Милфа
Шрифт:
Я огляделась, в надежде, что никто не заметил его жест и сразу же отошла в сторону. Я знала, что родители Никиты не присутствовали на соревнованиях, но зато, вокруг было полно свидетелей и камер.
Наконец, все спортсмены выстроились в ровную линейку. Через громкоговоритель прозвучал старт и все мотоциклы с диким рёвом рванули с места. Гонщиков было пятнадцать человек, все они были облачены в экипировку неоновых оттенков. У Никиты был салатового цвета шлем и ярко — синий костюм.
Сначала я легко следила за его передвижениями, громко вскрикивая, когда
— Девушка, я смотрю вы здесь одна? Пришли за кого — то поболеть или просто так, на гонку посмотреть?
Справа от меня стоял высокий, приятной наружности мужчина, примерно одного со мной возраста, или чуть постарше, с бэйджиком на груди, из чего я сделала вывод, что это был один из спонсоров мероприятия.
— Да, — неопределённо ответила я.
— Вы так вскрикивали… переживаете за кого — то?
— Да. Здесь соревнуется мой… эээ… родственник, — улыбнувшись, я показала ему на свой телефон, намекая, что своими вопросами он мешает мне снимать видео.
— Понятно. Ну, не буду вас отвлекать. Извините.
Я кивнула. Мужчина отошёл в сторону.
Уже через полчаса моя голова гудела от криков болельщиков и шума моторов. Но я честно выстояла до конца гонки. Комментатор в микрофон сообщил, что результаты заезда объявятся позднее. Я вздохнула. Я так устала от жары, пыли и шума, что мне скорее хотелось уехать домой и принять прохладный душ.
Я увидела, как Никита, оставив свой мотоцикл, направился в мою сторону, по дороге снимая с себя шлем и встряхивая мокрыми от пота волосами. Его лицо было румяным, а спортивный костюм из яркого синего превратился в серо — блеклый. Он широко улыбнулся и всю мою усталость как рукой сняло, сердце радостно подпрыгнуло, затрепетав от волнения.
Мой герой.
Пока он шёл, его постоянно кто — то останавливал, и я видела лёгкое раздражение в его глазах. Он ловко перепрыгнул заграждение, и когда, нас разделяло всего каких — то несколько метров, вдруг, невысокая темноволосая девушка, кинулась к нему на шею.
— Нииииик! Ты такой молодец! Я видела гонку, правда только самый конец! Ты точно на первых позициях! Я так горжусь тобой! — затараторила она.
Улыбка сползла с моего лица. А вот и второй укол ревности, уже более болезненный.
— О, Мадинка, привет! Не знал, что ты здесь! Давно в город вернулась? — спросил он девушку, отвечая на её объятия.
— Вчера! Пойдём к нашим! Они все там! — девушка по имени Мадина махнула в сторону, хватая за Никиту за руку.
Пока они разговаривали, я разглядывала её: симпатичная, маленькая, восточного типа, чем — то даже похожая на индийскую актрису Айшварию Рай.
Никита повернул голову и виновато взглянул на меня, мягко убирая руку Мадины.
— Да, обязательно пойдём, но позже, сейчас мне надо кое с кем поговорить. Давай позже
— Подожди, Ник! — девушка снова схватила его за руку. — Помнишь, мы…
Но дальнейших слов я уже не слышала, так как направлялась в сторону автомобильной стоянки. Настроение резко испортилось. Очевидно, что эта Мадина просто млеет от Никиты! И если честно, как бы мне не хотелось этого признавать, но смотрелись они вместе очень даже ничего. Идеально.
Через минуту я всё же услышала окрик Никиты:
— Даша!
Я продолжала идти.
— Даша, подожди!
Я замедлила шаг и повернулась.
12 глава
— Уезжаешь? Так быстро? Не дождавшись награждения? — спросил он, останавливаясь на приличном от меня расстоянии.
— Я устала и хочу домой.
— У меня, кстати, второе место. Поздравишь?
— Поздравляю. Ты молодец!
Никита слегка нахмурился, уловив холодные нотки в моём голосе.
— Даша, что случилось?
— Ничего не случилось, просто жара, пыль и толпа меня доконали. Мне ведь уже не двадцать, как этой твоей знакомой… Кстати, она до сих пор тебя ждёт.
Я кивнула в сторону девушки, которая стояла на прежнем месте и внимательно смотрела на нас. С такого расстояния она не могла слышать наш разговор, тем не менее, её пристальный взгляд выводил меня из себя. Я ничего не могла поделать со своей ревностью, и видимо, Никита раскусил меня, так как его губы тут же растянулись в довольной улыбке и, сделав два широких шага, он приблизился ко мне.
— Мне кажется, или ты ревнуешь? — тихо спросил он, продолжая улыбаться.
— Тебе кажется! — огрызнулась я.
— А мне нет. Ты ревнуешь, милая моя… — он поднял руку, явно с намерением до меня дотронуться, но вспомнив, что вокруг люди, уронил руку вниз. — Мадина — моя одноклассница, мы знакомы с ней с самого детства.
— Как и со мной. Мы знакомы с тобой с самого детства. Твоего детства!
Не знаю, почему так завелась, но я злилась не на Никиту, а на саму себя. Он не сделал ничего предосудительного, а просто поболтал со старой приятельницей. Точнее, молодой приятельницей, потому что из нас троих — старая только я. Злилась на собственную неоправданную ревность и те неприятные ощущения, которые она пробуждала в моей душе. Это было незнакомое и противное чувство: мужа я никогда так не ревновала.
— Я люблю только тебя. Всегда любил только тебя. И всегда буду любить только тебя. Слышишь? — лицо Никиты стало предельно серьёзным.
Его слова бальзамом подействовали на меня, начисто смывая всю тяжесть с сердца. Теперь улыбалась уже я.
— Слышу.
— Запомни это раз и навсегда!
— Никогда ничего не бывает навсегда, Никита.
— Никогда не говори никогда, Даша.
Мы стояли друг напротив друга, пожирая друг друга глазами, я чувствовала, как сильно ему хотелось прикоснуться ко мне, как и мне, безумно хотелось провести рукой по его, всё ещё пылающему, от недавней гонки, лицу…