Минуемое

Долохин Арсений

– Там женщина, – изрек вдруг старик с непереносимым акцентом.

Мяч закрутился медленнее, сердце Джейсона, наоборот, ускорилось.

– Где? – спросил Мартин.

Старик не отвечал, продолжая следить за впитывающим земную боль небосводом. Джейсону вдруг стало немного по себе – слишком уж странным был старик. Вспомнил рассказ Мартина, те несколько раз, когда он сам видел старика издали. Встретившись с ними теперь, старик словно решил вдруг переоценить свои поспешные намерения.

Старик опустил голову. В глазах его была усталость.

– Там, – ответил он, указав рукой куда-то в сторону.

– И кто она? –

поинтересовался Джейсон, чувствуя, как под одеждой выступает пот.

Старик вдруг побледнел.

– Моя дочь, – ответил он почти шепотом, как будто ему стало стыдно перед самим собой.

Мартин перестал крутить мяч и подступил к старику.

– И сколько ей лет?

– Примерно как вам, – ответил старик еще тише.

– И ты нас приглашаешь, да? – Мартин тоже немного понизил голос.

Старик опустил голову, грудь его тревожно поднялась и опустилась, словно проколотый насос.

Мартин переглянулся с Джейсоном. Джейсон изобразил неопределенную улыбку.

Старик вдруг резко, даже с каким-то вызовом поднял голову.

– Будьте здесь после захода солнца.

Джейсон присмотрелся к старику и сразу отвел взгляд, ему снова стало не по себе. Мартин умиленно осклабился и подступил к старику почти вплотную. Старик, по мнению Джейсона, был слегка не из этого мира – ему еще ни разу не довелось встретить здесь аборигена, столь отстранённо воспринимающего вооруженных людей, стоящих от него в двух шагах в конце безлюдного проулка. Джейсон вновь обратил внимание на надпись, черневшую сбоку шлема Мартина – теперь она не показалась ему такой легковесной, как в первый раз.

– Это слишком неконкретно, давай по-другому. Мы будем здесь часа через три, и ты тоже не опаздывай. Если нас не сильно увлечет то, что ты нам покажешь, отдашь нам свой видеомагнитофон. – Мартин сплюнул на песок, едва не попав на край стариковской одежды. Старик не отвел взгляда, не изменился в лице и ничего не ответил.

Мартин шагнул назад, словно вернулся в строй, и с серьезным лицом отдал старику честь. Джейсон уже решил, что они уходят, но Мартин вдруг о чем-то вспомнил.

– Ну-ка стой.

Мартин поправил непроницаемые очки, иногда казавшиеся Джейсону его истинными глазами, и протянул старику мяч. Тот не шелохнулся.

– Можешь взять, пожалуйста? – попросил Мартин с вежливой улыбкой.

Старик медленно вытянул руки и принял подаяние. Джейсон сразу уловил, что старик понятия не имеет, что за вещь ему доверили и как ее лучше держать. Отступив назад, Мартин снял с плеча автомат и тоже протянул его старику, развернув стволом в небо, чтобы тот понял, как ему лучше ухватиться за непонятный предмет. Старик отнял правую руку от мяча, едва не выронив его, и неуверенно взялся за черную рукоять. Новый дар оказался тяжелее, чем ожидал старик – автомат ухнул стволом вниз. Мартин уже с помощью пустой руки напомнил, как нужно выглядеть. Старик неуверенно поднял автомат стволом вверх, взгляд его потяжелел. Джейсон догадался, что назначение второго предмета знакомо старику явно лучше, и он вряд ли считает мелочным проступком тыкать подобными вещами туда, откуда за ним неотрывно наблюдали. Мартин вынул из подсумка фотоаппарат, отошел на пару шагов и, по-рыцарски опустившись на одно колено, сделал несколько снимков. Старик не мигая следил за черной шкатулкой, издающей странные звуки. Мартин вдруг остановился.

– А можешь сделать вот так? – Он вытянул

правую руку со скрюченными пальцами вперед.

Старик помедлил, но все же послушно выполнил просьбу, нацелив автомат прямо в лицо Мартина. Ствол автомата качался, уходя то вниз, то вверх, то куда-нибудь вбок. Мартин отошел еще на несколько шагов и сделал еще несколько снимков с разных ракурсов. Джейсон еще ни разу ни видел на его лице такого вожделения.

– Теперь дело за малым, – вынес Мартин вердикт, забрав у старика его временные регалии. – Будь здесь, когда мы сюда придем. А лучше вообще не уходи, чтобы нам было спокойнее.

Джейсон развернулся и пошел следом за Мартином, все еще чуя спиной взгляд старика. Небо покраснело почти полностью.

Дойдя до угла, где Джейсон пытался облегчить свою долю, они остановились.

– Ну что, как настрой? – спросил Мартин. Джейсон пожал плечами.

Мартин злобно усмехнулся.

– Подставой слегка попахивает, если честно. Как думаешь, не сильно нас хватятся?

Джейсон задумался.

– Мы же даже не знаем, куда он нас поведет.

Мартин тоже помолчал.

– А если и правда подстава? – снова засомневался Джейсон.

– Я же говорю: слегка попахивает, – Мартин назидательно поднял вверх ствол автомата. – Поблизости ничего серьезного быть не может. Захочет увести нас слишком далеко – сразу повернем обратно и его с собой заберем, будет нам колеса надувать.

Джейсон задумался. Вспомнил растоптанную кассету. Закутанных с головы до ног женщин, которые каждый день бросали на него настороженные взгляды.

– А тебя не напрягло, что мы с ним даже условия не обсудили?

– Не, вообще не напрягло, – махнул рукой Мартин. – Я же не просто так почти сразу на него надавил. Теперь что дадим, то и возьмет. Этим троглодитам только напоминай почаще, кто они и кто мы – не сегодня-завтра в рабство себя отдавать начнут.

Джейсон снова взглянул на солнце, пропитавшее небо непримиримой краснотой. Оно слепо уставилось в ответ. Посмотрев в спрятавшиеся за непроницаемыми прямоугольниками очков глаза Мартина, Джейсон коротко кивнул. Мартин по-шакальи оскалился.

– Ну что, пошли? – кивнул он в сторону улицы, на которой дежурило их отделение.

Джейсон пошел было, но вдруг резко остановился.

– Ты иди, а я лучше присяду-ка. Ты ж сам мне помешал. Сам тебя найду.

Мартин усмехнулся и пошел прочь, держа в одной руке автомат, в другой – силой отнятый у местной детворы трофей. Джейсон торопливо расстегнул ремень и опустился на корточки уже основательно, чувствуя себя полноправным властителем своих низменных инстинктов и возвышенных пожеланий.

Вспомнив про старика, Джейсон обернулся, но того уже не было.

Небо покраснело от края до края. Солнце, припавшее к линии горизонта, словно дразнило тех, кто ожидал его скорого исчезновения. Последние красные волны лениво катились по улицам, домам, стенам, ненадолго меняя их сущность и снова делая обычными. Джейсон в бессчетный раз выбрался из палатки и осмотрелся. Было еще рано. В палатке было душно и тесно, как и почти везде, Джейсон решил остаться снаружи. Людей на улице почти не было, так как время предзакатной молитвы уже давно прошло, только шпана мелькала время от времени тут и там, будто выискивая его в надежде продать еще какую-нибудь кассету. Джейсон сел у входа в палатку и стал ждать. Мысли в голове странно клубились.