Мир без конца
Шрифт:
— Быстрее будет с двумя быками.
— Вдвое быстрее?
— Не совсем, нет. Я могу сделать еще одну переправу.
— Вторая уже есть. — Эдмунд кивнул в сторону.
Ян Лодочник перевозил пассажиров на веслах. Он, разумеется, не мог брать повозки, скот и требовал по два пенса. Обычно Ян с трудом наскребал себе на хлеб, дважды в день переправляя монахов на остров Прокаженных. Других дел у него вообще-то не было. Но сегодня к Лодочнику выстроилась очередь. Мерфин кивнул:
— Ну что ж, вы правы. В конце концов паром не мост.
—
— Тогда вам нужен новый мост.
— Не мне, аббатству. Аббат погиб, и никому не известно, когда они изберут нового. Нужно поторопить Карла принять решение. Я к нему. Пойдем со мной, Керис.
Отец и дочь поднялись по улице и вошли в монастырь. Большинство посетителей аббатства направлялись в госпиталь, сообщив привратнику, что им нужно к врачу, но Суконщик являлся слишком важным и слишком гордым гостем, чтобы испрашивать аудиенцию подобным образом. Аббат, конечно, хозяин Кингсбриджа, но Эдмунд — олдермен гильдии, первый среди купцов, сделавших город тем, чем он стал, и общался с аббатом на равных. Кроме того, последние тринадцать лет настоятелем являлся его младший брат. Поэтому он прошел прямо к дому аббата.
В деревянном, как и у Эдмунда, доме на первом этаже располагался большой зал, наверху — две комнаты. Кухни здесь не было, так как для аббата готовили в монастыре. Многие настоятели жили во дворцах — и епископ Кингсбриджа имел прекрасный дворец в Ширинге, — но Антоний ратовал за скромность: лишь удобные стулья, ковры на стенах с изображением библейских сцен и большой камин, создававший уют в зимние холода.
Керис и Эдмунд пришли после завтрака, когда молодые монахи работали, а старшие читали. Карл Слепой находился в зале и был погружен в беседу с казначеем Симеоном.
— Мы должны поговорить о новом мосте, — с места в карьер начал олдермен.
— Хорошо, Эдмунд, — ответил Карл, узнав его по голосу.
Приветствие не отличалось особой сердечностью, и Керис решила, что они пришли не вовремя. Суконщик не менее тонко улавливал нюансы, но всегда шел напролом. Он сел на стул и спросил:
— Как вы думаете, когда состоятся выборы нового аббата?
— Вы тоже можете сесть, Керис, — предложил Карл. Интересно, как он догадался, что и она пришла? — подумала девушка. — Точно неизвестно. Граф Роланд имеет право назначить кандидата, но он еще не пришел в себя.
— Мы не можем ждать. — Суконщице показалось, что отец излишне резок, но такова его манера, и она промолчала. — Строительные работы нужно начинать прямо сейчас. Дерево не годится. Строить необходимо из камня. Это займет три года, а если затянем, то четыре.
— Каменный мост?
— И только каменный. Я говорил с Элфриком и Мерфином. Деревянный мост рухнет точно так же.
— Но расходы!
— Около двухсот пятидесяти фунтов, в зависимости от моста. По подсчетам Элфрика.
Брат Симеон поджал
— Деревянный мост тянет на пятьдесят фунтов, и аббат Антоний на прошлой неделе отверг этот план из-за непомерных расходов.
— И вот вам результат! Сотни жертв, куда больше раненых, погибший скот, повозки, аббат скончался, а граф при смерти.
Карл жестко отчеканил:
— Надеюсь, вы не собираетесь возлагать вину за все это на усопшего аббата Антония.
— Мы не можем утверждать, что его решение пошло на пользу.
— Господь покарал нас за грехи.
Керис приуныла. Эдмунд вздохнул:
— Нам, простым людям, трудно знать замысел Божий. Но одно необходимо понять — без моста город погибнет. Мы уже проигрываем Ширингу. Если Кингсбридж как можно скорее не построит новый каменный мост, то скоро станет маленькой деревней.
— Возможно, это и есть Божий замысел.
Суконщик начал раздражаться:
— А возможно, Господа не устраиваете вы, монахи. Поверьте мне, если шерстяная ярмарка и рынок захиреют, здесь не будет ни аббатства с двадцатью пятью братьями, сорока сестрами и пятьюдесятью служками, ни госпиталя, ни хора, ни школы. Может, не будет даже собора. Епископ Кингсбриджа всегда жил в Ширинге. Что, если богатые купцы предложат ему построить великолепный собор на доходы от их процветающей торговли там? Ни рынка, ни города, ни собора, ни аббатства — вы этого хотите?
Карл встревожился. Ему явно не приходило в голову, что крушение моста в долгосрочной перспективе может повлиять на положение аббатства. Но Симеон повторил:
— Если монастырь не имеет средств построить деревянный мост, то чего уж говорить о каменном.
— Но вам придется его построить!
— А каменщики будут работать бесплатно?
— Разумеется, нет. Им нужно кормить семьи. Но мы уже объясняли, что горожане могут собрать деньги и одолжить их аббатству под мостовщину.
— Отобрать нашу мостовщину! — возмущенно воскликнул Симеон. — Вы опять за свое?
— Сейчас вы вообще ничего не получаете, — вставила Керис.
— Почему же, нам отходит плата за паром.
— Так вы нашли все же деньги заплатить Элфрику.
— Это намного дешевле, чем мост, и то наша казна пострадала.
— Паром работает слишком медленно, его недостаточно.
— Не исключено, что в будущем аббатство сможет построить новый мост. Если Господу будет угодно, он пошлет средства. И тогда мы получим причитающийся нам доход.
— Господь уже послал эти средства. Он внушил моей дочери, как собрать деньги. Такого еще никто не делал.
Карл сухо ответил:
— Пожалуйста, предоставьте нам решать, что замыслил Господь.
— Прекрасно. — Эдмунд встал, за ним Керис. — Мне очень жаль, что вы заняли такую позицию. Это катастрофа для Кингсбриджа и для всех, кто в нем живет, включая монахов.
— Я должен слушаться Господа, не вас.
Отец и дочь направились было к выходу.