Микроб без комплексов
Шрифт:
– Ясно! Ну и оставайся с теми, кто пользуется тобой как дойной коровой!
– Любимый, не сердись, – всхлипнула Эдита, – ты же обо мне ничего не знаешь.
– Достаточно, чтобы понять: актриса Звонарева – рабыня на чужих плантациях! – Влад потерял терпение.
– Я обязана, – пролепетала Дита.
– Кому? – повысил голос любовник.
– Маме и Фазилю… и Ляле, – с трудом произнесла она.
– А они тебе? – чуть сбавил тон ювелир.
– Ты же не знаешь, что мама для меня сделала, – слабо отбивалась
– Ладно, – пошел на попятную Влад, – она хоть тебя родила. А Ляля? Какое право имеет малолетняя мартышка указывать взрослому человеку, как тому строить свою жизнь?
– Господи, я так перед ней виновата… Ты ничего не знаешь… – зарыдала Эдита.
– Так расскажи! – потребовал Влад.
Неожиданно актриса взяла себя в руки и коротко сказала:
– Не могу.
– Или не хочешь? – уточнил Влад. – Лучше признайся честно.
– Не могу, – еле слышно повторила Дита. – Если правда вылезет наружу, мне не жить.
– Правда о Ляле? – попытался разобраться Влад.
После небольшого молчания Дита ответила:
– И о ней тоже. Страшно представить, что со мной будет.
В голосе Эдиты прозвучала такая тоска, что Влад перепугался и предложил:
– Давай встретимся, а? Прямо сейчас! Я нашел укромное местечко – гостиница «Зофья». Могу там быть через час.
– Ладно, – согласилась Дита, – нам надо многое обсудить.
Глава 17
Но откровенной беседы не получилось. В номере Дита безостановочно плакала, потом заявила:
– Я обманула маму: сказала ей, что ни с кем не заводила романа, будто ей позвонил шутник. Мама и Ляля успокоились. Пожалуйста, если не хочешь беды, больше не тревожь мою семью.
– «Мою семью…» – горько повторил ее слова Влад. – Похоже, наша семья тебе не нужна.
Эдя снова залилась слезами, повторяя:
– Ну подожди еще три-четыре года! Я накоплю приличную сумму, чтобы мои не нуждались, и мы уедем.
– Нет, – категорически отмел ее предложение ювелир, – хватит, я заслужил счастье с тобой. Сегодня же сообщи родственникам правду: мы женимся.
– Я боюсь, – прошептала Дита.
Ткаченко встряхнул любовницу.
– Прекрати! Ты звезда! А содержишь ораву нахлебников!
– Это дети и мама, – защищала родных Звонарева.
– Зоя Владимировна работает, ей хватит зарплаты, – напомнил Влад.
– Она у нее очень маленькая, – возразила Дита.
– Пусть по одежке протягивает ножки. Немногие живут в столь шикарных условиях и ездят на «БМВ» с шофером! В метро тоже хорошо. И детям полезно поумерить аппетит! – заорал взбешенный Влад.
– Ты ничего не знаешь, – твердила Дита.
В таком ключе любовники беседовали около двух часов.
В конце концов, Дита вдруг сказала:
– Если мы уедем, я лишусь того, ради чего пошла на… Ты не сумеешь понять!
– А ты попробуй
Эдя прижала руки к груди.
– Я мечтала быть актрисой, я хотела сниматься в кино, я спала и видела себя среди самых ярких звезд. Слава, восторг толпы, счастье. Ты не знаешь на что я пошла и как жила прежде. Ты про микробы слышал?
– Про что? – не понял ювелир.
Дита неожиданно улыбнулась.
– Микробы, возбудители болезней. Их очень много, чтобы избежать инфекций, человек придумал армию лекарств, но есть, образно говоря, микроб без комплексов, его бьют таблетками, уколами витамина, но без толку. Подобный микроб от испытаний делается неуязвимым. Вот я, чтобы стать актрисой, превратилась в такой микроб без комплексов. Но, очевидно, не растеряла совести. Я обязана помогать своим. Пойми: таково условие существования Диты Звоноревой, яркой суперзвезды.
И тут Влад решил изменить тактику.
– Ладно, – притворился он сдавшимся, – подожду еще пару лет.
– Спасибо, любимый! – бросилась ему на шею Дита. – Ты – мое единственное счастье.
Любовники спустились вниз, Ткаченко стал расплачиваться за номер. И в этот момент в холле появился пьяный мужик, которого под руку вела ярко накрашенная блондинка. Проходя мимо Эдиты, чужой кавалер пошатнулся и повалился на актрису. Блондинка не сумела удержать клиента, а Влад не успел подхватить Диту. Звонарева упала, с ее головы соскочил парик, с носа свалились очки. Пьяница шлепнулся рядом на колени, его стало тошнить прямо на парик. Блондинка, завизжав, убежала, администратор, полная, рыжеволосая женщина, вызвала охрану, двое парней утащили смутьяна.
Дита встала и попыталась прикрыть лицо руками.
– Хотите умыться? – спросила служащая. – Вы не переживайте, паричок отчистим и вернем.
– Не надо, – сказал Влад, – обойдемся.
Эдита чихнула и полезла в карман за платком, администратор увидела лицо гостьи и с изумлением воскликнула:
– Это ты!
Ткаченко ощутил безысходность. Ну вот! Звонареву узнали! Только статьи в «желтухе» под бойким названием «Страсть в отеле» не хватает для полной радости…
Дита ринулась к двери.
– Марина, стой! – закричала тетка. – Не бойся! Эй, Федькина, не убегай! Я давно поняла, чем ты занимаешься! Марина, я не причиню тебе вреда, не беспокойся! Я за тебя рада! Фу, дурочка…
Влад побежал за любовницей и обнаружил ее на проезжей части, Дита пыталась поймать машину.
Ювелир схватил Эдиту за плечи.
– С ума сошла? Ночью на частнике ездить! Садись в мою машину.
– Я без парика, – губами выговорила Дита, – меня могут узнать, как Лисичка в гостинице.
– Дежурная не поняла, что перед ней звезда, – сказал Влад, заталкивая дрожащую Эдиту в свой автомобиль, – она приняла тебя за какую-то Марину Федькину.