Мир Терпа
Шрифт:
«Хорошенькое дело», — подумал Лис. Вслух он сказал:
— Я слышал от своего друга Лиса о племени вишту и о вожде Шотшеке. Что же случилось с ними? И что же мой друг, где он? Если он жив, я хотел бы быть ему полезным и оказать посильную помощь.
— Мы не знаем, что произошло в стойбище вишту. Спаслись только несколько человек, которых мы приютили у себя, и ты сможешь поговорить с ними позже. Они рассказали, что в стойбище вишту приходили люди, одетые в серые доспехи. Это не те доспехи, что носят греки: их не пробивает ни стрела, ни копье. Эти люди хотели найти твоего друга Лиса, и, очевидно,
Но Лиса в стойбище в то время не было, потому что Шотшек , хотел, чтобы Лис взял его дочь в свой вигвам, а Лис этого не захотел. Кстати сказать, дочь Шотшека оказалась одной из немногих вишту, кто уцелел. Произнеся эти слова, Шольтеак слегка усмехнулся: — Я понимаю Лиса — дочь Шотшека не вызывает желания у мужчин. Зря Лис не принял в свое время моего приглашения в племя ишту-хо: моя дочь красива, и ничто не мешало бы ему взять ее в жены. А так Лису пришлось бежать, потому что Шотшек в ярости, ослепившей его разум, решил казнить Лиса.
При этих словах вождя на непроницаемых лицах старейшин появились тени улыбок, и они опять согласно покивали головами.
— О вождь! — воскликнул Лис. Случилось так, что я уже знаю об этих людях в серых доспехах, я сегодня видел их издалека, когда они подлетали на плоту с прозрачным вигвамом к вашему каравану. Мне также рассказали о них люди, которых я встретил недавно и которые скрываются от этих воинов в серых доспехах. Прошу тебя, расскажи мне о них подробнее. Что они сделали с племенем вишту и с моим другом? Если они его враги, то они и мои враги. Я готов убивать их!
Шольтеак был согласен с гостем.
— Теперь они и наши враги. Они убили почти всех вишту, с которыми мы были в союзнических отношениях. Они убили Шотшека, который хотел поймать Лиса и последовал за ним в город греков Омакс, что в большой излучине Трапхора. Они пришли в племя вишту и потребовали сказать, где Лис. Им ответили, что Лис бежал в Омакс, но люди эти хотели обыскать стойбище. Возникла стычка, и незнакомцы сожгли все стойбище своими огненными лучами, не пощадив никого. Поэтому мы, ишту-хо, решили уйти подальше. Вождь потряс сжатым кулаком: — Мы бы тоже не дали обыскивать свой караван, но что можно сделать против лучей, которые горячее, чем лучи солнца? Во имя спасения своего народа я приказал воинам опустить луки.
— Ты мудр, о вождь, — искренне сказал Лис, поклонившись. Только великий вождь, понимая, что враг сильнее его, и щадя своих жен и детей, сможет устоять перед желанием выпустить стрелу во врага.
Старейшины одобрительно улыбались. Им нравилось, что и как говорит гость. На некоторое время воцарилась тишина, и все попыхивали трубками.
По знаку вождя Лис продолжил свой рассказ. Он описал встреченных незнакомцев, рассказал, что они пришли из сказочной страны, находящейся за Безвоздушными горами. По версии Лиса, незнакомцы являлись врагами серых воинов, уничтоживших племя вишту и заставивших испытать унижение ишту-хо. Его спутникам, которые скрывались сейчас в пещере неподалеку, очень важно было попасть в Проклятый лес, чтобы они могли начать равную борьбу со своими врагами — шаровиками, потому что в Проклятом лесу у них спрятано нужное оружие.
— И что же хочешь ты? — спросил вождь. Лис объяснил,
— Но мы собирались двинуться за Тиксу, — сказал Шольтеак, — на берега Северного моря. Ставить вигвамы вблизи Проклятого леса мне не представляется разумным.
Лис возразил: берега моря весьма густо населены. Придя туда, ишту-хо неизбежно столкнутся с теми, кто считает эти земли своими охотничьими угодьями. И напротив, земли в верховьях Тиксы пустынны, но богаты дичью, это сущий Рай для охоты. Чудовища же редко покидают плато, на котором раскинулся Проклятый лес, так что опасаться их не стоит. Тем более что он, Герман, не сомневается в храбрости воинов племени. И в конце концов, у чудовищ нет сжигающих лучей, так что они все же менее опасны, чем шаровики.
Конечно, Лис отчаянно рисковал. Убедить индейцев, веками сторонившихся Проклятого леса, направиться туда для жизни и охоты было непросто. Существовала опасность, что Шольтеак, движимый стремлением уберечь свой народ от гнева серых воинов, мог просто выдать Творцов шаровикам.
Шольтеак задумался. Наконец он сказал:
— Нам нужно провести совет. Ты, охотник Герман, можешь пока отдохнуть, и женщины дадут тебе поесть.
Шольтеак дал команду воину, сопровождавшему Лиса, провести его туда, где он сможет получит еду и питье.
Лис поклонился и в сопровождении воина, которого звали Читоко, оставил вождя и старейшин обсуждать сделанные им предложения.
Читоко провел его к одному из фургонов, где женщины, с интересом поглядывая на Лиса, дали ему сушеного мяса, лука, печеного картофеля и кислого молока.
Вождь и старейшины совещались около часа. Потом Лиса снова вызвали к Шольтеаку, и вождь сообщил ему, что племя принимает его предложение. Если охотник Герман — друг Лиса, то он и друг племени ишту-хо. Поэтому ему и его спутникам дадут убежище в караване, а племя двинется в верховья Тиксы. Вождь и старейшины горели желанием с помощью оружия спутников Лиса, которое те должны были найти в Проклятом лесу, отомстить серым воинам, унизившим индейцев. Это, видимо, явилось одним из главных аргументов последовать предложению Лиса.
Лис поблагодарил вождя, заверив его, что сделает все возможное для отмщения, а сам решил, что имеющееся сейчас оружие необходимо будет спрятать и не показывать индейцам: зная их характер, можно было не сомневаться, что в случае, если Шольтеак увидит лучеметы, он потребует немедленного мщения, невзирая ни на что.
— Ты можешь идти и привести своих друзей, — сказал Шольтеак. — Племя примет их с радостью.
Лис поклонился. Он был доволен: его план начал работать.