Мироход
Шрифт:
— Ага. Но выстрелов-то только восемь! А вдруг мы встретим…
— … волшебников, орков или троллей. — закончил я вместо Джу.
— Вот именно!
— Просто супер. И встретим мы их в ближайший час. Ну да, ну да… — я раздраженно посмотрел на едущую впереди волшебницу. Какой толк из волшебника, если он даже с кучей гадких птиц разобраться не может?! О, а ведь это мысль!
— Джу, может, ты просто откинешь их волшебством?! С брюками у тебя лихо вышло! Девушка повернулась и бросила на меня хмурый взгляд.
— Что бы я тратила силы на каких-то птиц, в лесу, где куча изгнанных аварцев, орков и троллей?
— Не смертельно? А вдруг кто-то услышит этот их писк? Может они в нормальном состоянии не пищат, будто анаболиков обожрались?! — не унимался я.
— Сомневаюсь. — кисло откликнулась девушка.
— Это почему вдруг? В фауне начала разбираться? — язвительно уточнил я.
— Просто подними голову и прислушайся. — всё так же кисло ответила девушка.
Я неохотно оторвался от подсчета волос в конской гриве и посмотрел вверх. Чуть впереди верхушки деревьев жили своей жизнью двигаясь, словно от порывов ветра, а между ветвей можно было различить какие-то круглые сооружения. Вокруг них кружили сотни мелких, гадко чирикающих птиц.
В первый момент я даже удивился — как это мы не услышали эту какофонию раньше, но тут возле моего уха гадко запищала еще одна сгилка, и вопрос отпал сам собой.
— Гнезда! Их же там тысячи! — в сердцах воскликнул я.
— Ага. Теперь я поняла, почему Саяр выбрал этот путь… Мне кажется, я тоже это понял. Находиться в непосредственной близости от сгилок больше двух часов это почти тоже, что час простоять у работающей турбины самолета без наушников. Так и спятить можно. Мы с Джу как-то неосознанно подстегнули лошадей и движение ускорилось, хотя темнеющим среди листьев гнездам сгилок не было видно конца и они упорно сопровождали нас. Даже после того, как я таки добился у моей напарницы разрешения на проведение пробного выстрела. Мелкие сволочи вроде бы даже испугались, и вроде бы даже отлетели на десяток метров. Но через пять секунд вернулись. Второй выстрел не принес совсем никакого результата. И третий. Джу остановила меня уже на втором десятке, после того как я перешел с бесшумной на обычную «безлимитную» обойму, отметив, что уменьшить популяцию сгилок мне не под силу, а вот привлечь пальбой местных жителей — вполне.
— Я что хотел спросить — а откуда здесь тропинка-то?! Вы же говорили, что всем, кто вышел без разрешения, назад дорога закрыта! Но ведь тропинка-то от самой деревни идет! — нарушил молчание я, задав уже довольно давно мучавший меня вопрос. Молчание, в том смысле, что мы оба молчали, а вот птицы чирикали во всю глотку.
— Эмм. Помнишь, Саяр говорил о контрабандистах? Может это они. — неуверенно ответила девушка.
— Тропинка к деревне, в которой живет пограничник? Они что, по-твоему, идиоты? — удивился я.
— Пограничник? — недоуменно переспросила волшебница.
— Ну, Саяр с башней. — объяснил я.
— Ааа…. А мне, откуда знать? Я до сегодняшнего дня вообще была уверена, что границы Авары неприступны! Наместник и Совет уверяют народ, что граница Авары защищена!
— Ага, и все верят? — недоверчиво перекричал чирикание я.
— Ты просто не понимаешь! Ты можешь не верить Совету, можешь думать, что это шарашка злобных стариков пропитанных магией до мозга
— Совет, совет, совет… Что за совет-то ты объяснишь мне наконец?
— Что?! Говори громче, я тебя не слышу! — крикнула в ответ девушка. Скрипнув зубами, я быстро вытащит пистолет, и пару раз пальнул в совсем обнаглевших птиц. На землю упала пара маленьких трупиков, но их место тут же заняли другие. Я даже не удивился своей меткости, ведь мишени летали сплошными тучами, не попасть — вот, что было бы удивительно. Чертовы птицы! Как люди… и орки их терпят?! Поняв, что мои старания тщетны, я кое-как заставил свою лошадь поравняться с лошадью Джу. Сделать это было довольно трудно потому что: первое — наездник из меня никакой, я только со стороны не выгляжу полным идиотом, вот и всё достижение. Второе — тропинка оказалась узкой, по ней спокойно могла скакать лишь одна лошадь, хотя лично я думаю, что тут ходили только пешком.
В общем и целом, с правой стороны меня то и дело задевало ветками деревьев, но зато слышимость невероятно улучшилась. Пусть даже ценой риска моего падения из седла.
— Я спрашивал про Совет. — уже более спокойно обратился к волшебнице я, пряча пистолет обратно в кобуру. Она наградила меня осуждающим взглядом, намекая, что поднимать стрельбу было не обязательно, но отозвалась:
— А что Совет?
— Ты вот говоришь — Совет то, Совет это, а мне казалось, страной управляет наместник! Саяр что-то такое говорил. Или ты сама, не помню точно. Да, с памятью у меня проблемы. Особенно в последнее время. А все почему? Потому, что все кому не лень (в том числе, проклятые пятиэтажки и престарелые маги) лезут ко мне в голову со своей собственной магией. А с этого ничего доброго не будет, несмотря на благие намерения.
— А ты не задумывался, почему наш верховный правитель носит титул Наместника?
— Честно говоря — нет. Но подозреваю, что раз он наместник, на троне должен сидеть кто-то другой? — логически рассудил я.
— Примерно так. Тут всё довольно сложно, ведь раньше страной правил Совет, точнее просто маги и волшебники. Было что-то вроде гильдии и сильнейший правил тем, что через многие годы стало сердцем Авары. Но потом, потом начались войны.
— Это те, в которых вы воевали против всех? Когда выгнали нелюдей? — припомнил я. Джу лишь отрицательно махнула головой. Или это она от птицы отмахнулась?
— Нет, это было еще раньше. Так сказать, древняя история. Случилось так, что после смерти очередного главы этой гильдии началась борьба за его место. Волшебники начали сражаться друг с другом. В ход пошли могущественные чары, могущественные и часто темные чары. Обычные люди гибли, словно мухи. К счастью, всё обошлось и вскоре самые благоразумные и могущественные маги объединились и создали Совет — нечто вроде высшего органа власти среди себе подобных. А к самым сильным быстро присоединились и кудесники послабее. Они поняли главную ошибку предшественников и для управления народом назначили наместника — простого человека, не обладающего даром.