Миллионеры
Шрифт:
Алика занимали совсем иные мысли. Не нравилась ему работа двигателя. Назаров чутко вслушивался в рокот мотора — перебои. Напрасно он не обратился к специалисту, а решил отремонтировать машину собственными силами. Конечно чего-то не учел.
У переезда Алик сбросил скорость. В этом районе "паслись" гаишники. Так и есть — стоит вон один под деревом, поджидает очередную жертву. Назаров свернул влево. По обеим сторонам "Уазика" потянулись карьеры, из которых брали глину для кирпичного завода. Дорога то поднимались на вершину холма, то ухала к его подножью.
— Извините, братцы, — сказал он виновато, — но нам сегодня определенно не везет. Придется пять минут подождать. — Открыв кожух двигателя, Алик вооружился гаечным ключом и принялся что-то отвинчивать.
Когда стало ясно, что автомобиль не сдвинется с места не только через пять, но и через двадцать минут, Гарцев с Жилкиным вылезли из "Уазика" и закурили. Последовать их примеру Макс не решился — опасался оставить без присмотра портфель со взрывчаткой. Поджариваясь в машине, будто цыпленок в духовке, Бутырин мечтал лишь об одном: сделать пару глотков из заветной бутылочки. Отхлебнуть не удавалось — охранник не сводил с Макса глаз.
Неспокойно было на душе у Васи. Не нравился ему этот кучерявый парень с угрюмым лицом. Что у него на уме?
Алик чертыхался, плевался, но все его попытки реанимировать двигатель ни к чему не приводили. Еще через тридцать минут у машины резко затормозила "Волга". Шофер — молодой жизнерадостный мужчина с пышными усами — оказался знакомым Назарова.
— Застряли? — спросил он, с улыбкой вылезая из машины. — Прими мои соболезнования.
— Застряли, — проворчал Алик, вытирая масляные руки о тряпку и пожимая приятелю руку. — Не пойму в чем дело.
— Помочь?
Хватит с Жилкина одного приятеля Алика. Теперь еще этот вот лезет. Вася выступил вперед.
— Сами справимся! — сказал он грубо. — Здесь делов-то — пустяк.
— Как знаете… — обиженно произнес мужчина, уселся в "Волгу" и, хлопнув дверцей, укатил.
— Зачем ты так? — возмутился Назаров. — Человек помочь хотел, а ты…
— Что я?!.
– неожиданно взорвался Жилкин. — Прежде чем отправиться в рейс, ты должен был десять раз проверить свою чертову колымагу… А теперь чини ее сам! И так уже сопровождать деньги скоро напросится половина города.
Обескураженный вспышкой гнева охранника Алик произнес:
— Но это же свой парень. Шофер директора завода.
— А мне плевать! — не унимался Жилкин. — Пусть хоть сам директор завода. Я никого не имею права подпускать к деньгам. И так уже торчит вон в машине один тип…
Так же внезапно, как разозлился, Жилкин успокоился и, отойдя в тень, отбрасываемую. "Уазиком", уселся на ограничительный столбик. Назаров засопел, вновь взялся за ключ.
Завести машину Алику все же удалось. Неожиданно мотор запыхтел, потом стал работать ровнее.
— Наконец-то! — буркнул Гарцев.
Троица вновь уселась на свои места. "Уазик" медленно потащился в гору.
22
Жара
Славка и Генка лежали в кювете на самом солнцепеке и изнывали от жары и жажды. Приехав к намеченному месту, братья оставили машину на окраине кладбища, так чтобы ее не было видно со стороны дороги, и вот уже более двух часов томились, поджидая "Уазик". Манекенщик нервничал, но виду не подавал — не хотел вселять страх и панику в младшего брата, который и так, то ли от волнения, то ли от жары был близок к обмороку.
Разговаривать совсем не хотелось, но Славка, в который уже раз, потребовал от младшего брата, чтобы тот повторил свои обязанности.
— Отстань, — отмахнулся Генка. — Сколько можно?
— Сколько нужно! От того, как каждый из нас поведет себя при ограблении, зависит не только успех дела, но и, может быть, наша жизнь. Повтори!
— В общем, так, — разморенным голосом начал Генка. — Как только машина остановится, подбегаю к ней, открываю дверцу и приставляю нож к горлу шофера. Потом приказываю ему выйти из машины и связываю руки. Затем бегу за "Жигулями" и подгоняю их к "Уазику".
— А если Алик выкинет какой-нибудь фортель?
— Ударю кулаком по носу так, чтобы он потерял сознание.
— Все правильно, — одобрил Славка. — Только не трусь. Действуй нагло, уверенно, постарайся запугать их, и они будут в наших руках.
— Поедем домой, Славка, — неожиданно предложил Малов-младший. — Не приедут они сегодня.
Манекенщик и сам уже понял, что не приедут. По его подсчетам "Уазик" должен был проехать мимо кладбища часа полтора назад, однако упрямо произнес:
— Приедут.
— Я пить хочу, — жалобно признался Генка. — И мне кажется, что меня скоро хватит солнечный удар. — Поскольку Манекенщик молчал, Генка попросил: — Можно я хоть пойду искупаюсь пока…
— Нет! — оборвал Славка. — Потерпи. — Вдруг парень насторожился. — Кажется, едут!
Братья выглянули из-за бугра. Вдали поднималось облачко пыли. Манекенщик засунул за пояс нож и крепко сжал в руке монтировку.
— Приготовься, братишка! — сказал он хрипло.
Когда облачко приблизилось, ребята разглядели, что по дороге ехала "Волга". На большой скорости она промчалась мимо братьев и скрылась за поворотом.
Потрясение было сильным. Нервы Славки сдали. Он выскочил на дорогу вне себя от ярости, схватил камень и швырнул его в ту сторону, куда умчался автомобиль.
— Чтоб ты перевернулся, гад! — заорал он голосом сумасшедшего.
Генка испуганно смотрел на брата, пока тот бесновался на дороге, выкрикивая ругательства. Таким он Манекенщика еще никогда не видел. Наконец Славка стал понемногу успокаиваться. Ждать дальше было бесполезно. Либо "Уазик" поехал другой дорогой, либо — что еще хуже — Макс прокололся и теперь им всем троим пришел конец. Нужно было что-то предпринять, а в первую очередь избавиться от машины.