Миссия выполнима
Шрифт:
Когда он проснулся, перед ним вновь сидел Куратор и сидел незнакомый мужчина. Теперь Куратор не улыбался. И мужчина тоже.
— Нам необходимо знать обо всем, что случилось с тобой за последнее время. До мельчайших подробностей знать…
Он рассказал все.
Рассказал раз.
Потом рассказал второй.
Потом рассказал третий, понимая, что его показания будут сличать и будут анализировать.
Потом ответил на вопросы.
Ответил раз.
Второй.
Третий…
Ответил бессчетное
Он говорил правду. Но понимал, что ему не поверят. Им очень важно было узнать, кто и что говорил ему. Но еще больше — что говорил он. Именно для этого они вытащили его из “тюрьмы”, устроив пожар и организовав его тушение.
Они хотят исключить утечку информации. Хотят быть уверенными в сохранении Тайны. На сто десять процентов уверенными. И поэтому им будет мало слов…
— Так ты утверждаешь, что он предлагал тебе иммиграцию в США или третьи страны?
— Предлагал.
— А почему же ты не согласился? Ведь ты же хотел, ты понимал, что имел шанс уйти и начать новую жизнь. Хотел?
— Хотел.
— Так почему же не принял предложение?
— Я был уверен, что он меня обманет. Что узнает все, что его интересует, и зачистит.
— Вполне вероятно…
Он не сбился ни разу. Он не сбился ни разу, потому что не лгал.
Но они все-таки притащили детектор лжи!
— Ты лжешь?
— Нет.
— Но, может быть, искажаешь информацию?
— Нет.
— Ты о чем-то умалчиваешь?
— Нет.
— Тебе предлагали уйти за границу. Ты хотел принять предложение?
— Да.
— И принял его?
— Нет.
— Ты рассказал о том, кто ты?
— Нет.
— Но, может быть, намекнул?
— Нет…
Полиграф ни разу не поймал его на лжи. Потому что он не лгал.
Но тем не менее они провели наркодопрос. В сцепке с детектором лжи.
— Ты должен рассказать нам все. Должен рассказать нам правду.
— Да… Я знаю…
— Тебя перевербовали?
— Нет.
— Но хотели?
— Нет, их интересовала только информация.
— Которую ты им дал!
— Нет, я ничего не сказал.
— Или все-таки сказал?
— Нет.
— Намекнул?
— Нет.
— Но хотел? Сомневался? Боялся?..
— Нет.
Да.
Да.
Нет…
Дальше должен был последовать ультразвук. И СВЧ-облучение. И торсионное излучение. Потому что, когда хотят узнать правду, все действуют одинаково.
Они подвергнут его торсионному облучению, лишат разума. И ликвидируют.
Или не подвергнут. Но все равно ликвидируют.
Потому что он засветился. И значит, бесполезен. А бесполезных работников Контора отправляет на “заслуженный отдых”. На вечный отдых. Чтобы не раскрыть себя. Чтобы
Таковы правила.
А кто виноват — ты или обстоятельства, не важно. Уже не важно.
Его не убили там. Его убьют здесь. Но убьют в любом случае. И ничего тут не сделать. Хотя бы потому, что туда, спасая его, пришла Контора. А сюда никто уже прийти не может.
Все. Конечная станция. Можно освобождать вагоны…
Когда за ним пришли и вывели из “палаты”, он уже знал, куда его ведут.
Его поведут по коридору до ближайшего лифта. И спустят на лифте вниз, в подвал…
Его довели до лифта. И спустили в подвал.
Потом по коридору доведут до гаража…
По широкому, без дверей коридору они дошли до подземного гаража.
Посадят в машину, в рефрижератор или закамуфлированный под бензовоз микроавтобус…
Его подвели к бензовозу. Подняли к раскрытому люку и спустили вниз по лестнице. Внутри цистерны были оборудованы сидячие места. Рядом сел Куратор. В люк опустили емкость, которую заполнили соляркой. И бензовоз оказался под самую горловину заполнен горючкой.
Далее могли быть варианты.
Вариант первый — выстрел в затылок, расчленение, растаскивание по лесополосам частей его тела.
Вариант второй — медицинский кабинет — последний, жесткий, с наркотиками, гипнозом, излучениями, вживлением в мозг электродов и прочей подобной ерундой допрос, и далее все то же самое — выстрел, расчленение…
Бензовоз остановился. Люк открыли. Горючку выкачали, “пробку” убрали.
— Выходи!..
Они вскарабкались по лестнице наверх. Увидели подземный гараж.
Значит, вариант номер два.
Его провели по подземному переходу до лифта. Подняли на третий этаж. Сопроводили по коридору до нужного кабинета.
— Здесь. Толкнули дверь.
За дверью был медицинский кабинет, был похожий на операционный стол. И была куча каких-то приборов.
— Сюда, пожалуйста, — показал врач.
Резидента разложили на столе. В глаза ему ударил яркий свет операционного светильника. Кто-то поправил ему голову. Кто-то склонился над его лицом.
Сейчас узкий, словно остро заточенное шило, луч ультразвука, легко пройдя сквозь кость черепа, пронзит его мозг, выжигая нейроны…
— Мне все понятно, — сказал голос. И склонившаяся над ним тень ушла куда-то вбок. — Можете готовить его к операции…
Его сняли со стола, посадили на табурет, побрили голову, снова втащили на стол, обложили голову салфетками, протерли голый череп и лицо спиртом…
Значит, не ультразвук, значит, электроды… Выпилят в черепной коробке “окно”, откроют мозг, навтыкают в него тонкие металлические проволочки, на которые будут подавать электроток, подавляя волю и раздражая речевые центры…