Мир После
Шрифт:
— Но ты ведь знала, кто я такой, — он в один шаг оказался рядом со мной и навис сверху, вдавливая в землю одним своим взглядом, — прекрасно знала. Я предупреждал тебя о том, какой я, но ты не хотела слушать. Ты решила, что сможешь изменить меня? — он поднял мой подбородок, вглядываясь в глаза, — Потому начала вести себя так — провоцируя на каждом шагу и заставляя ненавидеть и желать тебя?
— Если ты так думаешь, то нам не о чем разговаривать, — я отступила от него на шаг, вырывая лицо из его плена, — Прими своё лекарство и успокой член в штанах; увидимся на тренировке.
И я развернулась,
Почему-то стало страшно. Я никогда не позволяла себе хамить ему настолько открыто, но сейчас — сорвалось. Я просто не успела сдержать себя.
А ещё пару часов назад хотела ударить того наёмника за несдержанность и отсутствие дисциплины. Дура.
Я вошла в здание, свернула к своей спальне и прикрыла дверь. Тренировка предстоит… тяжелая… Не удивлюсь, если Трой заставит работать сразу с десятком зараженных. Я обхватила голову руками и замерла в центре комнаты. Когда всё пошло под откос? Почему мы не можем нормально общаться? Ведь было так хорошо — нам обоим. Я чувствовала, что он наслаждался мной точно также, как и я им… Но теперь всё снова запуталось. Трой был прав — я знала, кто он. И прекрасно понимала, что такие не меняются. Даже со временем. Зачем я ему это сказала?
Дверь в комнату резко открылась и закрылась, оставляя меня наедине с метисом.
Одного взгляда на его лицо мне хватило, чтобы всё понять.
— Трой, не надо, — я сделала шаг назад, надеясь, что смогу воззвать к его рассудку.
Он быстро сократил расстояние между нами и мгновенно скрутил мне руки — чтобы я не имела возможности сопротивляться. Но я и не собиралась… Я хотела извиниться…
— Трой…
— Ты сказала успокоить член в штанах, — он резко нагнул меня, вынуждая упереться щекой в подушку.
— Трой, ты что… — закончить мне не дали, потому как в следующее мгновение я ощутила, как с меня стягивают штаны, — Трой, не делай этого!
— Почему? Я же просто хочу с тобой помириться, — процедил он, продолжая удерживать меня и расстёгивая молнию на своих штанах.
— Трой, если ты сделаешь это, я тебе никогда не про… — мой голос сорвался на крик, потому что он это сделал.
Я лежала на спине и смотрела в потолок. Мыслей в голове не было, абсолютная пустота. Наверное, я даже ничего не чувствовала… хотя нет, чувствовала: мне было больно оттого, что он сделал со мной. И мне было стыдно за свою кульминацию в конце…
Я становилась зависимой от него, я боялась его, я хотела его, я ждала его взгляда и жаждала его прикосновений. Но я понимала, что это неправильно. И сейчас, пока мой рассудок ещё мог спорить с сердцем, я решила, что нужно это остановить.
Я не смогу быть рядом с таким, как Трой. Я сгорю рядом с ним.
Либо свихнусь, как он сам.
— Трой, я больше не подпущу тебя к себе, — сказала тихо, продолжая смотреть в потолок.
Метис приподнялся на локтях и посмотрел на меня. Он был обнажён и прекрасен. Или это мой воспалённый им мозг говорил, что он прекрасен. Он был насильником
— Я беру то, что хочу, — Трой смотрел на меня твёрдым уверенным взглядом.
В его голосе было столько спокойствия, что мне вновь стало больно. Я что, такая же сломанная, да? Почему я допустила в себе чувства к этому человеку?
— Меня ты больше не возьмёшь, — ответила также спокойно.
Он великий боец — в искусстве смерти ему не было равных. И он гениальный стратег. А ещё он — идеальный любовник.
Но он сломан и не подлежит починке.
— Рин… — сжав зубы и прикрыв глаза, произнёс Трой, но я его перебила:
— Уйди из моей спальни. Пожалуйста, — добавила, чтобы не вызвать новой волны гнева.
Трой некоторое время смотрел на меня, а затем резко встал и оделся.
— Я жду тебя на тренировке через час, — сказал он, стоя у двери и глядя на меня.
— Я приду, — ответила совсем тихо и отвернулась.
Дверь за ним закрылась почти беззвучно.
Больно. Как же больно было чувствовать.
Я свернулась в клубок и несколько минут пролежала, глядя на серую стену. Затем встала и пошла в душ.
Он спасал мою жизнь несколько раз. Он доверился мне, когда раскрыл свой секрет. Он принял меня в отряд демонов и дал возможность встать с ним плечом к плечу.
Я не имею права подвести его.
А это значит, что я пойду на тренировку; и буду ходить на неё столько раз, сколько он потребует. И я засуну глубоко в задницу все свои обиды и все свои чувства, потому что на кону теперь стоит нечто большее, чем возможность выжить — на кону стоит будущее Мира После…
Дни сменяли друг друга, а дата съезда всё приближалась. Мы несколько раз ездили в другие деревни и добились соглашения с тремя отрядами — в том числе с отрядом наёмников из Семёрки. Не сразу, но Трой принял моё желание всерьёз, и теперь тренировал меня также, как и до начала наших недолгих отношений — с легкой издевкой в голосе и ироничными комментариями в стиле «Покахонтас, ты собираешься пугать Централь своей текущей кровью?.. Почему ни один чертов Грешник не сдвинулся с места?!»
Он не знал, что по ночам я тренировалась в пробуждении своей крови и приучала себя спокойно терпеть небольшие порезы; именно поэтому на следующее утро добиралась на одном упрямстве, а вечером была уже и вовсе ожившим мертвецом. Аст внимательно наблюдал за мной на наших спаррингах и медленно, но верно, выводил меня на новый уровень владения боевым искусством. К слову, он — один из первых догадался проследить за мной до спальни и узнать, чем я занимаюсь по ночам, что прихожу к нему едва живая. С тех пор, а это произошло в конце первой недели, мы занимались пробуждением крови вместе. Вспоминать боль было сложно, но племянник главнокомандующего нашёл способ справиться с моей проблемой: он садился на пол напротив меня и начинал рассказывать о том, какой звук раздаётся, когда кожа медленно распарывается скальпелем, какой — когда рвутся сухожилия, и какой — когда из разрезанных вен начинает вытекать густая кровь… Мы начали быстро добиваться результата, поскольку Аст мастерски умел внушать уверенность, что всё это происходит именно со мной…