Мир После
Шрифт:
Однако, наблюдая за ним — за движениями крепких мышц на выточенном Миром После теле: когда он стягивал с себя штаны, когда проходил к выехавшей ячейке и закидывал в неё свою форму, когда подходил к раковине, протягивал руку к тюбику и щётке… — я чувствовала, что желание вступать с ним в конфронтацию медленно сходило на нет.
Чёрт с ним. Пусть делает, что хочет. Я не страдаю излишней скромностью, и не стесняюсь обнаженного мужского тела, так что, если он хотел испытать меня своим эксгибиционизмом, пусть обломится.
Я отвернулась от стеклянной
Трой ничего не делал; он просто стоял, упираясь обеими руками в стену позади меня, стоял, опустив голову и наслаждаясь тем, как теплые струи воды стекают по его волосам… стекают и капают на моё лицо. Я не произнесла ни слова. Я впервые была в ситуации, когда оттолкнуть мужчину мне хотелось так же сильно, как… не делать ничего; просто стоять, ощущая его присутствие. Ощущая его дыхание на своём лбу. Ощущая его близость и его… бездействие.
Меня бесила его самоуверенность и завораживала его боль. Почему-то я знала — он страдает. Где-то глубоко в себе он скрыл свои чувства, точно также, как и мы все, но временами они вырывались наружу — вырывались без слов или наоборот, с неправильными словами. Трой оставался для меня загадкой. Я не понимала его. И я не хотела понимать его. Потому что он делал всё, чтобы я его ненавидела, и при этом, привязывал меня к себе ещё сильнее. Он говорил, что я не задавала вопросов, — но и он не задавал их мне: он подобрал меня с неизвестной мне целью, сделал членом отряда, отмыл, сейчас оденет и откормит, и сделает ещё более зависимой от себя. Я не хотела быть зависимой. Но комфорт, еда, крыша над головой и удобная кровать в Мире После были привилегией немногих. Он предлагал мне тёплое местечко, не спрашивая, кто я. И он ничего не просил взамен. Или просил?..
Я хотела, было, дёрнуться в сторону, как была остановлена тихим:
— Просто. Стой.
И я стояла. Стояла, глядя на его подбородок, на его острый кадык, на пятно скверны, появившееся на его шее под мокрыми волосами…
— Это… — напряженно начала я, и вновь была перебита:
— Это пройдёт. В моей крови всё ещё действует антидот, — тихим, несвойственным ему голосом, сказал Трой, а я с изумлением наблюдала, как прямо перед моими глазами черное пятно рассасывается на его коже…
— Тогда зачем ты это провоцируешь? — не выдержав, спросила я, и получила самый странный на свете ответ:
— Потому что могу.
Я сжала зубы и опустила голову, чтобы не соблазниться и не посмотреть в его самоуверенное лицо и после — не зарядить ему по носу. У него было лекарство. Но у миллиардов людей его не было.
Он просто не имел права делать так.
— Но на тебе скверна не появляется, — вдруг сказал
Меня проверяют. Дура.
— Я уже говорила — мужчины меня не заводят, — процедила, стараясь не коситься на тот самый мужской орган, что заводил меня своей готовностью с тех самых пор, как Трой зашёл в кабину.
— Поспорим? — он наклонил лицо ещё ниже; я это почувствовала; но играть в его игры больше не хотела.
— Нет желания, — отрезала и нырнула под его руку, а затем вышла из кабины.
Полотенце быстро скрыло под собой моё тело, нижнее белье появилось на последнем едва ли не быстрее, а удобные тренировочные штаны и футболка черного цвета — такие же, как и у Вельза, — спешно завершили процесс.
Я убрала мокрые волосы в высокий пучок и закинула полотенце в ту же ячейку, из которой его достала.
— Поторопись, — сказала у самого выхода из душевой, — Твой зеленоволосый друг не любит есть холодное, — и вышла в коридор, прикрыв за собой дверь.
Но даже через неё был слышен самоуверенный смешок Троя. Как и скрип моих зубов.
Надеюсь, эти проверки закончатся в ближайшее время. Долго я не протяну, даже если сильно захочу.
На кухне Вельз встретил меня угрюмым молчанием.
— Что нынче на ужин? — Барб влетела вслед за мной и запрыгнула на высокий табурет рядом со столом.
— Суп из овощей, — зеленоволосый открыл крышку кастрюли, и воздух тут же заполнился аппетитным запахом домашней еды, — и жульен из мяса кролика.
Я даже комментировать не стала. Хотя могла бы. Нет, не буду.
— Давно мы мяса не ели! — обрадовалась Барб, а я удивленно посмотрела на неё.
Значит, и сливки общества страдают от отсутствия некоторых продуктов?
— Вы сами не охотитесь? — негромко спросила у Вельза, опустив голову, и села на свободный табурет.
— Некогда, — пришёл краткий ответ.
Интересно, он долго будет ненавидеть меня за то, что я не поторопилась к ужину? Может, сказать ему, что меня бесстыдно задержал командир их отряда?..
— Вас всего трое? — решила задать вопрос, который волновал меня с момента появления на базе.
— Нас четверо, — на кухню зашёл Трой, вытирая волосы полотенцем; затем бросил его на разделочный стол, на что Вельз отреагировал крайне неодобрительным взглядом, и сел во главу стола, — отряды всегда делятся по четверо.
Думаю, наконец, пришло время вопросов-ответов.
— Ты говорил, что Аст — бывший глава отряда демонов. Что он — ваш бывший командир. Судя по именам членов группы, все они и есть те пресловутые демоны, — я выдержала небольшую паузу и посмотрела прямо на Троя, — Но твоё имя никак не относится к касте адовых созданий. Я не помню Троя среди демонов Гоетии.
— Это так, — на губах мужчины, который несколько минут назад прижимал меня в душевой кабине, пугая величиной своего желания, растянулась странная улыбка; затем он посмотрел мне в глаза, — Трой — моё настоящее имя. А среди отрядов демонов меня называют Белетом.