Мир меланов
Шрифт:
– Мила, ты снова в платке, выпусти уже серебряного лебедя на ружу и все встанет на свои места.
– Доброе утро, мистер Вин. А если это чернокрылый ворон? – смеясь ответила я.
На что старик покачал головой из стороны в сторону и пошел в свой кабинет.
День прошел не заметно. Я выдавала книги в прокат, кому-то давала почитать в читательном зале. Сегодня все меланы были дружелюбны и это только приподняло мое и так хорошее настроение перед встречей с Наной. В восемь часов я вытерла пыль, помыла пол, расставила все книги по местам и попрощавшись с мистером Вином, помчалась на встречу
Прибежав на водопад, увидела старушку сидящую на большом камне и кинулась к ней. Мы вообще очень любили это место, так как здесь было единственное красивое место, в котором можно передохнуть. Водопад был размером с маленький домик, обрамлен камнями, покрытыми мхом. Это было единственное растение, растущее на этой параллели.
– Нана, Нана! Ты себе не представляешь что я нашла!
– Мила, подожди не тарахти, у меня плохие новости – ответила она и я увидела её серое, худое лицо под баллахоном. Может по этому она пропустила встречу в прошлую пятницу-подумала я. Похоже она приболела.
– Что случилось Нана?
– Ко мне приходил лекарь.– Нана замолчала.
– Ну и? Что сказал лекарь? Что с тобой?
– Мне осталось жить неделя, максимум две. Опухоль в голове, рвет меня на части.
– Но как?! С тобой же все было хорошо!
– Нет, дорогая. Опухоль растет уже два года, я знала это и подготовилась к кончине. Жаль только не увижу как ты живешь, растешь, как рождаются твои детки – сказала Нана с мечтательным выражением лица.
– Нана, почему ты молчала? Может что-то можно сделать? – в ответ она отмахнулась рукой.
– Значит так дорогая: все, что я нажила непомерным трудом, я передаю твоей семье в наследство. А ты мне дашь клятву на крови, что никакого обета безбрачия ты давать не будешь.
– Нана, я не могу, ты же знаешь. Ну как я объясню супругу свой цвет волос?
– Знаю, мы об этом никогда не говорили. Но я 30 лет работала учителем и преподавала частные уроки. Муж был строителем, поэтому нехватки денег, после его смерти я не испытывала. Я живу только на то, что зарабатываю и то остается, а заработок мужа мы всегда откладывали, сразу после того, как купили маленький домик. В общем у твоей семьи будет дом и деньги для начала жизни на второй параллели и вы сможете здесь обустроится. А в ответ на мою щедрость прошу только одного – никакого обета безбрачия.– повторила она своё условие.
– Нана, я поверить не могу… – простонала я и начала плакать, подумав что все не важно, учитывая её болезнь.
– Успокойся Милана, не порть свое личико слезами. Я прожила чудесную жизнь и в конце пути ты стала моим светлым лучиком в конце темного тоннеля. Дом и деньги это моя благодарность тебе, за то, что любишь меня как родную.
Весь вечер мы разговаривали, я начинала плакать, а Нана мне не давала этого делать. На мой рассказ об эксперименте, который я хочу провести, Нана сказала, что все можно устроить в её доме, когда мы туда переедем. Там есть отдельная комната, в которой все есть, ведь ее муж увлекался экспериментами, разрабатывая всякие составы для строительства. Но меня такая перспектива не радовала, я хотела, чтобы Нана всегда была рядом и никогда не умирала. Глупо конечно, но мне без месяца восемнадцать и я еще верю в сказки.
В десять часов вечера прозвенел
Дома, рассказав домочатцам о разговоре с Наной, все-таки расплакалась и ушла к себе. Мама пришла когда я уже успокоилась .
– Благослови Каменный, нашу родную Нану. Она столько для нас сделала. Всю жизнь за нее свечи в молтьбе ставить буду. – сказала мама. На что я снова шмыгнула носом.
– Мила, не плачь. Если Нана говорит, что прожила хорошую жизнь, значит так и есть. Своими слезами ты только сделаешь ей больнее. Держись детка, ты у меня сильная.
Я лежала всю ночь в полудреме, ворочалась и наконец не стала мучить себя и других спящих родных скрипом кровати, встала и пошла на кухню готовить. Маме нужна моя помощь, а маленькому братцу вкусный завтрак с новой ложкой. Я приготовила пирог с ягодами, которые предусмотрительно заранее купила. А рецепт пирога дала мне Нана. Тут, я снова расстроилась, вспомнив о моей любимой старушке. Но сегодня нет времени на мои переживания, поэтому я собралась с силами, чтобы посвятить весь день братцу в день его рождения.
С первыми лучами солнца, быстро сбегав за ложкой к гончару и упаковав ее в красивую цветную бумагу, я собрала все на стол и стала ждать пробуждения родных.
Первым проснулся будущий глава семьи, Вир. Он, как всегда, быстро поел и пошел работать. Слишком серьезно он относился к своим будущим обязанностям. Следующие проснулись родители. Мама, довольная, что не нужно готовить, быстро ушла на работу, так как там дел не впроворот и если она за выходные не успеет закончить заказ, её выгонит с работы начальница. Я пообещав помочь ей завтра, проводила её. Затем и папа ушел на работу. И мы остались с братцем одни. Лир проснулся уже ближе к полудню и напевая новую песенку залетел на кухню даже не умывшись.
– Мила, а что сегодня за день? – спросил он.
– Не знаю. – ответила я, продолжая дальше мыть посуду.
Лир нахмурился и сел за стол, ожидая рассказа, чем мы будем заниматься. Так проходило каждое утро субботы. Он просыпался, садился за стол, а я ему рассказывала наш план на весь день. Правда чаще всего мы были на работе у папы или у мамы, но не сегодня. Увидев, что Лир надулся, я рассмеялась:
– Не могу смотреть на буку-Лира. С днем рождения Лирено! – и сунула ему подарок.
Лир завизжал от радости, обнял меня и начал разворачивать подарок.
– Мила! У меня теперь своя подписанная ложка! Я теперь всегда- всегда буду кушать! Правда! И вырасту рыцарем! Ты же меня научишь школьной программе? – верещал он прыгая на лавке.
– Да, конечно маленький, а теперь кушай пирог своей новой ложкой – ответила я и поставила пирог перед ним.
Лир начал поедать пирог, а я задумалась. А ведь в рыцари не попадают с первой параллели именно из-за того, что у них нет элементарных знаний. Знаний, которые дают в школе, которая есть на второй параллели. На высших параллелях школы тоже есть, но не на первой. У нас ее нет, так как комитет образования решил, что она нам не нужна. Не справедливо отбирать шанс даже у самых низших меланов, но такова жизнь.