Мираж
Шрифт:
Оказавшись в номере, она немедленно позвонила в Калифорнию. Лайле до крайности нужно было услышать сейчас голос Дэйва, почувствовать его уверенность и спокойствие, его любовь. Но начальник пристани сообщил, что Дэвид Кристиансен ушел в недельный круиз на Баию.
Лайла заказала себе билет на утренний парижский рейс и рано легла спать. Ночь прошла спокойно, и в аэропорт она приехала за два часа до вылета: В зале ожидания к ней подошли двое мужчин, по виду полицейских.
— Лайла Бадир?
— Да.
— Пожалуйста, пройдите
Они отвели ее в маленькую комнату, где ее ждал человек с до странности знакомым именем: принц Али аль-Рашад.
— Вас зовут Лайла Бадир, а ваш отец — Малик Бадир?
— Да. Но объясните мне, что все это значит?
— Речь идет о нарушении закона, госпожа Бадир. — Принц, небольшого роста, пропорционально сложенный и довольно незаурядной внешности человек, ровесник ее отца, был, по всей видимости, очень доволен собой.
— О каком нарушении какого закона вы говорите?
— Это выяснится несколько позже.
Больше принц не пожелал ничего говорить и, отобрав ее паспорт, оставил Лайлу в комнате одну.
Что она наделала? Может, ее вина в том, что она нарушила закон об одежде? Да нет, этим делом принц не стал бы заниматься. Это что-то большее и, видимо, связанное с ее посещением деревни. Но почему это должно было кого-то заинтересовать? Ей пришло на ум, что она, как рассказала деревенская старуха, была дочерью казненной преступницы. Так вот в чем дело: ее задержали для выяснения личности. Нет, тут что-то не так.
Лайла постучала в дверь. Открыл охранник.
— Мне надо в туалет.
Подумав, полицейский выполнил ее просьбу.
Слава Богу, в туалете оказалась какая-то женщина. Нацарапав свое имя и номер телефона Малика в Марселе на тысячериаловой банкноте, Лайла отдала ее женщине.
— Вы получите намного больше, если позвоните по этому телефону и сообщите снявшему трубку, что со мной здесь произошла крупная неприятность.
Не говоря ни слова, женщина взяла деньги.
Охранник отвел Лайлу в комнату для задержанных. Ожидание, казалось, продлится вечно.
Надзиратель принес чай, кормить ее, по всей видимости, никто не собирался.
Наконец в комнату стремительно вошел принц Али. Улыбаясь, он бросил на стол исписанную Лайлой тысячную купюру.
— Не сорите деньгами. И не волнуйтесь за своего отца. Он уже спешит сюда сам. Это так похоже на него: он любит все делать лично.
— Вы знаете моего отца?
— Да, мы с ним старые… знакомые.
Лайла наконец вспомнила, где и когда она слышала имя этого человека. Его не раз произносил Малик, и каждый раз в его голосе звучали гнев и презрение. Так, значит, принц Али аль-Рашад — враг ее отца.
— Я требую адвоката, — заявила Лайла. — Я хочу знать, по какой причине меня задержали.
— Зачем вам адвокат? Вас никто и ни в чем не обвиняет, вы не совершили никакого преступления. Вы находитесь здесь в качестве… ну, скажем, вещественного
— Доказательства чего?
— Разных преступлений. Например, похищения.
— Какого похищения?
— Вашего. — Он снова улыбнулся. — Вижу, вы несколько растеряны. Сейчас я вам все объясню. Много лет назад в этой стране было совершено преступление. Чтобы его совершить, нужны два преступника — мужчина и женщина. Женщину арестовали и казнили. Мужчину же так и не удалось отыскать. Долгие годы я питал обоснованные подозрения, но их нечем было доказать. Но ваш визит в деревню позволил мне добыть требуемые доказательства. Так что сейчас мы ждем прибытия второго преступника.
Вот оно что: ее используют, как приманку, чтобы заманить в западню ее собственного отца.
— Я не только гражданка аль-Ремаля, но и Франции, — высокомерно заявила Лайла, собрав в кулак все свое мужество, — и поэтому имею право связаться с французским посольством.
Принц только пренебрежительно махнул рукой.
— Всему свое время.
Вошел один из охранников.
— С контрольной вышки сообщили, что он приближается, ваше высочество.
— Отлично, госпожа Бадир. Пойдемте со мной. Вы надолго запомните это путешествие.
Они вышли к взлетно-посадочной полосе. К принцу присоединились несколько адъютантов.
На самой полосе скучал с десяток переодетых в штатское полицейских.
— Вот он, — воскликнул один из адъютантов. В заходящем на посадку самолете Лайла узнала ярко раскрашенный «Боинг 747» своего отца.
— Всегда шоу, всегда экстравагантен, — сказал Али адъютанту. — Самолет мы, конечно, конфискуем.
Тем временем машина уже подруливала кзданию аэровокзала. Переодетые агенты выстроились полукругом.
Лайле стало ясно, что сделать ничего нельзя.
На взлетную полосу выкатился грузовик и остановился рядом с замеревшим на месте лайнером.
Из грузовика высыпали солдаты, преградившие дорогу полицейским.
— В чем дело? — грозно спросил Али.
— Не могу знать, ваше высочество.
Позади цепи солдат возникло какое-то движение. Группа военных приблизилась к принцу.
— Генерал, что все это значит? — требовательно спросил Али у шедшего впереди группы.
— Ваше высочество, мне приказано проводить эту женщину на борт самолета.
— Приказано? Кем?!
— Королем, ваше высочество!
— Королем! — Лайла видела, как принц закусил от ярости нижнюю губу, но промолчал.
— Прошу вас, мадемуазель, — галантно произнес генерал. Он помог Лайле подняться по трапу «Боинга-747» и дождался, пока стюардесса не захлопнула дверь. Двигатели были включены, и самолет сразу же покатился по взлетной полосе.
Лайла увидела идущего к ней с озабоченным лицом Малика. Когда он попытался обнять дочь, она, бросившись было к нему навстречу, внезапно отпрянула.