Миллиардер
Шрифт:
«Нет!» Конечно же, нет, она не спит с Навроцким!
И к Ямпольскому она чувствует отвращение, потому что не сомневается — он здесь в поисках сопровождения на вечер или на ночь. Внезапно Ямпольский почувствовал, что ему нечем дышать, так сильно стискивает горло галстук. Он поспешно ослабил узел.
— Что ж, не откажусь. Я действительно одно время серьезно увлекался фотографией. Показывай, что ты умеешь, Эвангелина.
Она смутилась, и Арсен охренел от непривычного зрелища. Он и забыл, что кто-то еще на это способен. Девушка подошла к столу и привычным жестом
— Покажи, — он сам удивился, как придушенно это прозвучало, — да нет, не эти, те фото покажи.
Эва бросила на него непонимающий взгляд, но все же послушно протянула пачку.
— Я на выходных выезжала за город и там немного поснимала...
— Это… Это ты? Ты сама? — Арсен потрясенно перебирал фотографии, с восхищением отмечая, как точно выбран ракурс, как качественно передана цветовая гамма, как филигранно выбран угол, под которым падает свет. — Где ты училась? У тебя превосходная школа!
— Нигде, — пожала плечами Эвангелина, — в школе ходила в кружок, а потом смотрела ролики на ю-тубе. У меня маленькая дочка, — добавила она немного с вызовом, — мне некогда учиться.
— Дочка? — поднял брови Ямпольский. — Сколько же тебе лет?
— Двадцать один, скоро двадцать два будет.
— А дочке?
— Почти три.
— Арсен Павлович, посмотри на неве… соискательниц, если тебе кто подходит, ткни пальцем, с девочками начнут работать, — влез Навроцкий, явно намекая, что Ямпольскому пора отвалить.
— Никто не подходит, — качнул головой Арсен, не сводя глаз с фотографий и их создательницы, сам не понимая, почему не может заставить себя уйти.
Глава 4
— Да чтоб для тебя все бордели мира были на вечном переучете, — в сердцах проговорил Навроцкий и едва сдержался, чтобы не сплюнуть, — как же ты заебал меня, Арс!
Ямпольский с бесстрастным выражением лица смотрел на Бориса.
— Просто объясни, зачем микрофон. У нас отбор официанток в караоке-бар?
— Ты сам полдня выносил мне мозг, что тебя интересуют предпочтения претенденток, в том числе музыкальные! Или я что-то не так разобрал?
— Они меня просто интересуют, эти предпочтения, Боря, информативно. Слушать блеяние их носительниц не обязательно.
— Девочки старались, готовились, давай не выебывайся, а?
Арсен не ответил, потому что в студию уже входила следующая… невеста? Он чуть не рассмеялся, так дико это прозвучало, очень в духе Навроцкого. Ладно, пусть будет соискательница. Арсен подобрался и мысленно приказал себе не придираться по мелочам. В конце концов, если будет пригодный исходный материал, всегда можно попытаться что-то слепить самому.
Кастинг претенденток на роль жены Ямпольского проходил в одной из фотостудий агентства. Отборочная комиссия в лице Арсена и Бориса расположилась (читай, развалилась) в удобных креслах напротив возвышения, используемого вместо сцены.
Девочка
Круглое личико, щечки с ямочками — приятное разнообразие на фоне ассортиментного ряда фабрики виниловых кукол. Арсен даже изобразил подобие улыбки, пока Навроцкий задавал девушке общие, принятые в рамках предстоящего конкурса, вопросы.
Девочка отвечала, ничего особенного, но Ямпольский и не рассчитывал, что соискательницы будут блистать знаниями в области, скажем, живописи. Если его фиктивная жена не сумеет отличить Моне от Мане, Арсен как-нибудь это переживет. Вполне достаточно, если она будет хотя бы подозревать об их существовании, а принцип «Мане — люди, Моне — пятна» Арсен в состоянии объяснить будущей супруге сам.
Кристина имела весьма смутное представление обо всем, что прямо или косвенно не касалось создания и выкладки сторис. Ямпольский сначала поскучнел, а потом подумал, что, возможно, девушка интересуется музыкой, пусть современной, она ведь совсем юная, лет девятнадцать, наверное…
— И что ты нам споешь, Кристинка? — медовым голосом спросил Навроцкий.
— Мою любимую песню, — тряхнула аккуратной челкой девушка, и Борис жестом дал знак начинать.
При первых же аккордах Ямпольский чуть не подавился, при вторых превратился в статую.
Если бы ты знал, как мне жаль.
Если бы ты знал, как болит*
Кристинка пела, призывно выставив вперед ногу и глядя в упор на Арсена.
Ямпольский прикинул в уме. Когда эта песня переживала пик своей популярности, Кристинка выпускалась из детского сада. Арсен не то,
чтобы был знаком с музыкальной программой детских садов, но не без оснований предполагал, что подобные песни там отсутствуют.
Ямпольский повернулся к Борису, который постукивал в такт ботинком и разве только не подпевал.
— Что? — не понял тот, поймав его враждебный взгляд. — Хорошая ж песня.
Снова стою одна, снова курю, мама, снова..
Кристинка сипло выводила, вращая глазами, словно и правда перед кастингом выкурила пачку, и не одну.
Арсен прикрыл рукой глаза. Навроцкий покосился на босса, затем сел прямо и махнул рукой, останавливая представление. Музыка смолкла, девушка обиженно хлопнула глазами.
— Так это твоя любимая песня, — уточнил Арсен, — или все-таки твоей мамы?
Кристинка надула губки и ничего не ответила.
— Это ты, сволочь, им присоветовал нарыть для меня старперских песен? — развернулся он к Навроцкому, когда девушка покинула студию. — Или ты тоже станешь уверять, что их от такого прет?
— Да с чего у тебя чуть что, сразу я? — возмутился Борис, незаметно отодвигаясь подальше. — Они и сами головастые девки, без меня соображают, как тебя поразить.
— Поразить, — проворчал Ямпольский, — лучше скажи, опустить.