Мимолетные мгновения
Шрифт:
— Спасибо, — шепчу я, мое тело слабеет.
Иногда пережитые потрясения забавно влияют на вас. Наступает облегчение, словно груз, что вы тащили на себе все это время, наконец, спадает. И вы ощущаете легкость, которая распространяется глубоко, так глубоко, что ваше тело просто оседает, все исчезает, оставляя вас абсолютно свободной.
Блаженная свобода.
Ворота гремят, и Хантер выходит и осматривается, затем бережно обнимает меня и помогает подняться. Возле ворот стоят семь человек: двое в костюмах, трое полицейских и двое сотрудников скорой помощи. Хантер выводит меня, и ворота
— Мэм, меня зовут Байрон, а это мой напарник, Джоэл. Сейчас мы осмотрим вас, хорошо? — произносит красивый молодой сотрудник скорой помощи, высвобождая меня из рук Хантера.
Я не хочу покидать его объятий, поэтому своей крошечной рукой я прикасаюсь к его большой и сжимаю ее. Его красивые серые глаза встречаются с моими, и он улыбается.
— Теперь ты в безопасности, маленькая Люси. Позволь им позаботиться о тебе.
— Но…
Он делает шаг вперед и обхватывает мой подбородок ладонью.
— Позволь им помочь. Ступай домой. Береги себя.
Я открываю рот, чтобы ответить, но он отворачивается и смотрит на двух мужчин в костюмах.
— Я возвращаюсь.
Что?
Что он сказал?
— Ситуация выходит из-под контроля, — говорит человек с темными волосами и такими же темными глазами и низким голосом. — План тот же. Получить то, что нам нужно. И выбраться.
Хантер кивает головой.
— Что? — из моих глаз ручьем льются слезы, пока Байрон пытается заставить меня пойти с ним. — Ты возвращаешься?
Хантер изучающе смотрит на меня.
— Все нормально. Позволь Байрону помочь тебе.
— Нет, — кричу я. — Пожалуйста. Ты не можешь снова туда вернуться. Не можешь. Ты погибнешь, и… нет, — плачу я, мои ноги снова превращаются в желе.
Хантер смотрит на кого-то в толпе около нас. Я продолжаю бороться.
Он делает шаг вперед, очень мягко проводит тыльной стороной ладони по моей щеке, но мое тело жаждет большего. Мне всего лишь хочется оказаться в его руках, там, где тепло и безопасно. Я очень боюсь.
— Приятно было познакомиться с тобой, маленькая Люси. Позаботься о себе и просто оставайся такой, какая есть.
Я открываю рот, чтобы возразить, но мне что-то вводят в руку, и по телу распространяется тепло.
А затем я отключаюсь.
— Люси, дорогая, проснись.
— Хантер?
— Давай же, пожалуйста, просыпайся.
Мои веки открываются, и на мгновение глаза ослепляет яркий свет. Через несколько секунд все проходит, и я могу сосредоточиться на человеке, склонившимся надо мной; его глаза красные и остекленевшие, волосы растрепаны. Это Джерард. Не Хантер. Грудь сжимается, а сердце с силой колотится о ребра. Где Хантер? Где он? Жив ли? Мертв? О, Боже. Что с ним произошло?
— Х-Х-Хантер, — хриплю я.
— Нет, дорогая, это Джерард. Я здесь. Ты в безопасности.
— Где я?
— В больнице, — говорит он, и слеза стекает по его щеке. — О, Боже, я был так напуган. Я ничего не мог поделать… — он делает паузу, и я пытаюсь
— Джерард, — шепчу я. — Ребенок?
Он смотрит в сторону, и еще больше слез течет по его лицу.
Нет.
— Нет, — плачу я, с болью произнося слова. — Нет.
— Мне жаль. Тебя привезли в больницу слишком поздно.
Я резко сажусь.
— Те люди. Все те люди.
— Все кончено, Люси. Они все свободны.
Не все.
Сердце болит глубокой мучительной болью, которая, я знаю, скорее всего, никогда не прекратится. Еще вчера я просыпалась счастливой, а сегодня умираю от горя. Как быстро жизнь может измениться.
— Мне нужно… нужно поговорить с офицером, пожалуйста.
Мне нужно знать, жив ли он. Нужно знать, выбрался ли он.
— Они опросят тебя, как только тебе станет лучше, — говорит Джерард, убирая часть волос с моего лица.
— Нет, — говорю я, мой голос тверже, чем когда-либо. Джерард отодвигается немного назад, вздрогнув. — Нет, мне нужно поговорить с ним прямо сейчас.
— Люси…
— Пожалуйста, — прошу я. — Пожалуйста. Мне это нужно.
Мне нужно знать, что он в порядке.
— Ладно, ладно, я поищу кого-нибудь.
Он изучает меня с озабоченным выражением в глазах, затем поворачивается и уходит. Сердце колотится, когда я осматриваю комнату, вспоминая каждую пережитую минуту. Хантер спас мне жизнь. Хантер поддерживал меня. Хантер оставил меня в живых. А потом вернулся туда. Его последние слова все еще звучат в моей голове, и отчаяние тисками сжимает сердце. Мне нужно увидеть его снова. Мне просто… необходимо это.
— Мэм.
Я поворачиваюсь и смотрю на офицера, который стоит с Джерардом у двери. Это тот самый офицер, который был там, когда мы вышли. Я начинаю бессвязно говорить что-то, прежде чем он делает шаг в мою комнату.
— Мне нужно знать, в порядке ли он. Можете ли вы сказать мне это?
— Кто, мэм? — спрашивает он, когда заходит в палату и подходит к моей кровати.
— Хантер! — плачу я. — Он вернулся туда и…
— Простите. Я не знаю, о ком вы говорите.
Я моргаю. Что он имеет в виду, когда говорит, что не знает, о ком я? Он был там; он говорил с Хантером, конечно, он знает, о ком я говорю. Я закрываю глаза. Может, это не тот офицер. Я пытаюсь вспомнить, но все очень расплывчато. Я снова сосредоточиваюсь на нем. Это он. Он.
— Вы… он вытащил меня. Он был там. Вы говорили с ним. Он вернулся назад.
Офицер качает головой.
— Мэм, вы были там одна. Никого с вами не было.
— Был! — кричу я. — Он был там. Он сидел рядом со мной. Спас меня. Вытащил оттуда. Он был там.
— Вы пережили стресс. Может, будет лучше, если вы отдохнете, и мы снова поговорим, когда вы почувствуете себя лучше.
— Нет, — я начинаю выть. — Нет. Мне нужно увидеть его. Он был там.
— Люси, — говорит Джерард, протягивая руку к моей руке. Я отдергиваю ее.