Миры Империума
Шрифт:
— Потерпи всего пару часиков, Гасси,— успокоил его Хельм.— Пока тебя не найдет дворцовая стража.
Ответить тот не мог — мы затолкали ему в рот кляп,— но глазами повращал от души.
Я в последний раз проверил показания чужих приборов, не все из которых мне были понятны, и потянул за большой рычаг главного привода.
Все были предупреждены о странном ощущении, которое появится, когда опустится поле, но люди уже испытывали его прежде, пережили, и через мгновение оно прошло.
Все эти машины были сконструированы для единственной цели перемещения между Желтой зоной и линией ноль-ноль, так что о навигации беспокоиться
— Дома! — благоговейно произнес Хельм.
Я попытался покрутить разные настройки, чтобы активировать экраны внешнего обзора, но ничего не вышло. Придется открыть люк.
Хельм так и сделал, но прежде чем он вышел, я крикнул: «Стой!» В следующее мгновение по наружной двери лязгнула пуля, а вслед за ней выстрелы посыпались градом. Эмиль отступил, сбитый с толку.
— Это я виноват, лейтенант,— покаялся я.— Конечно, ТСН уже окружила склад, который йлокки использовали как приемную станцию, и готова атаковать каждый прибывающий йлоккский транспорт, до того как высадятся войска. Разумеется, они не знают, кто мы.
Мы соорудили белый флаг и высунули его наружу. Он тут же разлетелся в клочки.
Затем огонь прекратился, и я крикнул:
— Хватит! Это свои!
— Бриан? — раздалось в ответ.— Бриан! Не может быть! Я узнал голос Манфреда, но слабый и неуверенный.
Я вылез в большой пустой склад. Вооруженные ребята из ТСН вышли из укрытий, продолжая зажимать меня в углу. Ко мне метнулся старик, и за мгновение до того, как он обнял меня, я узнал в нем Рихтгофена.
— Сколько времени? — умудрился вклиниться я в его взволнованную речь.
— ...когда ты не вернулся через оговоренные две недели...
— Не помню такого,— вставил я.— Но сколько времени прошло? Барбра...
— Бриан, после...
— Да? После... чего? Сколько времени?
Мне никак не удавалось до него достучаться. Он сильно сдал, превратился в дряхлого старика с мутным взглядом и жалкими клочьями белых волос на голове. Но в конце концов, когда я видел его в последний раз, ему шел девятый десяток. Конечно, ему несладко пришлось, учитывая, что происходило.
— Сколько времени? Ты спрашиваешь, сколько времени, Бриан? — наконец произнес он, когда окончательно поверил в реальность нашего присутствия.— В этом месяце одиннадцать лет исполнится с того дня, как я послал тебя на верную гибель в Желтой зоне.
— Мне столько надо вам рассказать, сэр,— сказал я,— но можно сперва повидать Барб? Где она? Надеюсь, здесь, в городе.
— Конечно, конечно,— Он последний раз погладил мое плечо, словно хотел лишний раз убедиться, что я не призрак.— Бриан, я должен тебе признаться... лучше сразу сказать... Прелестной Барбры здесь нет.— Он сглотнул и сокрушенно продолжил: — Прости за грубый прием. Но ты, конечно, понимаешь...
— Довольно глупо было заявиться без предупреждения,— признал я,— Как война?
— Последние изолированные отряды сдаются, как только мы их находим. Похоже, они не склонны продолжать вторжение.
— На самом деле это было не вторжение, сэр, если полагать таковым захват и удержание территории. Это был рейд за рабами.
Рихтгофен странно поглядел на меня.
— Так они не казнят своих пленных?..
— Нет, только заставляют работать. А как получилось, что Барб здесь нет?
—
52
Слава богу (шведск.).
— Со мной около сотни пленников,— сообщил я, надеясь облегчить его горе, но он только дико посмотрел на меня.
— Уж не хочешь ли ты...— начал он и умолк, оставив меня гадать о сути вопроса,
— Я хочу домой, генерал,— произнес я немного нетерпеливо,— Мне надо принять горячую ванну и...
— Бриан,— перебил он меня,— я был с тобой не вполне откровенен. Барбры нет дома. Она попала в плен всего через несколько дней после твоего отьезда, когда возглавляла штурм штаба йлокков. Мы решили, что она погибла. Мне так жаль, Бриан.
— Вы не пытались ее спасти? — спросил я гораздо резче, чем намеревался.
Он печально покачал головой.
— После твоей вероятной неудачи, Бриан... Но,— продолжил он, просияв,— поскольку в действительности ты добился успеха, мы можем...
— Генерал,— оборвал я, окончательно потеряв терпение от всей этой болтовни,— будьте любезны приготовить двухместный разведчик с вооружением уровня «В». Я иду один. Я знаю, что делать.
Собственные слова напомнили мне о маленькой императрице, столь уверенно стремившейся навстречу судьбе. Манфред начал возражать и одновременно уверять меня, что отличный новенький челнок окажется в моем распоряжении в течение часа.
Путешествие протекало вполне обычно, пока я не заметил внезапное падение показаний датчика целостности континуума и не выглянул, чтобы увидеть знакомый пейзаж: унылые холмы, дорога и уютный домик, где произошла наша вторая встреча со Свфтом. Я глубоко задумался на целую микросекунду и вошел в фазу.
Я видел отметины на грязной дороге, оставленные перемещателем в прошлый раз. Интересно, сколько времени здесь прошло? Следы того отряда, что подстрелил Свфта и удрал, тоже сохранились, но теперь вели к напичканному техникой «домику». Похоже, ребята еще здесь: следов, ведущих наружу, не было. На мгновение мне нестерпимо захотелось выяснить, что они затевают, но у меня имелось неотложное дело, так что я возобновил свое путешествие в Желтую зону. Еще столько оборванных концов предстояло связать, прежде чем я смогу рапортовать о стабилизации положения.
Я устоял перед искушением включить экран, чтобы следить за своим продвижением к центру тяжести Зоны,
Йлокку. Приборы сообщат, когда я неприметно прибуду в переулок за цехами Клубка. Расстояние я отмерил, насколько позволила память, еще в сетевом гараже.
Я проверил показания приборов. Уже недалеко. Плана у меня толком не было. Я собирался импровизировать.
Еще через несколько минут мои датчики засекли: нечто движется по Сети, совсем рядом, подстраивается под мой темп. Я притормозит — и оно притормозило; я снова прибавил скорость — и оно не отставало. Я попытался увильнуть, слиться со случайно выбранной линией: ядерная А-ли-ния Йлокка была уже очень близко, поэтому я осторожно вошел в фазу. Конечно, его след затерялся — он проскочил мимо. Ну и прекрасно.