Миромагия

Матюхин Александр Александрович

— Вы идете? — мягко перебил Никак. — Не бойтесь. Это всего лишь ваши фантазии.

Бабушка Фима кивнула, взяла Вячеславу под локоть и повела ее рядом с собой. Через мгновение они обе исчезли.

Господина Виноградова не надо было ни уговаривать, ни подталкивать. Он сам заспешил к дверям, навстречу своей мечте, своим кристально чистым грезам.

Когда исчез и он, перед дверью остались стоять два пожилых человека — Никак и дедушка Ефим. Вид у дедушки был усталым.

— Вы думаете, это правильно? —

спросил он.

Никак покачал головой и аккуратно прикрыл дверь. Сухо щелкнул замок.

— Мне кажется, вам просто нужно собраться с мыслями. — сказал Никак, приобнимая дедушку Ефима за плечи. — сделать последний шаг может каждый и в любой момент. Вот только не каждый знает, нужен ли ему этот последний шаг? Может быть, развернуться и зашагать в обратном направлении, туда, где раньше светило солнце? Как вы считаете?

Они пошли по огромному помещению, среди колонн, которые исчезали в темноте, а над их головами тихо кружились снежинки.

— Хотите чаю? — предложил Никак. — Я здесь очень давно, а общаться в последнее время приходиться только с призраками. Они ни черта не понимают в чае…

Крепнев хотел быстрее со всем покончить и сойти с ума.

Точнее, он подозревал, что второе уже произошло, а первого придется ждать целую вечность.

— Сейчас направо. — сказал из-за спины тот, которого звали Вором.

Крепнев повернул, хотя не видел поворота. Автомобиль наскочил на кочку, подпрыгнул, да так сильно, что Крепнев едва не пробил головой крышу.

— Осторожнее! Не дрова же везешь!

Огни фар выхватывали из темноты ровное поле. Больше ничего не было видно, кроме темноты и снежинок.

— Теперь налево. — сказал Вор.

— А ты уверен, что… — начал паренек в очках, но в этот момент автомобиль врезался в пустоту.

Что-то с треском разорвалось. Автомобиль подбросило вверх и перевернуло. Крепнев внезапно понял, что ничего не понимает. Перед глазами закружились звезды. Где-то был верх, а где-то низ… Кто-то ругался. Громыхнул выстрел. Потом автомобиль упал. Видимо, колесами вверх.

— О, черт возьми! — женский голос.

— Приехали! — голос мужской.

Крепнев попробовал пошевелиться и внезапно вывалился из салона на улицу. Под спиной захрустел снег. Заболел бок, как будто кто-то прошелся по нему кулаками. Крепнев мгновенно вспомнил два месяца в военной учебке, когда проходил практику. Только ему еще ребро сломали… Но, не в этом же дело, совсем не в этом. Крепнев сел, обхватив голову руками. Огляделся. Свет фар выхватывал из темноты все тоже однотипное ровное поле, покрытое снегом. И ничего больше вокруг. Никаких огней. Темнота.

Из салона загрохотало, застучало, донесся приглушенный голос маньяка:

— Немедленно! — кричал он. — Кто-нибудь! Вытащите меня! Иначе я за себя не ручаюсь!

А задняя дверца

хлюпала на ветру, сорванная с петель. И внезапно на снег вывалилась невеста, смешно задрав ноги. Босые пятки ее были грязными до безобразия. Следом показались ноги вора.

Крепнев потер виски. Перед глазами, конечно, прыгали светлячки, но это не должно помешать заботиться о своей жизни. Пусть, эта самая жизнь не очень ценна для окружающих, но его самого, Крепнева, она заботила в первую очередь.

Крепнев поднялся на ноги, пошатываясь, ощущая сильное желание тела вернуться в горизонтальное положение.

— Я вас вижу! — завопил маньяк из салона. — Вижу, слышите?! Вижуууу!

Быстрее. Пока ноги держат! Куда-нибудь! Лишь бы подальше от этого проклятого места, от маньяка, от вора, от невесты с грязными пятками. Быстрее!!

И Крепнев бросился в темноту.

У крысолова бок болел так, будто ему вшили внутрь горсть горячих углей. Вдобавок, раскалывалась голова. Чудовищно. Так всегда бывает, когда приближаешься к Тупику. Отсюда до Храма — рукой подать. Не больше часа пешего пути. Вот только есть ли сейчас время? Хватит сил?

Из автомобиля донеслась неразборчивая ругань. Умник не станет стрелять снова — оглохнет.

— Что происходит? — Муза сидела рядом, растирая плечи ладонями. На ее волосы медленно садились снежинки.

В ответ из недр автомобиля неистово заколотили.

Крысолов перевернулся на бок, попытался встать и понял, что совершенно не готов к побегу. Ноги не слушались.

— Мне нужна твоя помощь. — пробормотал он. — Как ты понимаешь, пора смываться.

— Мы из-за тебя чуть не погибли! — воскликнула муза. — Мог бы предупредить!

— Ага. Вон там, впереди, край света, который я называю Тупиком. Сейчас мы в него врежемся на полной скорости. Пристегнитесь, мадам.

— Я до вас доберусь! — злобно предупредили из автомобиля.

— Между прочим, я не мадам. — муза поднялась и захромала в сторону крысолова.

— Доберусь! — взвыл Ум.

Крысолов тяжело оперся о музу, ощущая слабый аромат духов и легкий привкус рафинада на губах. Голова закружилась от острого желания взлететь. На самолете. Под облака.

— Кажется, блокировка отключилась. Ты на всех так действуешь?

— На тех, у кого есть мозги. — усмехнулась муза. — Считай это комплиментом. Куда идти-то?

Крысолов покосился на автомобиль — видит их Умник или нет? — потом жестом указал музе дорогу.

Вообще, в этакой темноте сложно было ориентироваться. Обычно крысолов приезжал к Тупику ранним утром, когда солнце едва появлялось над горизонтом. Свет в такое время кажется серым-серым, туман стелется по полю, но зато хорошо видно мост-лазейку к Храму. Если бы крысолов не задержался, он бы успел до темноты…