Мир Иеро
Шрифт:
— Пожалуй, нам следует вести себя поосторожнее в этом городе, — сказал Иеро. — Черт их знает, чего они боятся! Пока не выясним — ни слова о том, откуда мы и куда идем, ладно?
— Ты прав, пожалуй, — согласился с ним молодой эливенер. — Но если окажется, что их язык мне незнаком, а мысленной речью они не владеют, — трудновато нам придется!
— Ну, как-нибудь справимся! — легкомысленно заявила иир'ова. — Уж из каких переплетов выбирались! А если здесь нет никаких чудищ, выпрыгивающих из-под земли, — чего нам бояться?
— Ну,
Действительно, ребенок без копыт мог без труда забраться на окружавшую город стену. Камни были не слишком большими, уложены они были так, что выступов и выемок более чем хватало… в общем, лорс был прав: никакая это не защита. Тогда зачем вообще кто-то строил эту стену?
— Вот что, — сказал брат Лэльдо, — давайте-ка придумаем подходящую историю. Незачем рассказывать всем и каждому, что мы явились с другого континента, тем более, что нам все равно никто не поверит. Наверное, лучше всего сказать, что мы приплыли… черт, откуда? Островов-то поблизости нет…
— Скажем просто — из дальней страны за морем, — предложил Иеро. — Неужели потребуют, чтобы мы им эту страну на карте показали?
— Ну, можно попробовать… — с сомнением в голосе протянул эливенер. — Наша лодка разбилась, нас выбросило на берег.
— Да, мы вполне сойдем за потерпевших кораблекрушение, — насмешливо вставила Лэса. — При полной выкладке, с оружием и грузом в седельных сумках.
— А почему бы и нет? — возразил Горм. — Если корабль тонул медленно, мы могли успеть прихватить необходимые вещи.
— И куда мы направляемся? — поинтересовался священник.
— Да никуда особенно! Просто ищем местечко, где можно было бы пожить, осмотреться. Нам эта страна понравилась, а поскольку родных у нас нет, никто и не ждет нашего возвращения.
— Слабенькая сказочка, — покачал головой Иеро. — Ну, раньше надо было об этом думать. Теперь уже нас наверняка заметили, и если мы будем слишком долго топтаться у ворот, это вызовет подозрения.
— Конечно, лучше действовать и врать по обстоятельствам, — передал медведь. — Только нужно постоянно поддерживать мысленный контакт, чтобы не завраться.
— Что ж, попробуем, — вздохнул брат Лэльдо. — Это калитка, насколько я понимаю, да?
Действительно, в толще огромных деревянных ворот была прорезана высокая и широкая калитка. А рядом с ней висел самый настоящий дверной молоток. Иеро взял его и несколько раз негромко стукнул в калитку.
Прошло несколько минут, и калитка отворилась с легким скрипом. Навстречу путникам вышел невысокий смуглый человек,
— Это итальянский язык, но немного не такой, какому меня учили… но в общем я его вроде бы понимаю, вот только… Он не спросил, откуда мы, а сказал, что они никого не приглашали.
Иеро, прислушиваясь к мысленному голосу эливенера, одновременно рассматривал горожанина. Тот бы одет в синие узкие штаны из плотной ткани и в желтую рубаху с белым кружевным воротником. Тощие кривые ноги были обуты в легкие кожаные сандалии. На поясе, украшенном металлическими пластинками, не было даже крепления для ножа или кинжала. Значит, здесь и в самом деле ни с кем не воюют…
Тем временем брат Лэльдо, старательно выговаривая слова, объяснял горожанину, кто они таковы и как здесь очутились, и что они ищут приюта, потому что голодны и устали. Горожанин внимательно слушал, настороженно поглядывая то на эливенера, то на медведя. Почему-то именно Горм вызывал у него наибольшие опасения. Впрочем, понять горожанина было нетрудно. Это американские северяне привыкли постоянно общаться и с лесным, и с речным народом, а если в Европе нет ни мыслящих медведей, ни мыслящих бобров — что ж, огромное черное существо, весом не меньше ста двадцати килограммов, с мощными лапами и здоровенными когтями, вполне могло напугать мирного жителя европейского города. Лорс все-таки выглядел не так страшно — у людей посторонних создавалось впечатление, что это обычное верховое животное, пусть даже большое и рогатое.
Наконец брат Лэльдо умолк, а горожанин, что-то сказав, исчез, аккуратно закрыв за собой калитку.
— Ну, что он сказал? — спросила Лэса.
Эливенер ответил не вслух, а мысленно, и все поняли: брат Лэльдо опасается, что их могут подслушать. Конечно, вряд ли кто-то понял бы язык северян, однако лучше все же было не рисковать.
— Он сказал, что пойдет спросит.
— У кого спросит? — поинтересовался Горм.
— Не знаю, — пожал плечами эливенер. — Наверное, у тех, кто постарше чином.
— Ну что ж, подождем, — и Горм уселся в траву на обочине дороги. И тут же с удивлением передал: — Надо же, по этой дороге уже с месяц никто не проезжали не проходил! Странно. Мы вроде бы видели всего два входа в город, а?
Клуц и Лэса тут же принялись обнюхивать и осматривать дорогу, ища следы людей, животных или повозок. Но, как ни старались все трое, ничего они не обнаружили.
— Ну и ну, — пробормотал священник, отойдя от ворот подальше. — Странность за странностью! Что-то не нравится мне эта Европа!