеба остатки малинового варенья и грустно заметил вслух:
– А ведь кончилось. Как ни странно… Только утром банку открыл. Пять литров – как корова языком… Эх…
Любимая ученица колдуна Сашенька оторвалась на секунду от исписанного закорючками метрового листа папируса и неодобрительно ответила:
– Дедушка, ты бы лучше еще раз заклятие проверил. Я не помню, чтобы здесь и здесь завитушки были кривые, а снизу пяток клякс… Как я учиться должна, если ты тексты наизусть не помнишь?
– Помню, – обиделся старик. – Кроме того, колдовство – это высокое искусство, а не ремесленничество! Настоящий мастер должен чувствовать, где магия искажается, и творить по наитию!
– Вот я и чувствую, что здесь что-то не так, – сердито насупилась девушка. – А по наитию, так уже третий раз сарай восстанавливаем. Все у тебя с силой фаерболов чепуха выходит. Благо еще, что я скелетов в огород отправила. Вон после вчерашнего они даже палаточный лагерь между теплицами разбили, так и ночуют…
– Ну сарай… Что – сарай? И восстановили… Все три раза… Хм…
Старик смущенно взглянул в окно на сияющую новыми ошкуренными бревнами стену. Потом поставил пустую чашку на стол и перешел в контратаку:
– И вообще, моя хорошая! Кто хотел с огнем работать? Кто на пятьдесят лет раньше положенного к магии воздуха перешел и начал порталы строить?! Ха, и в меня еще пальцем тычет… И таланты предсказателя надо тебе развивать, развивать… С этим пока плохо… Чувствует она…
– Я и без предсказания готова спорить, что этот портал не сработает. Вон опечаток сколько!