Шрифт:
Часть 1. Май текущего года.
Глава 1. Нью-Йорк – Рим.
– Дженнифер, посмотри какой вид из иллюминатора, – говорит Самюэль, слегка подталкивая ладонью спящую девушку и убирая длинные светло-русые волосы с ее лица в форме сердечка. Она комфортно устроилась в кресле, что позволяет ее рост в 158 см.
Через месяц Дженнифер исполнится 23 года, хотя о своем Дне Рождения девушка совсем забыла. Все ее мысли сейчас заняты прошедшей свадьбой с Самюэлем и будущим медовым месяцем, который начнется в одном из самых романтических городов мира – в Риме, куда сейчас молодожены летят рейсом
Самюэль, которому 30 лет, владеет фирмой занимающейся ландшафтным дизайном. Он предпочитает носить простую и удобную одежду. Черные свободные брюки и белая рубашка являются его чуть ли не ежедневной одеждой. Когда он весь в творчестве, его темные волосы приобретают хаотический вид, поэтому ему нравятся короткие стрижки. Но вместе с его внутренней простотой, он создает и воплощает в жизнь мелкие и крупные проекты по изменению окружающего серого пространства в сады, парки и даже крыши, наделенные природной красотой и динамикой жизни. Он создает своими руками миниатюрные водопады, прозрачные озера с яркими пестрыми рыбками, разноцветные клумбы из разнообразных цветов на фоне зеленых, искусственно созданных, полян, вид которых завораживает с первого взгляда. Именно поэтому, он не мог не поделиться со своей супругой этим зрелищем из иллюминатора.
– Что ты хочешь? Я сплю, – отвечает сонным голосом Дженнифер от усталости после вчерашней свадьбы, неторопливо открывая глаза голубого цвета.
– Посмотри, посмотри, – Самюэль указывает пальцем за борт самолета.
Дженнифер видит то, что привлекло внимание Самюэля. Грандиозная картина отражается в их глазах. Солнце в направлении запада пытается утонуть в белоснежных облаках, создавая удивительные цвета. Лучи оранжевого круга пронзают голубое небо и проходят сквозь белые и воздушные образования различной формы. Девушка, открыв жалюзи полностью, подвигается поближе к Самюэлю в его объятия. Они сели обнявшись и смотрят за тем, что происходит за небольшим окном.
Молодожены периодически переключаются на воспоминания о своей свадьбе. Самое отличительное было то, что девушка совсем не готовилась к самому запоминающемуся событию в своей жизни.
Дженнифер поворачивает голову к Самюэлю и целует его очень нежно, он отвечает тем же "оружием". Их глаза закрыты. Думают они только друг о друге и ни о чем больше.
"Солнце садится", – возникает мысль у Самюэля. Следующее, что он говорит вслух:
– Но почему так быстро?
– Я совсем не быстро, – Дженнифер подумала, что он говорит о том, как она целуется.
– Да я не об этом. Становится темно достаточно быстро. Туч за окном нет, – начинает размышлять.
– Посмотрите в иллюминатор, – громкий мужской крик в салоне.
Одним словом это описать невозможно. Складывается такое впечатление, как будто солнечное затмение, но с какими-то непонятными фазами. Обычно при затмении, Луна постепенно закрывает собой Солнце, и мы видим уже ее поверхность. Но сейчас, если даже это и Луна, то из нее вырываются вспышки, которые быстро исчезают. Такое зрелище повторяется снова и снова. Дженнифер, получив шок от увиденного, оборачивается в сторону салона и видит, что все люди наблюдают за происходящим. Все пассажиры рейса Нью-Йорк-Рим зачарованы картинкой. Девушка снова поворачивается к иллюминатору и видит, что затмение вошло в максимальную фазу. Вспышек нет уже минут десять. В салоне самолета
– Уважаемые пассажиры, с Вами говорит капитан самолета Энтони Вотс. Из-за солнечного затмения мы временно увеличиваем уровень освещения в салоне. Просим всех закрыть жалюзи до появления Солнца.
В этот же момент, когда капитан заканчивает говорить, начинает мерцать свет. Жалюзи никто не закрыл и, поэтому, как только свет гаснет, становится видно, что затмение не завершается, и вспышки на Луне стали появляться чаще. На небе от места, где было Солнце, возникает радуга, которую видно, когда мерцает Луна.
Люди начинают обсуждать происходящее: никто не видел такого затмения никогда, что оно длится очень долго, и что слишком темно, чем обычно, как это бывает.
– Ты знаешь, Дженнифер, только на нашей планете можно увидеть полное затмение. Из-за размеров Солнца и Луны и расстояния между ними вторая закрывает собой Солнце, оставляя видимой только солнечную корону. И создается вид – черный круг, от грани которого вырывается свет, – Самюэль рассказывает неизвестные до этого факты и сразу же уточняет, – но только без вспышек от лунной поверхности, как сейчас.
Проходит минут двадцать, срабатывает рация пилотов. Громко жужжит и шипит, словно какие-то помехи. Дженнифер прижалась к Самюэлю очень сильно. Она напугана, а ее любитель природы просто наблюдает за тем, что происходит.
– Двигателей не слышно! – кричит мужской взволнованный голос.
– Да, раньше был слышен слабый рев, а сейчас – нет, – поддерживает разговор женщина.
– Всем молчать! – теперь выкрикивает Самюэль.
В салоне воцарилась полная тишина. Никто и не пискнет. Ничего не слышно. И не видно – свет над сидениями окончательно погас.
– О, Боже, что происходит? – слегка слышен еще один женский голос.
– Мы умрем, мама? – спрашивает дрожащий голос ребенка.
– Нет, зайчик, все будет хорошо, – видимо, отвечает мать маленького мальчика.
И опять воцарилась тишина. Проходит еще двадцать минут.
– Говорит капитан. По регламенту я не должен говорить вам это, но, черт побери, я не знаю, что происходит за бортом самолета. Система освещения вышла из строя, но двигатели работают бесперебойно – не надо рассеивать панику. Мы летим по приборам – они тоже работают. Связи …, лучше начну с того, что если кто-то нарушит спокойствие нашего борта, я буду вынужден стрелять на поражение. Связи с землей нет уже в течение часа. Снижать высоту мы не будем до тех пор, пока не получим указаний от диспетчеров, но, вот, что примечательно: ни один крупный город Европы мы так и не увидели, я имею в виду их яркого ночного освещения. Мое мнение: на земле света тоже нет, как и у нас.
Шум, свист, крики. Люди начинают доставать телефоны и звонить родственникам, родным. Молодожены смотрят на все это, как на какой-то сон.
– Ущипни меня, – просит Дженнифер Самюэля.
– Я с радостью, но, думаю, это не поможет. Я люблю тебя! – произносит он, словно знает что-то и не хочет об этом говорить, чтобы не огорчать девушку.
– Я тоже тебя люблю, – отвечает она, начиная плакать.
Самюэль слегка подносит руки к ее лицу, вытирает слезы с ее глаз и целует в губы сильно, страстно, как в последний раз.