Минус 32

Кондрашов Андрей Витальевич

– Петь, как ты считаешь, не надо нам сейчас шефа расстраивать? Скажем, что все нормально, что мы едем.

– Я думаю, не надо. Тем более, тут работы минут на пятнадцать. Максимум, на двадцать. Что эти пятнадцать-двадцать минут решат?

– Ага, - Черемных нажал кнопку приема вызова. – Да, Александр Николаевич.

– Как дела, Сереж?

– Все нормально, Александр Николаевич. Едем. Через час будем на месте.

– Лады, я сейчас к Деду пойду на доклад. Удачи вам, позвони мне, как приедете на место.

– Хорошо.

Закончив

разговор с Черемных, Александр, уже находившийся в своем служебном кабинете, собирался идти к Деду, чтобы доложить ему о случившемся. Так, за глаза называли начальника Спецотдела генерала Трощинского. Но Дед сам позвонил ему по внутреннему телефону.

– Привет, Александр.

– Здравия желаю, товарищ генерал! Как раз собирался к Вам зайти.

– Чтобы про окно рассказать? Я и так уже все знаю. Я не зря свой хлеб ем. Да, не зря. А тебе я хотел сказать вот что. Принесли мне оперативную сводку УВД по Ногинскому муниципальному району за 13 июня. Там есть занятный материальчик. Тебя должно заинтересовать. Заходи.

В трубке послышались гудки отбоя. Александр пожал плечами, не совсем понимая, что за «материальчик» приготовил ему Дед, взял со стола красную кожаную папку с золочеными тиснеными буквами «НА ДОКЛАД» и вышел из кабинета.

– Что-о-о? – Николай выпучил глаза. – Изменить будущее?

– А почему бы нет? Ну-ка, давай сюда стакан. Как говорится, между первой и второй.

Друзья выпили еще по одной.

– Знаешь, - продолжил Федька.
– Я всегда любил читать литературку про таких, как мы с тобой путешественников во времени. Любил такой жанр под названием «Альтернативная история» Так вот эти путешественники (их еще «попаданцами» иногда называют) во многих книгах, попав в прошлое, меняли ход истории. А теперь подумай, Коль, ведь мы тоже с тобой, зная будущее, вполне можем ПОМЕНЯТЬ ХОД ИСТОРИИ. Вот ты бы что поменял, например?

– Да не знаю пока. Не задумывался на эту тему. А ты?

– А чего тут думать? Да я бы... Да я бы не допустил развала Советского Союза. Да я бы, - Федька сжал кулаки. – Горбачева бы этими собственными руками придушил бы за его перестройку проклятую. Да я бы…

– Да ты действительно начитался «литературки» - перебил приятеля Николай. – «Да я бы. Горбачева бы придушил».

– Придушил бы. Поехал бы в Кремль и…

– Да ты дурак что ли. Кто тебя в Кремль пустит? Это тебе что, проходной двор? Кстати, а кто у нас Генеральный сейчас? Уже Горбачев?

– Ну да, он как раз недавно им стал. Весной текущего здесь 1985-го года.

– Ага, и ты действительно считаешь, что вот ты, Федя Курочкин, сейчас тут «ликвидирушь» генсека, история поменяется, и мы с тобой вернемся в свой год уже в измененную реальность. Типа, в СССР образца 2017 года, да?

– А почему нет? Кстати, про подобный разворот событий я как раз читал у…

– Вот именно, ты «читал». Такой же фантазер типа тебя НАПИСАЛ, а ты – ПРОЧИТАЛ. Но написать и прочитать можно что угодно. А на самом деле? Как там говорится: «гладко было на бумаге».

– Нет, Колян. Главное – видеть цель. А я ее ВИЖУ.

– Какую цель? Горбачева убить?

– Да нет, ну здесь я переборщил конечно, - Федька

почесал затылок. – Ясно, что мне не дадут этого сделать. Но я бы вышел на… На, - он долго подбирал подходящее слово, - на прогрессивных, вот, на прогрессивных людей в окружении Генерального. Рассказал бы им, что я из будущего, рассказал бы, что ждет Советский Союз. И, думаю, Горбачева бы МЫ убрали. Не убили, естественно, а сняли бы с должности.

– И кого бы ВЫ сделали Генеральным? – улыбнулся Николай. – Тебя, как посвященного в тайны будущего?

– Да ну что ты, - Федька раздраженно махнул рукой. – Какое там, «меня». Я же не политик. Кроме меня, что ли кандидатов бы не нашлось? Ну кто там, был в то время, а? Громыко какой-нибудь, например?

– К 85-му году такой же старпер, как предыдущий генсек Черненко, да? А через полгода опять назначение очередной похоронной комиссии, да? Давай уж тогда Алиева или Рыжкова. Они помоложе будут. Или вот например, Лигачева, а? «Борис, ты не прав», помнишь?

– Ну, с Борисом мы тоже разберемся, - зловеще процедил сквозь зубы Федька. – И ему воздастся по заслугам. – Слушай, Коль, а ты мне поможешь в осуществлении задуманного, а? Ты вон, про членов тогдашнего Политбюро, вроде неплохо знаешь, а? Давай, кстати, водку допьем. Там чуть-чуть осталось. Ну как ты смотришь на все, а?

– Давай мы сначала допьем, а потом я тебе скажу, как я на это смотрю.

– Точно. Давай.

И они снова выпили. Пустую бутылку Федька «закопал» в траву и стал дорезать колбасу. Николай взял кусочек.

– «Краковская», говоришь?.. Ну ничего вроде, сойдет для «шалашных» посиделок.

– Фирменная вещь, я тебе говорю. Здесь тебе никаких улучшителей вкуса типа глюконата натрия. Не придумали еще, гы-гы-гы… Ну так, я тебя слушаю внимательно, - Федька икнул и прилег на травку, оперевшись на локоть

– Внимательно, говоришь? Ну, тогда слушай. Во-первых, ты вот говоришь, я приду куда надо, к кому надо и скажу: «Я из будущего». И что после этих слов с тобой сделают? Отправят в Кащенко на принудительное лечение?

– А я доказательства принесу. Покажу какие-нибудь атрибуты нашего времени, чего здесь пока не изобрели: мобильник, ноутбук подгоню, не поленюсь. Газеты современные, паспорт российский, деньги. Возьму из нашего времени учебники по новейшей истории… А может быть, какой-нибудь деятель захочет со мной в будущее сгонять, гы-гы-гы.

– Представляю себе картину. Ты с каким-нибудь Лигачевым появляешься тут, у прудика. И вы с ним вместе рыбку ловите. Сначала в этом времени, потом в 2017-м. А потом сравниваете, в каком году рыбы больше было. И делаете окончательный выбор в пользу социализма.

– Хм-м. Ну, а что, во-вторых?

– Во-вторых? – Николай вздохнул. – А, во-вторых, мое мнение такое. Только без обид, Федь. Так вот я тебе скажу. Если ты в нашем времени был автомехаником, а я вот типа бизнесменом, то и в этом времени мы будем примерно ими же. Как написано в Новом Завете - кесарю кесарево. И нечего нам пытаться лезть в какие-то непонятные и совершенно чужие для нас с тобой сферы, типа политики. То, что пишут в твоей «литературке» - это фан-тас-ти-ка, - последнее слово Николай произнес по слогам. –