Мир смерти
Шрифт:
Охотники с интересом следили, как Брайан приблизился к пещере. Женщины в страхе отступили.
— Я Равн над Равном! — прокричал Брайан и, нагнувшись, вошел внутрь.
Он заморгал, чтобы глаза привыкли к полумраку. Пещера представляла собой разлом в скале, около шестидесяти метров глубиной. Из дальнего конца доносился испуганный плач и вой, там сгрудились женщины и дети. Когда Брайан приблизился к ним, они взвыли и шарахнулись в сторону. Все отступили влево. Интересно. Брайан двинулся направо, туда, где в нише была навалена куча вонючих, невыделанных шкур.
Равн выл и пускал слюни, когда Брайан схватил его за колено, вытащил из-под шкур и бросил на пол. Глядя, как старик корчится, Брайан ощутил легкую жалость. Но только на секунду, пока не задел обрубком пальца о стену. Острая боль привела его в чувство, и он пнул Равна ногой.
— Вставай, грязный трус. Нам сегодня предстоит долгий путь.
Когда Равн наконец объявил, что готов к походу, утро давно прошло. Надо было исполнить ритуалы, собрать еду, взять из тайника костяной браслет. Подгоняемый Брайаном, старик истощил весь запас уверток, неохотно двинулся по тропе — и тут же застыл как вкопанный, заметив, что следом идет Лез. Даже руками замахал.
— Никаких женщин! Женщинам нельзя. Только Равн может идти. Никаких охотников, никаких грязных женщин!
— Эта женщина не пойдет до конца, она несет еду. Она не пойдет с нами в Место Без Названия. Я отошлю ее обратно раньше.
Равн потащился вниз по склону, едва волоча ноги. Леа и Брайан двинулись вслед за ним по тропке, что вилась среди деревьев. Когда стойбище скрылось из виду, Брайан остановился, забрал у Леа узел и закинул за спину. Она принялась массировать затекшие мускулы.
— Таскать узлы — участь грязных женщин. Как Большой Охотник потащит такой большой узел? Нарушать табу опасно.
— Хочешь получить обратно?
— Ни за что! Вот только бы старый грязный Равн не осерчал.
— Он и так сердит дальше некуда. Я справлюсь с ним, как бы он ни выкаблучивался. Стоит мне хоть немного пожалеть его, как мой обрубок начинает болеть и всякая жалость улетучивается. Когда устанешь — скажи, сделаем привал.
— Я готова идти целый день, было бы кому тащить поклажу.
Сначала они двигались по краю равнины на запад. К полудню предгорье завернуло к северу, в точности повторяя очертания береговой линии Центрального озера. Им оставалось только следовать за естественными поворотами ландшафта. Ближе к вечеру уставший от бессонной ночи Брайан объявил привал. Как и прежде, он посадил Равна на привязь, чтобы тот не сбежал. Приняв меры предосторожности, Брайан спал крепко и без сновидений и утром встал отдохнувшим, готовым продолжать путь.
Так миновало три дня. Они шли по предгорьям, среди редких деревьев, по краю леса. И только вечерами рисковали подходить к озеру, чтобы набрать воды, если за день, по дороге, не попадался ни один ручей. Равн не открывал рта и лишь однажды предостерегающе крикнул, заслышав шум машин. Они залегли в кустах, глядя на следы невидимых на такой высоте самолетов. За теми тянулись белые линии, от самого горизонта
— Мы слишком близко, слишком близко, — бормотал он. — Нужно поворачивать обратно.
Брайан силой заставил его идти дальше. Но ненадолго. Меньше чем через час Равн остановился и уселся пол деревом.
— Что случилось? — поинтересовался Брайан.
— Дождемся темноты, потом спустимся к озеру и обойдем это место, — Равн махнул рукой в сторону торчавшего впереди кряжа.
— Мы пойдем сейчас, — отрезал Брайан. — До заката еще далеко.
— Нельзя. Там, впереди. Святое Место. Туда нельзя идти. Мы должны обойти его. По берегу озера можно идти только ночью.
— Святое Место? Мне нравится это название. Надо взглянуть...
— Нет! Это запрещено! Ты не пойдешь!
Брайан ощутил, что Равна охватил жуткий страх — и этот страх был сильнее страха перед ним. Равном над Равном. Такого раньше не было.
Выхватив нож, Равн с криком бросился в атаку. Брайан шагнул вперед, поставил блок и схватил Равна за запястье, а другой рукой за шею и держал, пока тело не обмякло.
— Он долго будет без сознания, но все-таки придется его связать, на тот случай, если мы задержимся.
— Ты хочешь сказать, что мы пойдем осматривать Святое Место?
— Нет — я пойду и посмотрю один. Ты останешься здесь вместе с ним. Старик и вправду не на шутку перепугался. Похоже, там довольно опасно.
Леа возмущенно фыркнула:
— А что на этой планете не опасно? Мы пойдем вместе. Понятно?
Брайан открыл было рот, но тут же спохватился и нехотя кивнул в знак согласия. Он понял, что проиграл этот спор еще до того, как тот завязался.
— Держись рядом. Неизвестно, что там наверху.
Они медленно пробирались сквозь деревья и остановились, выбравшись на относительно пологий, заросший травой склон. До вершины оставалось всего несколько метров. Брайан наклонился к Леа и прошептал:
— Подожди здесь, пока я не разузнаю, в чем там дело. Если все будет в порядке, придешь ко мне. Понятно?
Леа согласно кивнула и присела, укрывшись за стволом большого дерева.
Последние несколько метров Брайан прополз очень медленно, буквально пядь за пядью. На вершине он замер и осторожно поднял голову, осмотрелся, приподнялся и заглянул за край. Затем вскочил и взмахом руки подозвал Леа.
— Порядок! Иди сюда! Посмотри, что мы обнаружили.
Леа, сгорая от любопытства, вскарабкалась по склону. Что там такое? Равн был страшно напуган — а Брайан стоит на вершине и машет рукой, как ни в чем не бывала. Он спустился и подал ей руку, помогая преодолеть последние шаги.
— Смотри, — сказал он.
Внизу громоздились руины какого-то древнего строения. Леа тряхнула головой: