Мила 2.0
Шрифт:
Я посмотрела на Лукаса, обдумывая, стоит ли рискнуть и вывести данные наружу в виде проекции. За это могли снять баллы.
С другой стороны, если это поможет мне набрать больше очков за сам результат, оно того стоит, верно?
Пока я взвешивала решение, Лукас одними губами произнес:
«Вывести».
Решение принято.
Мысленно я повторила:
Вывести.
В момент переключения я ощутила толчок и глазом не успела моргнуть, как оказалась внутри светящегося куба. На его «стенах» мигали зеленым маленькие значки папок. Готовые
В первый момент, когда появился куб, мне захотелось все бросить. Извлечь карту памяти, как я это сделала тогда, в мотеле, и швырнуть ее об пол. Но время, когда я могла прятаться от своих способностей, прошло. Меня для этого создали. Мне было совершенно нечего бояться. По крайней мере, именно такую мантру я шептала себе под нос в надежде, что на самом деле начну в это верить.
Действуй поэтапно. Начни с простого.
Я сфокусировалась на иконках. Уже начав поднимать руки, я вспомнила о наблюдателях. Я засунула руки в карманы джинсов, приняв твердое решение управлять папками мысленно. Я не могла себе позволить понапрасну терять очки.
Сосредоточившись на папке под названием «СПРАВКА», я заскользила по своему сознанию, отыскивая команду.
Весь процесс проходил более плавно, не так коряво, как в первый раз, в мотеле. Подтверждение тому, что с каждым разом, когда я действовала как компьютер, я становилась все более эффективной машиной.
Открыть папку.
Папка открылась, выпуская документ за документом, и все они повисали передо мной в воздухе.
Не успела я осознать, что происходит, понять, как у меня получается работать так быстро, а файлы уже сдвинулись в стороны, некоторые из них съехали на другие стенки моей информационной камеры. Механизм, притворявшийся моим сердцем, загрохотал о ребра, а в груди разлилась пьянящая смесь восторга и ужаса. Первый документ расположился прямо у меня перед глазами. На самом верху страницы стояло имя. Имя, которое ничего для меня не значило.
Трентон Блейн.
Понимая, что время тикает, я просмотрела остальной текст.
Белый мужчина, родился в Скрантоне, штат Пенсильвания, возраст 42 года. Рост 173 см, вес 75 кг, волосы темно-каштановые, о шрамах сведений нет.
Отец: Харви Блейн, скончался от неврологической травмы и рака, обусловленного воздействием смеси «Агент Оранж», которому он подвергся за время службы в ходе войны во Вьетнаме.
Мать: Глория Блейн. Проживает в доме престарелых «Счастливые рассветы» в Джексонвилле, штат Флорида. Страдает деменцией.
Род занятий: Программист в «Льюста Энтерпрайзес», легальной IT-компании.
Подозреваемая побочная деятельность: Член-учредитель «Вита Обскура».
Как выяснилось, эта группировка была не слишком привередливой. По всей видимости, Холланд говорил правду, по крайней мере, в этом отношении. «Вита Обскура» похищала любые технологии, до которых удавалось добраться — особенно военные и оборонные, — а затем продавала тем, кто готов был раскошелиться. Включая террористов. Я вспомнила тех двоих в мотеле и поежилась. Так вот что они собирались сделать — продать меня какой-нибудь террористической организации? Где меня смогли бы использовать в качестве… чего?
Как бы меня это все ни тревожило, я пока не понимала, какое отношение «Вита Обскура»
Когда я закончила выискивать подсказки в этой папке, документы понеслись обратно внутрь. Не успела я мысленно отдать команду, как на место первого значка всплыл значок папки с фотографиями.
Открыть папку.
Первыми замелькали постановочные портреты Трентона. К описанию его внешности я бы добавила бледную кожу, квадратную челюсть и усы. Потом пошли его фотографии с камер наблюдения. В огромном количестве. В офисе, на пробежке, в ресторане, рядом с серебристым внедорожником «Линкольн Навигатор», у высокого узкого дома с красной дверью. Рядом с рекламным плакатом «Набор для мини-гольфа на три лунки. Всегда в форме!». В тренажерном зале и в продуктовом магазине.
Вихрь изображений, на многих из них, кроме Блейна, были и другие люди. Несколько кадров, на которых он ест гамбургеры с лысеющим мужчиной в возрасте, несколько — в тренажерном зале с молодым тренером в спортивной форме. Вот девушка, брюнетка, дает ему урок гольфа. Фотографии разных мужчин, садящихся к нему в машину.
Пересмотрев множество картинок и файлов, я выяснила, что на Трентона успели собрать почти достаточно компромата, чтобы арестовать его, когда — пуф! Он исчез, как будто узнал, что его вычислили.
Увидев название следующей папки я, кажется, поняла, откуда.
КРОТ ИЗ «ВИТА ОБСКУРА»
Судя по всему, Холланд считал, что кто-то из них проник в структуру СВОРА, всего за пару недель до того, как сбежала мама. Предполагаемая цель?
Я.
Имя крота нигде не называлось, что показалось мне странным, но у них была одна фотография. Не официальная — очевидно, ее он стер с компьютера, прежде чем сбежать. Нет, это был случайный снимок, на котором он был с двумя другими военными. Я узнала усатого парня — это был один из тех, кто ехал со мной в машине. Второго, коренастого блондина, я до этого не видела. Они были подписаны как Митчелл Хэйрус и Рэй Таунсенд.
На кроте были темные очки, но я запомнила форму его носа, подбородка, линию роста волос. Так, если нам с мамой удастся отсюда выбраться, мы сможем его узнать.
Я закрыла глаза, чтобы не видеть светящийся куб, и попыталась проанализировать то, что успела узнать. Я по-прежнему понятия не имела, какую роль эти данные играли в моем испытании, а время почти вышло.
Снова открыв глаза, я стала просматривать файлы быстрее.
Но никакой особой информации из них выудить не удалось. Ведомая отчаянием, я опять начала двигать иконки. Должно быть, я упустила какую-то зацепку. Я уже в третий раз открыла одну из папок, когда за мерцающими зелеными стенами, временно ограничившими мой мир, послышались шаги. Сигнал замка. Звук отъезжающей двери. В зал начали входить люди.
Одним из них был Холланд, и он улыбался.
Глава двадцать восьмая
Я стиснула зубы, надеясь, что это поможет унять дрожь в руках. Продолжая просматривать файлы, я слышала, как ко мне подходят пятеро: четверо из них ступали удивительно тихо, пятый шел не совсем ровной походкой. Среди них был Лукас.
Они подходили все ближе и ближе, пока я не почувствовала, что Холланд навис надо мной, пока не ощутила их дыхание на своем затылке.