Миллениум. Тетралогия.
Шрифт:
Она принесла пластырь и наложила на рану компресс. Потом налила ему кофе и протянула бутерброд.
— Я не голоден, — сказал Микаэль.
— Ешь, — скомандовала Лисбет Саландер и откусила большой кусок бутерброда с сыром.
Микаэль на секунду закрыл глаза. Потом сел и тоже откусил от бутерброда. Горло болело так сильно, что глотать было очень трудно.
Лисбет сняла кожаную куртку и принесла из несессера баночку бальзама.
— Пусть кофе пока постынет, а ты ложись на живот.
В течение пяти минут она массировала ему спину и натирала его линиментом. Потом перевернула его и проделала то же самое спереди.
—
— Лисбет, нам надо позвонить в полицию.
— Нет, — ответила она с такой горячностью в голосе, что Микаэль удивленно открыл глаза и посмотрел на нее. — Если ты позвонишь в полицию, я уеду. Я не желаю иметь к этому никакого отношения. Мартин Вангер мертв, погиб в автокатастрофе. В машине он был один. Есть свидетели. Пусть полиция или кто-то другой обнаруживает его проклятую пыточную нору. Мы с тобой точно так же ничего о ней не знаем, как и все остальные.
— Почему?
Она будто не заметила вопроса и помассировала ему ноющий пах.
— Лисбет, мы не можем просто…
— Если будешь ныть, я отволоку тебя обратно в логово Мартина и снова посажу на цепь.
Пока она говорила, Микаэль заснул, так внезапно, будто потерял сознание.
Глава
25
Суббота, 12 июля — понедельник, 14 июля
Около пяти часов утра Микаэль вздрогнул, проснулся и тут же начал скрести шею, чтобы стянуть удавку. Лисбет зашла в спальню и схватила его за руки, не давая шевелиться. Он открыл глаза и посмотрел на нее рассеянным взглядом.
— Я не знал, что ты играешь в гольф, — пробормотал он и снова закрыл глаза.
Она посидела возле него несколько минут, пока не убедилась, что он опять заснул. За время его сна Лисбет снова побывала в подвале Мартина Вангера и обследовала место преступления. Помимо орудий для пыток она нашла большое собрание порнографических журналов со сценами насилия и множество поляроидных снимков, вклеенных в альбомы.
Никакого дневника там не было, зато она обнаружила две папки формата А-4 с паспортными фотографиями и записанными от руки данными женщин. Лисбет унесла папки с собой, уложив их в нейлоновую сумку вместе с ноутбуком Мартина Вангера, который нашла на столе в холле, этажом выше. Когда Микаэль снова заснул, она продолжила изучать свою добычу. Часы показывали начало седьмого, когда она выключила ноутбук, закурила сигарету и задумчиво прикусила нижнюю губу.
Вместе с Микаэлем Блумквистом она включилась в поиски того, кого они считали серийным убийцей из далекого прошлого. Но нашли они нечто другое. Лисбет с трудом могла себе представить те ужасы, которые, должно быть, разыгрывались в подвале Мартина Вангера, прямо посреди хорошо организованной идиллии.
Она попыталась понять.
Мартин Вангер убивал женщин с 60-х годов, примерно по одной или две в год на протяжении последних пятнадцати лет. Убивал настолько тихо и так хорошо все продумав, что никто даже не подозревал о наличии серийного убийцы. Как же ему это удавалось?
Папки отчасти давали ответ на этот вопрос.
Его жертвами становились незаметные женщины, часто относительно недавно приехавшие иммигрантки, у которых не было друзей и знакомых в Швеции. Среди жертв имелись также проститутки и социально незащищенные женщины, злоупотреблявшие алкоголем и наркотиками или имевшие иные проблемы.
Изучая
Его целью являлись насилие и убийство, однако Лисбет пришла к выводу, что на самом деле главным интересом Мартина Вангера была охота. У себя в ноутбуке он создал базу данных, включавшую сотни женщин. Среди них встречались служащие концерна, официантки ресторанов, которые он часто посещал, администраторы отелей, персонал страховой кассы, секретарши знакомых по бизнесу и многие другие. Казалось, Мартин Вангер регистрировал и изучал буквально каждую встречавшуюся ему женщину.
Он убил только маленький процент этих женщин, но все женщины, оказывавшиеся поблизости от него, становились потенциальными жертвами — он заносил их в базу данных и изучал. Изучение носило характер страстного хобби, которому он, вероятно, уделял бесчисленное множество часов, задавая себе вопросы: она замужем или одиночка? У нее есть дети и семья? Где она работает? Где живет? На какой ездит машине? Какое у нее образование? Цвет волос? Цвет кожи? Формы тела?
Лисбет пришла к выводу, что сбор личных данных о кандидатках в будущие жертвы, несомненно, являлся важной составляющей сексуальных фантазий Мартина Вангера. Он был прежде всего охотником, а уж потом убийцей.
Закончив читать, Лисбет обнаружила в одной из папок маленький конверт и вытащила два выцветших поляроидных снимка. На первом снимке за столом сидела темноволосая девушка, одетая только в темные брюки; верхняя часть тела с маленькими торчащими грудями была обнажена. Девушка отвернула лицо от камеры и как раз собиралась поднять руку, чтобы защититься, будто фотограф вынул аппарат неожиданно для нее. На втором снимке она была уже полностью обнаженной и лежала на животе на кровати с голубым покрывалом, опять-таки отвернувшись от камеры.
Лисбет сунула конверт с фотографиями в карман куртки. Потом отнесла папки к железной печке и чиркнула спичкой. Когда все сгорело, она пошевелила золу. Потом она, невзирая на проливной дождь, совершила короткую прогулку и потихоньку утопила ноутбук Мартина Вангера под мостом.
Когда в половине восьмого утра Дирк Фруде распахнул дверь, Лисбет сидела за кухонным столом, курила сигарету и пила кофе. Лицо адвоката было пепельно-серым, и весь вид свидетельствовал о том, что разбудило его жуткое известие.
— Где Микаэль? — спросил он.
— Еще спит.
Дирк Фруде опустился на стул. Лисбет налила кофе и протянула ему чашку.
— Мартин… Мне сообщили, что Мартин ночью насмерть разбился на машине.
— Печально, — сказала Лисбет Саландер и отпила кофе.
Дирк Фруде поднял взгляд и поначалу смотрел на нее с явным непониманием, но потом его глаза расширились:
— Что?..
— Он попал в аварию. Так досадно.
— Вам известно, что произошло?
— Он направил машину прямо в лоб грузовика. Покончил с собой. Дела империи шли все хуже, и он не выдержал стресса. По крайней мере, я подозреваю, что так это будет подано в газетах.