Мир без Солнца
Шрифт:
Кийск сделал легкий жест рукой, не то прося, не то приказывая Стайн умолкнуть.
– Все, что потребуется от тех, кого мы отправим под стены казармы, это только поднять шум. Для этого у нас достаточно оружия. И теперь мы знаем, как доставить его в нужное место в целости и сохранности. А для того, чтобы просто научить людей нажимать на курок, не потребуется много времени. Им нужно будет не выиграть бой, а просто оттянуть на себя как можно большие силы противника, чтобы облегчить задачу основной группы, которой предстоит проникнуть в казарменный корпус.
– Каким образом? – удивилась Стайн.
– В этом нам обещали помочь наши друзья, – Кийск сделал
– И с какой точностью вы можете вывести туннель на поверхность? – спросила у Золотка Стайн.
– С отклонением не более чем в тридцать сантиметров в ту или иную сторону от указанной точки, – ответил человек-ящер.
– Проблема в том, что казарменный корпус большой, а где именно расположен в нем вход в Лабиринт, мы точно не знаем. Судя по рассказам тех, кто там побывал, – Кийск бросил быстрый взгляд в сторону Дугина с Майским, – нам следует ориентироваться на учебную аудиторию. Но, принимая в расчет то, что господа Майский и Дугин пребывали тогда в несколько взвинченном состоянии, нельзя быть на все сто процентов уверенными в том, что они ничего не напутали. Кроме того, нам доподлинно известно, что вход в Лабиринт закрыт металлопластиковым листом. Следовательно, тем, кто окажется внутри, потребуется время на то, чтобы отыскать вход в Лабиринт и вскрыть его. Исходя из этого, я полагаю, что отряд, который отправится в казарменный корпус, должен состоять из десяти-двенадцати человек. Мы с центурионом Плавтом решили, что это должны быть его люди, поскольку они обладают куда большим опытом ведения ближнего боя с использованием холодного оружия, которое намного эффективнее в небольших полутемных помещениях. После того как вход в Лабиринт будет открыт, группа прикрытия сможет покинуть казарму все тем же путем – по подземному ходу.
– Кто пойдет в Лабиринт? – спросила Стайн.
– Я думаю, двух человек вполне достаточно, – ответил Кийск. – Один должен будет войти в систему локуса, чтобы навести там порядок. Другой останется в локусе, чтобы контролировать ситуацию вне системы. Конкретно – идти в Лабиринт придется мне и Дугину. Мне известно, что представляет собой внутренний мир Лабиринта…
– Разве? – удивленно вскинула брови Стайн. – В твоем отчете об этом ничего не говорится.
– При составлении отчета мне кое о чем пришлось умолчать. – Кийск сделал жест, предупреждающий возможные упреки со стороны руководителя экспедиции. – Никакой важной информации я не утаил. Я умолчал лишь о том, что, с точки зрения тех, для кого я составлял отчет, не могло происходить в реальности.
– Возможно, именно так все и было? – с невинным видом поинтересовалась Стайн.
Кийск был не настолько глуп, чтобы не понять, что это лишь проявление мстительности со стороны обиженной женщины. Поэтому он просто сделал вид, что не услышал последнего вопроса.
– Дугин должен пойти со мной, поскольку я не уверен, что без него Лабиринт укажет мне дорогу к локусу, – закончил Кийск изложение своих соображений.
– Я согласен, – с обреченным видом кивнул Дугин. – В конце концов, все произошло из-за моей неосмотрительности.
– «Неосмотрительности»?! – с демонстративным негодованием воскликнул Майский. – Я бы назвал подобное поведение откровенной глупостью!
Сказав это, он бросил многозначительный взгляд на руководителя экспедиции, чтобы дать понять Стайн, что только присутствие в помещении дамы удерживает профессора Майского от более яркого и образного
Дугин только безразлично пожал плечами.
Неожиданно, развернувшись к окну спиной, подал голос молчавший с самого начала разговора Нестор Леру:
– Кажется, господин Кийск забыл назвать мое имя.
– О чем вы, Нестор? – непонимающе посмотрела на философа Стайн.
– Я должен пойти в Лабиринт вместе с Кийском и Дугиным.
Леру произнес эту фразу таким тоном, словно речь шла о вопросе, давно уже со всеми согласованном. Такая убежденность философа заставила Стайн посмотреть на Кийска в полной уверенности, что тот сейчас же хлопнет себя по лбу и скажет, что, конечно же, в Лабиринте ему непременно понадобится еще и Леру. Он, мол, просто забыл об этом.
– Я уверен в том, что двух человек будет достаточно, – взгляд Кийска быстро переместился со Стайн на Леру и обратно.
– А я в этом очень даже сомневаюсь, – все тем же спокойным и уверенным тоном заявил Леру. – Не исключено, что придется с боем пробиваться ко входу в Лабиринт. Что, если кто-то один из намеченной вами, Иво, пары окажется ранен или, не приведи случай, убит? – Леру посмотрел на Кийска, едва заметно улыбнулся и, словно извиняясь за свою назойливость, развел руками: – Полагаю, что без дублера вам не обойтись.
– Но почему именно вы, Нестор? – спросил Кийск.
Подумав, он наверняка бы сумел выдвинуть достаточно веские аргументы против участия философа в рискованной операции. Но с ходу он просто не смог ничего придумать. За недолгое время их знакомства Кийск успел проникнуться к Леру самым искренним уважением, и он считал, что философу совершенно незачем рисковать своей жизнью в ситуации, когда его без труда мог заменить кто-то другой.
– Ну, во-первых, потому, что мне хочется увидеть Лабиринт собственными глазами, – ответил Леру. – А во-вторых, позвольте вам напомнить, Иво, не так давно вы дали мне слово, что, если вам представится возможность вновь спуститься в Лабиринт, вы непременно возьмете меня с собой.
Кийск попытался возразить:
– Речь шла о совершенно иной ситуации.
Он посмотрел на Стайн, надеясь, что, быть может, она его поддержит. Но Лиза с безразличным видом отвела взгляд в сторону, предоставив Кийску самому искать выход. Это была еще одна ее маленькая месть Кийску.
– Послушайте, Иво, – вновь обратился к Кийску Леру. – Вы, конечно же, можете стукнуть кулаком по столу и заявить, что не возьмете меня с собой в Лабаринт ни при каких обстоятельствах. Но подумайте, стоит ли это делать?
Кийск подумал и пришел к выводу, что Леру, как всегда, прав.
Глава 26
Подземный ход
Сервию Плавту ожидание боя никогда не казалось тягостным. Он знал, что в нужный момент вышестоящий командир отдаст ему приказ и он поведет свою центурию на врага. Центурион старался не думать о соотношении собственных сил с численностью противника, о достоинствах и недостатках выбранной позиции и уж точно никогда не пытался заранее просчитать вероятность победы или поражения. Этим занимались стратеги, он же был простым исполнителем, одним из тех, кто тащил войну на своих плечах. Центурион Плавт знал, что, чем бы ни закончился бой – блестящей победой или сокрушительным поражением, он будет сражаться до конца. И ни один из тех, кого он поведет в бой, не посмеет показать противнику спину. Именно поэтому ему была непонятна нервозность, с которой ожидали начала запланированной операции Кийск и его соратники.