Мир После
Шрифт:
— Ты что… гей? — осторожно спросила у него.
— Дура, — покачал головой Трой.
Значит, не гей. Но спросить было надо.
— Итак, ты не уверен, что препарат подействует, тем не менее, взял его с собой, устроил настоящую облаву на бывшего друга, когда ничего не вышло, привлёк его внимание другим способом, и хочешь встретиться с ним для того, чтобы…
— Чтобы вернуть его назад, — четко ответил Трой, — Его место в Централи. Он — один из лучших в разведкорпусе.
— Но он сбежал… — напомнила ему.
— Сбежал, потому что за лечение его
— Но это ли не знак, что она всё-таки чувствует? — осторожно спросила я.
— Да, это знак, на который никто в Централи не обращает внимания: они просто не могут тратить время на спасение Тони — Города медленно умирают. Их поглощают болезни. А для того, чтобы помочь сестре Аста, необходимо тщательно изучить её феномен, бросить на это все силы, занять все лучшие умы, пренебрегая живыми людьми… И, в конце концов, было принято решение отказаться от тяжелой пациентки — к тому же появилась реальная опасность, что она может обратиться в Грешницу во время своего сна, а на то, чтобы охранять больницы, у Централи просто нет людей.
— Тяжелый случай, — протянула я, проникнувшись сочувствием к Асту.
Иметь положение, связи и деньги — и при этом не иметь возможности помочь родной сестре.
— Именно, — кивнул Трой, — И именно поэтому, я думаю, Аст и решился на побег. Он знал, что Тоню собираются казнить за появление скверны на теле — таким был официальный указ, — и решил бежать из Централи. И теперь, я уверен, он ищет способ излечить её.
— И ради того, чтобы вернуть его назад, ты согласился на эту миссию в деревне, я права? Ты знал, что Аст скрывается где-то здесь, — предположила я.
— Знал. И поэтому согласился, — без эмоций подтвердил Трой.
— И ты отдашь ему препарат, как только увидишь его — пусть даже он не подействует на Тоню, — продолжила предполагать я.
— Отдам, верно, — вновь подтвердил Трой.
— А теперь скажи мне, Трой, твоё командование знает, что ты делаешь? — задала я свой главный вопрос.
— Его простят. Я уверен.
Чёрт… этого я опасалась больше всего. Этот парень совсем не думает о себе.
— А что будет со мной? — напряжённо спросила я.
Предположим, Асту простят его побег и попытку защитить сестру; предположим, Трою простят то, что он свистнул из лаборатории супер секретный препарат от скверны и передал его своему лучшему другу… Но меня-то прощать не за что — никаких заслуг перед Централью я не имею; зато всё, что сегодня услышала от Троя — ценнее моей жизни в несколько раз. Меня просто уничтожат, как только разберутся, что я ничего из себя не представляю — а я буду делать всё возможное, чтобы они так подумали…
Трой повернул ко мне голову и улыбнулся:
— Я же уже сказал, тебя не убьют, если ты будешь в моей команде.
— Ну, ты и…
— Не стоит провоцировать появление скверны, — добродушно улыбнулся метис, но глаза его стали холодны, как лёд.
Да,
— Поначалу, ещё там, в Десятке, я и впрямь думал избавиться от тебя в пути, хоть ты и забавляла меня… Но, когда встретил здесь, на дороге, да ещё и побитую неизвестно кем, да такую наглую… ты меня заинтересовала. А потом задала вопрос про развалины, и я понял, с кем ты столкнулась. И решил использовать. Но теперь, спустя час разговора с тобой, я понял — ты и впрямь можешь мне пригодиться. Ты умная и живучая. Такие нужны в моей команде… Именно такие и выживут в самом конце…
Он замолчал, а я так и сидела, переваривая всё, что мне открылось.
— Трой, я должна признаться тебе… — после нескольких минут тишины, сказала я.
— Что ты — разыскиваемая преступница? — с интересом поднял бровь парень.
— Нет. Что?! Нет! — вырвалось из меня раньше, чем я успела остановить, — Чёрт. Мне нельзя в Города. Так что можешь убить меня прямо сейчас. Ну, или попытаться, — с лёгкой заминкой закончила я.
Блеф — моё всё.
— Мне понравились твои слова про мою попытку, — хмыкнул отчего-то довольный метис, — Но я не могу лишить себя развлечения выслушать твою грустную историю.
— Я с детства страдаю батофобией и дромофобией, — серьёзно сказала я, глядя чётко вперёд.
Высокие здания и уличное движение. Это единственное, что пришло мне на ум, учитывая, что страдать боязнью толпы я уже не имею права — Трой видел, что у меня с этим проблем нет. Как нет проблем с боязнью обнажения, чтоб его. Как нет проблем с боязнью оружия или машин. Чёрт, я себя сильно ограничила в выборе фобий. Сама виновата.
— Это серьёзно, — только и ответил Трой.
Не знаю, поверил он мне или нет, но убивать явно не собирался — это было видно по расслабленным рукам на руле.
— Значит, тебе повезло: наша база находится за стенами Централи, — улыбнувшись во все тридцать два зуба, сказал довольный метис.
Чтоб его…
Да, стоит признаться, что он обыгрывает меня на всех поворотах, сильно усложняя мой и без того не простой выбор: стоит мне решить, что я еду с ним в Город, как выясняется, что круче него только яйца, и, отправься я с ним, шансов столкнуться с верхушкой Централи становится опасно много. И только я хочу спрыгнуть с этого поезда, как выясняется, что заходить на него вовсе и не обязательно — ведь база разведкорпуса находится за пределами стен. Это самый хитрый подонок из всех, кого я встречала с момента своего побега, и будь я проклята, если он мне не нравился!
Страшно признавать, но впервые за долгое время мне было… весело общаться с кем-то. Трой был уникальным собеседником, умеющим поставить тебя в тупик при условии наличия выбора. Он был молод, как и Аст — мой ровесник, может на пару лет постарше, — но я ощущала себя рядом с ним глупым котёнком, мечущимся из угла в угол, и не замечающим, что хозяин уже решил — а значит, спорить смысла нету.
— Ты мне нравишься, Трой, — честно, действительно честно сказала я, — И я бы не хотела, чтобы ты меня убил.