Миланья
Шрифт:
— Милли, успокойся, пожалуйста. — Эд тоже говорил на имперском, — Мы видели только портрет и всё. Это ведь не запрещено, хранить чужие изображения, так ведь? Что плохого сделал мой дядя? Да, у меня были подозрения на его счет. Но это только догадки и нечего больше. — он аккуратно взял её за плечи, — У тебя, кстати, никаких доказательств виновности моего дяди тоже нет, так ведь? Или есть? Может твоя мама что-то о моём дяде говорила?
— Нет, — помотала она головой, — мама ничего не говорила.
— Видишь? Мы ничего толком не знаем. Нужно разбираться и мы
— Я здесь не останусь! — упрямо твердила она.
— Хорошо. Давай тогда пойдём в мою Берлогу. В малый дом. Хочешь? Там, конечно, не так комфортно. Зато будем только ты и я и больше никого.
— Твоя Берлога? Звучит неплохо. — она устало улыбнулась. — Пошли в Берлогу.
Эдик отдал указания слугам, и они с Милли вышли на улицу.
— Идти минут двадцать. — оповестил Эд. — Может поедем? Как нога?
— Нога так себе. Но это нормально. Ничего с ней не будет, с этой ногой. Пошли пешком. Очень хочется пройтись.
И они отправились в путь по извилистым дорожкам сада. Небо ясное, яркие звёзды забавно подмигивали путникам. Вдруг из темноты раздался раскатистый лай. И почти сразу появились три разъярённые собаки.
— Спрячься за мной. — Эд заслонил собой жену, — Пошли, пошли прочь! — неумело пытался он прогнать зверей.
— Они чувствуют твой страх. — Милли вышла из-за спины Эда. — Собаки — невероятные эмпаты, считывают твоё настроение на раз.
— Милли, осторожно! — он снова попробовал её загородить. — Меня они не тронут — знают. А вот тебя разорвут на раз-два.
— Разорвут, конечно разорвут! Такие мощные! — Милли с интересом рассматривала зверей, которые по-прежнему разрывались от лая, скаля клыки. — Слушай, да это же полуволки! У нас дома на Тэе похожие собаки живут. Папа занимался скрещиванием и вывел целую породу полуволков. Эти так похожи на наших… Так странно… Интересно, эти такие же умные, как наши?
Милли быстро отошла от Эда и приблизилась к собакам, подняла руку вверх и скомандовала:
— Тихо! Сидеть!
Собаки замерли на несколько секунд, но потом с ещё большей яростью начали гавкать на не званную гостью.
— Психика не нарушена, — сделала вывод Милли, — отличные собаки!
В это время к животным подбежал смотритель и пристегнул полуволков к поводкам.
— Простите милорд, — поклонился слуга Эду. — Они вас напугали?
— Почему не смотрите за зверями? — строго спросил Эд.
— Мы смотрим. Но Великий лорд велел отпускать собак на ночь свободно бегать. Вероятно, они учуяли чужого и среагировали.
— Ясно. Придержите собак пока мы не уйдём.
Милли и Эд продолжили прогулку по дорожкам ночного сада. Они сначала просто держались за руки. Но через некоторое время Миланья начала прихрамывать. Эд сразу же предложил локоть и она с радостью зацепилась за него. Так они дошли до ограды и ворот.
— Но это не те ворота, через которые мы въезжали. — заметила Милли.
— Да, — подтвердил Эд. — То были центральные ворота. Через них проезжаешь, когда пребываешь из вне. А это проход
— Ещё не хватало! — запротестовала она, — Ну болит порез, ну и что? Так и должно быть. Я дойду, не переживай.
Так, оперевшись на локоть Эда, Милли добралась до нужной точки.
Берлога оказалась совсем небольшим домом в полтора этажа с треугольной крышкой. Выполнено жилище из дерева, точнее сложено из брёвен. Вокруг дома деревья — на территории Сферы находилось несколько лесных зон. Однако разглядеть зелёные насаждения не получалось: стояла ночь, а искусственного освещения не имелось.
Эдик поднялся на крыльцо, отпер дверь, пригласил жену внутрь.
— Ты не против, если я попрошу тебя разуться? — спросил Эд, когда они вошли в дом.
— Нисколько, — Милли послушно сняла обувь. Окровавленный кроссовок её сильно раздражал. — У нас дома, на Тэе, мы тоже всегда раздувались. Папа говорил, что дом — не помойка. В уличной обуви ходят только свиньи.
Дом был совсем не большим, но уютным. Тёмные бревенчатые стены наполняли воздух слабым ароматом леса. Комнат всего две. На первом этаже кухня-гостиная и санузел, а на втором, то есть на мансарде, располагалась спальня. Вот и все хоромы.
На кухне находилась рабочая зона, потом высокий прямоугольный стол. За ним можно как готовить, так и есть. Вокруг стола стояли высокие, по типу барных, стулья. Далее зона гостиной с диваном, парой кресел и столиком. Всё просто, но практично. Каждый метр использован с максимальной пользой. На верх вела резная деревянная лестница. На втором этаже помешалась кровать, пара тумб и шкаф.
— Вот здесь я и живу. — пояснил Эд. — Сфера совсем рядом, можно спокойно работать и не отвлекаться. Но ты как-то плохо выглядишь.
— Да нет, всё хорошо.
Но это было не так. Её штормило. Однако Милли списала это на стресс и усталость. Она решила быстрее лечь спать. Приняв душ на скорую руку, Милли переоделась в пижаму Эда — своей одежды у неё не было, поднялась на второй этаж и скорее забралась под одеяло.
Однако со сном не ладилось. Милли получилось забыться часа на три, причём это был не отдых, а постоянное метание. Потом же она вообще проснулась и больше проникнуть в объятия Морфея не получилось.
Милли лежала без сна, лишний раз боясь повернуться, ведь Эд спал тут же, под боком. И его отдых ей не хотелось прерывать. Поняв, что дальнейшие попытки заснуть ни к чему не приведут, Милли встала и пошла вниз. За окном уже светало. Утро вступало в свои права, прогоняя ночь с её страхами. Чтобы не терять время, девушка решила исследовать запасы на кухне, ведь скоро завтрак и нужно что-то поесть. Особо путного найти не получилось. Вероятно, Эд ел не дома и готовил сам редко. Если вообще готовил. Однако на кухне кое-что, да имелось.