Мир ГП
Шрифт:
— Эти знания очень полезны, — признал он. — Теперь мы можем не тыкаться наугад, а начать направленные изменения.
И мы начали. Базовым растением, Хагрид выбрал чавкающую капусту. Её надо было провести через восемь этапов мутации. То есть первый этап, это мутация семечка капусты в соке грибов, за тем, высадка в грунт и корректировка роста с помощью второго заклинания. Здесь проявились первые признаки мутации — наружные листья были твердыми, но ломкими.
Через полтора месяца капуста созрела, но, так как она была двухлетней, то пришлось удалить листья, и дать кочерыжке прорасти снова. Этот этап
Здесь семена погружали в сок моллюсков, и повторили процесс. На этот раз изменения были более обширными: прочность наружных листьев повысилась, а внутренние стали более мясистыми. И главная проблема — растение не могло подпитывать эти листья определенными веществами, и они отмирали. Чтобы избежать этого приходилось устраивать искусственное питание листьев. Но вместо предложенных разрезов и втираний недостающих питательных веществ, мы делали инъекции. Это, наверное, был самый геморройный этап. Скорее всего, если бы мы не знали, что эта ситуация характерна только для второго этапа, и на третьем её не будет, то посчитали бы его неудачным и забросили. Но, благодаря журналу, смогли его преодолеть.
Для третьего этапа использовали кровь змеи, и мясистость внутренних листьев стала ещё больше, но количество — меньше. А главное, листья не отмирали. Сам автор журнала использовал кровь ужа, и в дальнейшем продолжал применять её, для получения схожести, и способности захватывать жертву сматывая её. Но, после четвертого повтора забросил эксперимент.
Нам же, в дальнейшем, пришлось увеличить количество подопытных экземпляров, и вести полноценные эксперименты, пробуя мутации на крови разных животных. Было много ошибок, ложных путей, но цепь мутаций, результат которых нас устроил, мы определили.
На четвертом этапе, после крови ужа, мы, сначала, применили кровь коровы. Но результат получился бесплодным. То есть растение семян не дало. Пришлось вернуться к растениям. Перед самыми летними каникулами, мы с Хагридом посадили больше сотни семян с разными мутациями. Ухаживать за ними он остался один.
Глава 10
16 июня 1976.
Был замечательный летний день. Экзамены для нас на сегодня уже закончились, поэтому мы с Барти вышли на улицу. Однако, оказалось, что мы не оригинальны. Детвора уже оккупировала все удобные места, и нам пришлось проситься в компанию к стайке девочек хаффлпаффа. Они расположились на травянистом берегу озера, и рядом с ними было достаточно места.
Девочки хихикали на свои темы, не обращая на нас внимания, мы тоже, постарались не отвлекаться на них. Точнее я постарался. Барти уже отвлекся, и в серьёз. Он не отрываясь смотрел на темноволосую милаху из четвертого курса, и явно мыслями был не здесь, а где-то в облаках.
Из разговоров девочек я понял, что её зовут Алиса, и у меня было подозрение, что она будущая мать Невилла. Так что надо бы отвлечь Барти на кого-нибудь другого.
Осмотрев округу на предмет кандидаток, я увидел как стая Мародеров идёт в сторону сидящего у дерева Снейпа. Что-то знакомое было в этой сцене, и я, ненадолго погрузившись в свои мысли, нашел сцену из фильма, где Гарри смотрит худшее воспоминание Северуса. Я ещё раз, но уже
Вмешаться или нет? Вот в чем вопрос. Иначе сейчас эти ушлёпки, ни за что, ни про что станут задирать, в общем-то неплохого парня.
Я ткнул в плечо Барти, и, кивнув ему в сторону Мародёров, направился спасать слизеринца.
В прямой конфликт я лезть не собирался, просто надеялся, что мое присутствие само остудит оболтусов.
Не торопясь, я шёл в их направлении, ожидая когда подойдет ещё один персонаж. Ведь именно в этой сцене Северус назовет Лили грязнокровкой, чем разрушит их дружбу.
Однако я не учёл своего фактора. И, стоило Сириусу увидеть меня, как он, не дожидаясь логического завершения диалога наезда, резко выхватил палочку, и направил её на Снейпа.
— Экспеллиармус! Экскуро!
Палочка вылетела из руки слизеринца, но после второго заклинания, ему стало не до неё. Как бы пену изо рта и штанов унять. Тут я увидел как Джеймс начал свое заклинание. Будет ли оно тем самым, которое подвесит Снейпа вниз головой, я не знал, но, опасаясь, что это именно оно, я бросил на Северуса приклеивающее заклинание, предназначенное для шуточного приклеивания подошв к полу. Но, хоть целился я в ботинки, заклинание запоздало, и попало где-то в районе колен, в подол мантии, прилепив его к замызганным грязной пеной штанам. К сожалению контрзаклинания я не знал.
«Левикорпус» Джеймса вздернул Снейпа в воздух, перевернув вниз головой. Дружный хохот мародёров прервал девичий крик:
— Поттер! Немедленно отпусти его! — наконец, к месту происшествия, прибежала Лили.
— Ты! — сквозь зубы процедил висящий вниз головой парень. — Либеракорпус, — выдав, без палочки, контрзаклинание, он свалился на спину, и, встав на ноги, со злостью произнес: — Мне не нужна помощь паршивой грязнокровки.
— Придержи язык, слизень, — в голосе Джеймса уже не было прежнего задора, но заступиться за Гриффиндорку, он считал себя обязанным. Для убедительности, он угрожающе направил палочку в безоружного слизеринца.
— Джеймс! — пришла моя очередь подать голос. Но кричать я не стал. Достаточно было того, что мародеры узнали мой голос.
И это сработало. Мародёры разом замерли, Поттер с блеком переглянулись, и, словно ничего не случилось, ушли. Сириус напоследок посмотрел на меня с неприкрытой неприязнью. Он это делал регулярно, поэтому я не придал этому значения.
— Почему ты дала мою книгу этому…? — негромко, но с выражением, выговаривал Снейп своей подруге. А та стояла прижав руки к груди и уперев подбородок в сжатые кулаки. По щеке текла слеза.
— Ты. Меня. Назвал. Грязнокровкой.
Очевидно, что оскорбление от друга, стало ударом для девушки.
— Забирай свою книгу! — Лили вытащила потрепанный учебник по зельеварению, и бросив его Северусу, убежала.
Понимание того, что он сам разрушил дружбу, а возможно и любовь, единственной девушки которая была в его мыслях, ошеломило его. Порыв догнать её и объясниться, был безжалостно остановлен прилипшим к штанам подолом.
— Фините, — отменил я свои чары. Потом протянул брошенную Сириусом палочку. — Держи.