Мираж

Хашогги Сохейр

— Я как раз недавно купил виллу в Рудши, и вот настало время ее обновить, — сказал Али.

— Рудши? — переспросил сэр Чарлз. — А где именно в Рудши?

Али объяснил. Ответ произвел впечатление на пожилого англичанина. Вскоре мужчины погрузились в обсуждение рынка недвижимости на Среднем Востоке. Маргарет повернулась к Амире с облегчением, которое с незапамятных времен испытывают женщины, избавленные от необходимости участвовать в мужском разговоре.

— Вам понравился Алекс, моя дорогая?

—

Алекс? А, вы имеете в виду Александрию. Ну, дело в том, что я еще не видела города. Я, то есть Мы, все время проводим на вилле.

— Ну, тогда почему бы мне не сыграть роль гида? У Чарлза завтра какие-то дела в Аламейне, так что я совершенно свободна. Я с большой радостью покажу вам и вашему мужу старый город. Надеюсь, вы простите мне некоторую ностальгию.

Амира передала мужу приглашение Маргарет.

— Боюсь, что завтра я буду занят. Но ты можешь принять приглашение.

— Ты не против?

— Конечно, нет.

Заканчивая ужин, Амира и Маргарет обо всем договорились. Эдвины остановились в «Сисель-отеле».

— Он уже не тот, что прежде, — пожаловался сэр Чарлз.

— А что здесь осталось прежним? — подхватила Маргарет.

У дверей ресторана чету Рашад ожидал «роллс-ройс». Али подвез Эдвинов до отеля, потом проинструктировал шофера, как доставить Амиру на виллу, и вышел сам из машины.

— Я доберусь на такси, — сказал он жене. — Не жди меня, завтра тебе рано вставать.

Когда Амира утром покидала виллу, Али еще спал крепким сном.

— Что ни говори, но в Алекс все еще есть на что посмотреть, — говорила Маргарет Эдвин. — Но всего мы сегодня не увидим. Например, здесь есть превосходный музей, там хранятся истинные сокровища, но, чтобы их в полной мере оценить, надо провести в музее много часов. Кроме того, нелишне знать историю Македонии и Рима, я уже не говорю об истории Египта.

Амира скромно призналась, что ее познания в этой области не слишком глубоки.

— Ничего, — возразила Маргарет, — я дам вам несколько книг на эту тему, да и в музее можно будет купить неплохую литературу.

Они ехали по городу в машине британского консульства. За рулем восседал шофер-египтянин в униформе.

— В Алекс многих достопримечательностей уже не существует, осталась лишь слава о них.

— Например, о знаменитом маяке, — вставила слово Амира, решив показать свою, пусть небольшую, осведомленность в истории Александрии.

— Да, без сомнения, маяк символизировал город в глазах всего древнего мира. Маяк был для Александрии тем же, чем является для Парижа Эйфелева башня или Эмпайр-Стейт-Билдинг для Нью-Йорка.

— Что же случилось с маяком?

— Что случилось? Обычная история: его погубило время. Мусульмане, захватившие город, не проявляли никакого интереса

к греческой науке. Кто-то к тому же сказал местному правителю, что под фундаментом маяка спрятаны несметные сокровища. Начались раскопки, и фонарь, указывающий путь морякам, рухнул на землю. Случившееся позже землетрясение окончательно уничтожило и башню маяка.

Впереди возникло большое, обшарпанное здание, господствовавшее над мысом и гаванью.

— А это наш отель, — пояснила Маргарет. — Вообще-то мы должны были жить в консульстве, но — ностальгия! — в этом отеле мы с Чарлзом провели свой медовый месяц. Это было четверть века назад.

— Это так романтично.

— Конечно, романтично. Правда, в самый разгар медового месяца Чарлз надолго отлучился по делам службы. В точности, как ваш муж.

Пытливые серые глаза Маргарет требовали ответа.

— Я никогда не спрашиваю Али о его делах, — произнесла Амира. — Почти никогда.

— Я тоже. — Маргарет едва заметно улыбнулась. — Как бы то ни было, давайте начнем нашу экскурсию. Хамза, мы едем в Шария Неби Даниэль.

Водитель свернул в узкие, заполненные пешеходами улочки бедной части города.

— Даниила, — тоном опытного экскурсовода заговорила Маргарет, — так же, как Авраама и Моисея, считают пророком обе наши религии. Это замечательная судьба для еврея. Та мечеть впереди и есть мечеть Даниила. Говорят, что в ее подземельях захоронены останки Александра Великого. Но, естественно, точно этого никто не знает.

— Эль-Искандерия, — как эхо повторила Амира арабское название Александрии. — Искандер — это Александр.

— Говорят, что Клеопатра тоже похоронена неподалеку, — продолжала между тем Маргарет. — Это все незримая история. Так же, как александрийская библиотека. Она находилась на том месте, где сейчас мы проезжаем. Здешний университет не уступал по масштабам библиотеке. Сотни лет университет и библиотека были культурным и интеллектуальным средоточием тогдашнего мира.

— Библиотека сгорела, — припомнила Амира уроки мисс Вандербек. — Все книги погибли.

— Библиотека сгорела не случайно, — сказала Маргарет, — христианские монахи, пришедшие в город, намеренно сожгли ее, объявив все книги языческой ересью. Та же толпа убила и Ипатию.

— Ипатию? — Амира никогда прежде не слышала это имя.

— Женщину — философа и профессора математики, чьи идеи пришлись не по вкусу монахам. Где-то здесь толпа схватила ее, когда Ипатия возвращалась домой из университета, и забила ее насмерть кусками черепицы. Странно, не правда ли, что именно здесь, в этой части мира, где молодые женщины борются за право посещать университеты, шестнадцать веков назад жила женщина — профессор математики. Хамза, теперь, пожалуйста, ко дворцу Рас-эль-Тин.